Книги, статьи, материалы /АФРИКА В СТРАТЕГИИ КИТАЯ /КИТАЙ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ XXI ВЕКА

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала



БЛИЖАЙШИЕ ПУТЕШЕСТВИЯ ПО АФРИКЕ и не только (с русскоязычными гидами):


ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЭФИОПИИ (28.11 - 11.12.2017)
Пустыня Данакиль и племена долины Омо от US 1350

НОВОГОДНЕЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (с 28.12 - 10.01.2018)
Вся Уганда за 12 дней

ТАНЗАНИЯ НА НОВЫЙ ГОД (с 03.01.2018 - 12.01.2018)
Сафари и отдых на Занзибаре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (16.01.-02.02.2018)
Путешествие по Восточной Африке

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СЕНЕГАЛУ (08.02 - 20.02.2018)
Приключения и отдых

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КАМЕРУНУ (23.02 - 09.03.2018)
Африка в миниатюре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 30.03 - 14.04.2018)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ на майские(28.04.-15.05.2018)
Уганда - Кения - Танзания - Занзибар

ПУТЕШЕСТВИЕ В МАЛИ (16.05 - 29.05.2018)
Таинственная страна Догонов

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (19.06.-25.06.2018)
Сафари и рафтинг

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИНДОНЕЗИИ И ПАПУА (05.07 -20.07.2018)
Активное путешествие по островам

КЕНИЯ ( 04.08 - 14.08.2018)
ВЕЛИКАЯ МИГРАЦИЯ животных и при желании отдых на Индийском океане

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МАДАГАСКАРУ (18.08 -04.09.2018)
Большое путешествие по большому острову

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (06.09.-21.09.2018)
Дикий животный мир Восточной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО НАМИБИИ, БОТСВАНЕ, ЗАМБИИ и ЗИМБАБВЕ (30.09.-12.10.2018)
Путешествие по странам Южной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЮАР (12.10 - 22.10.2018)
Акулы юга Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 20.10 - 04.11.2018)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ (23.10 - 31.10.2018)
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ В ЧАД (10.11 - 24.11.2018)
Забытые сокровища пустыни

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЕНЕСУЭЛЕ (С 18.11 2018)
Восхождение на Рорайму


ПУТЕШЕСТВИЯ ПО ЗАПРОСУ (В любое время) :

СЕВЕРНЫЙ СУДАН
Путешествие по древней Нубии

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МЬЯНМЕ
Мистическая страна

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЬЕТНАМУ И КАМБОДЖЕ
Краски юго-восточной Азии

Кроме этого мы организуем индивидуальные туры по странам Африки (Ботсвана, Бурунди, Камерун, Кения, Намибия, Руанда, Сенегал, Судан, Танзания, Уганда, Эфиопия, ЮАР). Пишите ntulege@gmail.com или kashigin@yandex.ru

Africa Tur Справочные материалы АФРИКА В СТРАТЕГИИ КИТАЯ КИТАЙ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ XXI ВЕКА

КИТАЙ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ XXI ВЕКА

Внешнеполитическая программа Пекина

На протяжении последнего десятилетия Китай руководствуется стратегией развития, основным девизом которой является мирное возрождение. В декабре 1997 г. тогдашний заместитель премьера Госсовета КНР Цянь Цичэнь выступил на региональном форуме АСЕАН с речью: «Только развивая сотрудничество, можно обеспечить мир и процветание», где были сформулированы основы новой концепции безопасности. Контуры этой концепции были обрисованы также в опубликованной в июле 1998 г. «Белой книге по национальной обороне». А 26 марта 1999 г. на тот момент председатель КНР Цзянь Цзэминь впервые сформулировал концепцию в ее окончательном варианте, который предусматривал отказ от логики, основанной на военных союзах, взаимное доверие, стремление к равенству, сотрудничеству, уважение суверенитета и территориальной целостности государств, формирование нового справедливого миропорядка, упор на диалог с великими державами.

Соотношение старого и нового в формировании внешнеполитической доктрины КНР нашло отражение в решениях XVI съезда КПК. Пекин, с одной стороны, подтвердил готовность строить международные отношения на основе партнерства с мировыми центрами, а не противодействия им, с другой озвучил тезисы, уходящие корнями в прошлое, когда он выступал в качестве лидера развивающихся стран в борьбе с международным «гегемонизмом». Однако в выступлении председателя КНР Ху Цзиньтао по случаю 60-летия ООН 30 сентября 2005 г. о намерении Китая бороться с «гегемонизмом» уже не говорилось. Выступление содержало призыв к строительству гармоничного мира, созданию прочной мирной обстановки. Эти новации нашли отражение и в материалах XVII съезда КПК в октябре 2007 г. В докладе Ху Цзиньтао был сделан акцент на приверженность Китая мирному пути развития и сотрудничеству со всеми странами и, вместе с тем, подчеркивалась возросшая роль Китая в мировых делах. Заявление о том, что «сегодня социалистический Китай …стоит во весь свой гигантский рост на востоке нашей планеты», давало понять, что с сильным и растущим Китаем миру предстоит считаться. Положение о необходимости создания прочной мирной обстановки было включено и в программный раздел Устава КПК.

Коррективы во внешнеполитическую концепцию Китая внесли его бурный экономический рост, а также глобализация со свойственными ей плюсами и минусами. В основе современных подходов китайских лидеров к определению внешнеполитических приоритетов лежит прагматичное и взвешенное отношение к глобализации. С одной стороны, Китай стремится использовать возможности глобализации в интересах реформ и развития, с другой обезопасить от ее угроз китайскую экономику и социально-политическую стабильность. Признавая глобализацию объективной реальностью и призывая «адаптироваться» к ней, китайские аналитики подчеркивают, что именно развитые страны «получают больше преимуществ от глобализации».

Концепция мирного усиления или возвышения страны «хэпин-цзюэчи» возникла на фоне бурного экономического роста Китая, высоких темпов его развития, углубления политики реформ и открытости. В ней нашли отражение идеи национального самосознания, национальной гордости. Тезис об усилении и возвышении Китая как долговременной стратегии развития появился в выступлениях китайских руководителей и ведущих аналитиков в ответ на рассуждения на Западе о «китайской угрозе».

Концепция возвышения Китая имеет давнюю историю и базируется на вкладе, который внесла древнейшая китайская цивилизация в мировую культуру, а также на том обстоятельстве, что Китай является страной с самым многочисленным населением и богатыми природными ресурсами. При этом китайское руководство и ученые КНР считают, что возрождение страны должно носить мирный характер и осуществляться на основе уважения других цивилизаций. Стратегия подъема страны предполагает отказ от менталитета «холодной войны» и максимальное использование шансов на развитие, предоставляемых глобализацией, путем завоевания новых рынков и привлечения инвестиций. Китайские эксперты подчеркивают, что мирный подъем Китая означает новые возможности развития не только для него, но и для других стран Азии и всего мира. «Таким образом, важными позитивными аспектами концепции мирного возвышения Китая являются, во-первых, его мирный характер, во-вторых, то, что усиление Китая происходит в контексте сотрудничества со всеми странами, и, в-третьих, политика открытости и сотрудничества».

«Китай стремится к укреплению международной безопасности, пишет китайский ученый Лю Цзайци. Однако содержание понятия безопасности многообразно, традиционные угрозы переплелись с новыми, нетрадиционными. Изза межнациональных и межрелигиозных противоречий и территориальных споров непрерывно разгораются локальные войны и региональные конфликты. Международное положение значительно усложнилось. С одной стороны, после окончания холодной войны серьезной угрозой безопасности государств и регионов стали международный терроризм, религиозный экстремизм и национальный сепаратизм, которые подверглись однозначному осуждению со стороны Китая. С другой стороны, стратегия превентивных ударов и новый интервенционизм Соединенных Штатов, остающихся единственной сверхдержавой, ведут к новым вооруженным конфликтам и войнам. Итак, поддержание мира и обеспечение безопасности является важной и актуальной задачей, стоящей перед всеми странами»5. Идея мирного возвышения Китая, несущего одновременно мир и процветание другим странам и народам, занимает в последние годы центральное место в речах и выступлениях китайских лидеров. Так, например, в интервью тогдашнего министра иностранных дел КНР Ли Чжаосина в декабре 2005 г. подчеркивалось, что путь мирного развития, которого придерживается Китай, базируется на стремлении к развитию и гармонии в стране, к содействию миру и сотрудничеству в мире6.

Внешнеполитическая концепция Китая нашла развитие в опубликованной в декабре 2005 года «Белой книге», основная идея которой продемонстрировать миру, что развитый и сильный Китай не представляет для него угрозы. Концепция исходит из необходимости экономического роста Китая и продолжения политики реформ внутри страны, а также расширения связей с внешним миром. Консенсус в понимании Пекина означает создание условий для интегрирования в новый мировой порядок всех государств при сохранении их независимости и права на политический выбор.

Считая, что сейчас нет угрозы возникновения мировой войны, и для мирного возрождения наступило время больших стратегических возможностей, сам Китай активно интегрируется в мировую политическую и экономическую систему. Приведенные в «Белой книге» цифры показывают, что Китай присоединился уже к более чем 130 межправительственным меяеду народным организациям, включая Международное Агентство по Атомной Энергии (МАГАТЭ), и 267 международным многосторонним договорам, включая Договор о нераспространении ядерно го оружия. Он активно участвует в борьбе с терроризмом, разоружении, предотвращении распространения ядерного оружия, миротворческой деятельности, охране окружающей среды и других мероприятиях международного сотрудничества. На конец 2005 г. он заключил договоры о границе с 12 соседними странами.

Китай в последние годы демонстрирует решимость участвовать в урегулировании проблем глобального уровня. Сегодня такие важные проблемы, как борьба с глобальным потеплением климата, ядерные программы Ирана и КНДР, не решаются без участия Китая. Согласно «Киотскому протоколу», Китай как развивающаяся страна не несет обязательств по принудительному сокращению объемов выброса парниковых газов. Однако китайское правительство заявляет о готовности внести вклад в охрану климата на планете. В январе 2007 г. создана Экспертная комиссия Китая по изменениям климата, учреждена Всекитайская руководящая группа по борьбе с изменениями климата. В июне опубликована Государственная программа противодействия изменениям климата. В сентябре МИД КНР объявил о создании механизма участия в международных переговорах по проблеме климатических изменений. Специальный представитель генерального секретаря ООН по вопросам изменений климата Хан Сын Су отметил, что Китай неизменно играет конструктивную и активную роль в решении этой проблемы. В китайской Программе 11-й пятилетки (2006-2010 гг.) поставлена цель сокращения к 2010 г. энергетических затрат на 20% и выбросов основных видов загрязняющих веществ на 10%, по сравнению с показателями 2005 г. Хотя эта задача является внутренним делом Китая, стремление ее решить служит сигналом мировому сообществу о том, что Китай принимает активные меры в ответ на вызовы глобальных климатических изменений.

Китай разрешил проблему обеспечения 1,3-миллиардного населения продовольствием и тем самым значительно сократил в мире численность нуждающихся. Как заявляют сами руководители страны, «Китай сохраняет четкую позицию, трезво оценивая свои обязательства перед миром и не уклоняясь от них». Сегодняшнее положение Китая в мире во многом следствие экономического бума, заставляющего ведущие мировые державы по-новому оценивать эту еще недавно слаборазвитую страну. Росту между народно го авторитета КНР в немалой степени способствует и ее гибкая, достаточно привлекательная внешняя политика. Китайский политолог Чэнь Цзэхуа выделяет три основных направления внешнеполитической стратегии страны в XXI веке: 1) координация отношений с другими державами и разблокирование потенциальных конфликтов с ними; 2) урегулирование двусторонних проблем и смягчение трений с соседями; 3) опровержение слухов о «китайской угрозе», предотвращение новой мировой «холодной войны».

Одним из основных условий укрепления государства и обеспечения его стабильности и безопасности Китай сегодня считает развитие добрососедских отношений с сопредельными странами и создание благоприятной обстановки на границах. Правительство КНР заявило о готовности «придерживаться политики дружбы и партнерства с соседями»10. «Мы продолжим следовать курсу на дружеские и партнерские отношения с сопредельными странами, будем укреплять добрососедство и деловое сотрудничество с соседними государствами», заявил председатель КНР в отчетном докладе XVII съезду КПК. Ху Цзиньтао отметил также, что Китай продолжит «развивать региональное сотрудничество, совместно с другими странами создавать в регионе обстановку мира, стабильности, равноправия, взаимного доверия и взаимовыгодного сотрудничества»

Начиная с середины 90х годов прошлого века, страна расширяет двусторонние связи, в том числе с республиками бывшего Советского Союза, активно участвует в работе многосторонних организаций, присоединяется к соглашениям в сфере торговли и в области безопасности. Сегодня Китай больше, чем когда-либо , открыт миру. Отвечая на вопросы корреспондентов 6 марта 2005 г., тогдашний министр иностранных дел Ли Чжаосин заявил, что Китай имеет за рубежом 235 дипломатических миссий, в которых работают 5600 человек. В одном только 2004 г. председатель КНР Ху Цзиньтао, премьер Госсовета Вэнь Цзябао, другие официальные лица посетили с визитами 34 страны. В свою очередь, в Китае побывали 29 глав государств, 23 главы правительства и 42 министра иностранных дел. Активный характер носят межпарламентские, межпартийные обмены, визиты военных, профсоюзных делегаций. Китайские города стали побратимами 20 городов мира.

Более прозрачными становятся действия правительства. В октябре 2003 г. была впервые опубликована повестка дня заседания Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК. Китайские СМИ провели расследование попыток официальных кругов скрыть эпидемию атипичной пневмонии. В стране активно действуют неправительственные организации (НПО). Публичному обсуждению подвергаются и многие международные проблемы. Пример открытые дебаты по вопросам нераспространения ядерного оружия и противоракетной обороны, широко освещавшиеся в ведущих органах китайской печати.

Нерешенной осталась проблема Тайваня. Здесь друг другу противостоят две полярные идеи: китайская концепция «одна страна две системы» и тайваньская юридически признанный международным сообществом суверенитет острова. В итоге переговоров между формально неправительственными организациями тайваньским «Фондом обменов через пролив» и китайской «Ассоциацией связи через пролив» был выработан «консенсус 1992 года», суть которого признание сторонами принципа «одного Китая», но «понимаемого по-разному». Однако постепенный отход Тайваня от этого принципа свел на нет к концу 90-х гг. переговорные усилия, которые окончательно подорвал «тайваньский кризис» 1995-1996 гг. В 1999 г. президент Тайваня Ли Дэнхуэй озвучил концепцию «два берега два государства».

В преддверии XVI съезда КПК в начале 2002 г. Китай в очередной раз отодвинул дату «военного воздействия» на Тайвань, а окончательный срок «объединения» был перенесен с 20052007 гг. на 2011 год. На самом же съезде Китай занял достаточно жесткую позицию в данном вопросе, категорически настаивая на концепции «одного Китая» и не исключая применения военной силы в случае провозглашения Тайванем независимости. А в принятом Всекитайским собранием народных представителей (ВСНП) 14 марта 2005 г. «Законе о противодействии расколу государства» содержится тезис о возможности использования «по усмотрению Китая» силы против Тайваня в случае серьезного инцидента, способного воспрепятствовать процессу мирного воссоединения. Этот закон был воспринят в Тайбэе как юридическая база для введения на остров частей Народно-освободительной армии Китая (НОАК). Впрочем, чтобы смягчить удар, китайская печать выступила с разъяснениями, заявив, что руководство КНР не собирается предпринимать «массированную атаку», а ограничится лишь «точечным ударом по сепаратистам, который не коснется мирных жителей»15.

И все же изменения в китайской позиции налицо. Хотя Пекин не отказывается от политики «одного Китая» и идеи воссоединения с островом, что показали его жесткое отношение к эпидемии атипичной пневмонии на Тайване и упорное сопротивление приему острова во Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ), он также воздерживается от резких шагов по изменению статус-кво. Начиная с XVI съезда КПК (ноябрь 2002 г.), в его тайваньской политике прослеживаются новые элементы. Сегодня его первоочередная задача убедить население острова в искренности намерений обеспечить ему путем воссоединения совместное процветание. В марте 2003 г. Ху Цзиньтао заявил о «возрождении китайской нации» в случае реализации принципа «одного Китая» и призвал прилагать совместные усилия для развития связей «через пролив», которые будут способствовать оживлению традиций, укреплению экономических и иных связей между материковым Китаем и островом.

Важным моментом стало решение властей КНР снять запреты на поездки граждан КНР на Тайвань. В начале 2005 г. было возобновлено прямое авиа-сообщение между берегами Тайваньского пролива на период празднования Нового года по лунному календарю. А в мае 2005 г. в Пекине состоялась первая за 60 лет встреча руководителей Китайской компартии и тайваньской партии Гоминдан. Председатель КНР и Генсек

ЦК КПК Ху Цзиньтао принял в Доме народных собраний лидера крупнейшей на Тайване оппозиционной партии Лянь Чжаня. В ходе встречи стороны договорились сотрудничать в деле заключения мирного договора, который призван устранить полувековую вражду между партиями. По мнению наблюдателей, визит показал стремление Пекина форсировать ситуацию и добиваться смещения администрации острова с тем, чтобы налаживать диалог с Гоминданом уже не на партийном, а на государственном уровне. Не случайно визит Лянь Чжаня вызвал негативную реакцию на Тайване, в руководстве которого заговорили о том, что «визит главы Гоминдана способствует расколу тайваньского общества и политическому хаосу на острове».

Таким образом, сегодня ситуация в вопросе «двух Китаев» стала иной. Китай уже тяготится формулой «одна страна две системы» и пытается ее модифицировать, компенсируя вместе с тем свою «уступчивость» агрессивной риторикой. Между Пекином и Тайбэем установлены активные экономические связи, а финансовые трудности острова дают Китаю надежду, что рано или поздно мирное воссоединение «двух Китаев», хотя бы по гонконгскому сценарию, все же произойдет. Подобное решение вопроса устроило бы и Соединенные Штаты, продолжающие поддерживать Тайвань и в то же время заинтересованные в стабильных отношениях с КНР.

О том, что Китай стремится сохранить статускво и избежать конфронтации по тайваньской проблеме, надеясь в будущем решить ее мирными средствами, свидетельствуют многочисленные заявления официальных лиц КНР по тайваньскому вопросу. Так, например, выступая 23 апреля 2005 г. на встрече с председателем правления Тайваньского фонда общего рынка на двух берегах Тайваньского пролива Сяо Вань чаном, участвующим в совещании Боаоского азиатского форума 2005, председатель Всекитайского Комитета Народного политического консультативного совета Китая Цзя Циньлинь заявил, что континентальная часть Китая неизменно стремится к возобновлению диалога и готова вести переговоры с любыми лицами и партиями на Тайване, признающими политику «одного Китая». При этом он отметил успехи экономического сотрудничества и обменов между берегами Тайваньского пролива и выразил поддержку дальнейшему расширению торгово экономического сотрудничества и активизации обменов в политической сфере, заметив, что более глубокое взаимопонимание позволит вывести из тупика политические отношения сторон. Тем не менее, говорить о том, что Китай готов отступить от формулы «есть только один Китай, и Тайвань его провинция», пока рано.

В последние годы Китай ведет себя более уверенно в мировых делах, и к его мнению прислушиваются. Он проявляет менее конфронтационный и более конструктивный подход к решению глобальных и региональных проблем. Если раньше руководство объявляло Китай слаборазвитым, страдающим от «гегемонизма» государством, то сегодня эта страна действует на международной сцене как активный игрок, как великая держава с собственными интересами и позицией. Об изменении взглядов Пекина на мировую систему и собственную в ней роль свидетельствуют статьи в китайской печати после событий 11 сентября 2001 г., авторы которых призывают Китай отказаться от привычного образа «обиженной жертвы» в пользу менталитета великой державы, поделить глобальные обязательства между великими державами, включая Китай. Сегодняшний Китай намерен стать «равным среди сильных».

Свидетельством перемен стало присутствие председателя Ху Цзиньтао первое присутствие китайского лидера на встрече «Восьмерки» в июне 2003 г. При этом Пекин не отказывается от конкуренции с США и попыток преодолеть американское лидерство, популяризируя собственные ценности. Он активно участвует в международные организациях, и, играя на противоречиях между великими державами и используя экономические средства, добивается влияния, создает собственные коалиции.

Ранее проявлявший сдержанность в вопросах мировой политики Китай начинает вести себя во многих случаях достаточно активно. Так, он вмешался в конфликт, связанный с ядерной программой Северной Кореи, выступив в роли посредника на переговорах по выходу из кризиса. Китай направил в Пхеньян своих представителей, а в апреле 2003 г. организовал в Пекине трехсторонние переговоры по данному вопросу. По инициативе китайской стороны 31 октября 2003 г. главы делегаций Китая, КНДР и США провели в Пекине неформальную встречу, на которой пришли к согласию возобновить шестисторонние переговоры (КНДР с одной стороны, США, Япония, Южная Корея, Россия, Китай с другой). Китайская сторона проявила инициативу организации контактов представителей КНР, КНДР и США в Пекине 28 января 2006 г. Официальный представитель МИД КНР Кун Цюань заявил на прессконференции, что дипломатическое мероприятие в Пекине свидетельствует о важной роли КНР как председателя в шестистороннем процессе. О том, что Китаю принадлежит заслуга преодоления взаимного недоверия сторон, заявила на прессконференции 7 ноября 2006 г. официальный представитель МИДа КНР Цзян Юй: «После проведения КНДР ядерного испытания ситуация вокруг Корейского полуострова стала более чувствительной и сложной. Скорейшее разблокирование переговорного процесса будет содействовать смягчению напряженной ситуации, оно отвечает интересам всех заинтересованных сторон и ожиданиям международного сообщества»21. «Цель Китая мирный и стабильный Корейский полуостров, свободный от ядерного оружия, заявил министр иностранных дел КНР Ли Чжаосин. Шестисторонние переговоры реалистичный выбор решения этой проблемы путем диалога»22. В интервью газете «Жэньминь жибао» министр иностранных дел КНР Ян Цзэчи, подводя итоги 2007 г., заявил: «Китай продолжал усилия по достижению безъядерного статуса Корейского полуострова, активно содействовал миру и диалогу, успешно провел у себя три пленарных заседания в рамках шестисторонних переговоров, способствовал принятию двух важных документов „Первоначального плана действий по реализации Совместного заявления“ и «Второго этапа реализации Совместного заявления“. В процессе денуклеаризации Корейского полуострова произошли существенные сдвиги. Китай находился в тесном контакте со всеми сторонами по вопросам создания мирного механизма на Корейском полуострове и механизма безопасности в Восточной Азии»23.

О готовности Китая поддержать международную систему нераспространения ядерного оружия свидетельствует и позиция, занятая им по ядерной проблеме Ирана. На пресс-конференции в Каире в июне 2006 г. премьер Госсовета КНР Вэнь Цзябао заявил, что Китай твердо выступает против распространения ядерного оружия. «Иран имеет право на использование ядерной энергии в мирных целях, но в то же время он должен выполнить свои обязательства и обещания, принять меры для укрепления доверия со стороны международного сообщества. Мы выступаем за разрешение ядерной проблемы Ирана дипломатическим путем. Китай будет продолжать работу со всеми заинтересованными сторонами и координировать их усилия»24. А 23 декабря 2006 г. Китай вместе с другими членами Совета Безопасности ООН поддержал инициированные Соединенными Штатами санкции против Ирана за торговлю ядерными и ракетными материалами, несмотря на то, что это наносило ущерб его экономическим интересам.

Свидетельством перемен во внешней политике Китая стала его позиция по Ираку. После начала военной акции США и Великобритании против Ирака МИД КНР выступил с заявлением, в котором охарактеризовал эти действия как «нарушение Устава ООН и принципов международного права» и призвал вернуться на путь поиска политического решения иракской проблемы. Ситуация в Ираке явилась предметом обсуждения главами государств и министрами иностранных дел Китая и России: итогом явилось совместное коммюнике по иракскому вопросу. Когда стало очевидно, что политико-дипломатические усилия потерпели крах, Китай отказался участвовать в заседании СБ ООН 19 марта 2003 г. Однако по мере активизации военных усилий Вашингтона и Лондона в

Ираке официальная риторика и комментарии китайских СМИ становились более сдержанными. Иракский кризис показал стремление китайского руководства избегать конфронтации с ведущими державами, прежде всего с США, и обходить препятствия на пути к главной цели стать мощной и великой державой, с которой другие страны будут вынуждены согласовывать свою политику. Вместе с тем, тот факт, что Китай озвучил критическую позицию в отношении действий США, позволил ему сохранить престиж в мусульманском мире и развивающихся странах в целом.

Под влиянием изменения отношений с Западом Пекин пересматривает подход к проблеме расширения НАТО. Если в 90е годы XX в. он выражал опасения по поводу приближения НАТО к границам Китая, то сегодня спокойно относится к расширению альянса. В 2002 г он инициировал политический диалог с НАТО с целью обсудить восприятие сторонами политического будущего мира, взаимные угрозы, цели и перспективы политики НАТО в пограничном с Китаем районе.

Активное участие Китая в международных делах, с одной стороны, и достаточно прагматичный курс во взаимоотношениях с ведущими державами с другой, создает ему более широкие возможности для защиты собственных интересов в мировой политике.

2. Связи с ведущими государствами Запада и Россией Китай постоянно подчеркивает приверженность многополюсному мироустройству, а на практике предпринимает шаги по установлению более тесных связей с широким кругом государств, стремясь соблюсти баланс в отношениях с внешним миром. Последние годы явились свидетелями активизации политических и экономических отношений Китая с ведущими государствами мира. Предмет его особой заботы взаимоотношения с США, переживающие период «потепления». Между странами происходит интенсивный дипломатический обмен; в его активе личные контакты Ху Цзиньтао и Джорджа Буша, визит в США в декабре 2003 г. премьера Госсовета КНР Вэнь Цзябао, в октябре 2003 г. министра обороны Цяо Ганчуаня (первая поездка главы военного ведомства КНР в США за 7 лет), ответные визиты в Пекин в январе-феврале 2004 г. зам. министра обороны США Дугласа Файта, заместителей Госсекрета ря США Ричарда Армитиджа и Джона Болтона. В январе 2006 г. Китай посетил заместитель Госсекретаря США Роберт Зеллик, который провел переговоры с премьером Госсовета КНР Вэнь Цзябао, другими китайскими официальными лицами. По договоренности между китайской и американской сторонами в ту пору заместитель главы МИДа Китая Ян Цзэчи и заместитель госсекретаря США по политическим вопросам Николас Бернс провели 8 ноября 2006 г. в Пекине 3й раунд китайско-американского стратегического диалога, в ходе которого состоялся обмен мнениями по проблемам нынешних китайско-американских отношений и между народным и региональным вопросам, представляющим обоюдный интерес. Отвечая на вопросы корреспондентов 7 ноября 2006 г., официальный представитель МИДа КНР Цзян Юй заявила: «Налаживание двустороннего диалога по вопросам, касающимся основных интересов двух стран, углубление их взаимопонимания и взаимодоверия способствуют не только стабильному развитию двусторонних отношений, но и обеспечению мира и стабильности в регионах и в мире в целом».

Китайские лидеры отдают себе отчет в том, что в качестве единственной сверхдержавы Соединенные Штаты часто действуют без оглядки на то, одобряют ли его демарши более слабые, с их точки зрения, члены мирового сообщества. При этом они подрывают тот самый мировой порядок, который всегда критиковал Китай, но который по мере того, как последний становится высокоразвитой страной, все очевиднее его устраивает. Одновременно теряют вес ООН и Совет Безопасности, членом которых является КНР, что также таит в себе угрозу современному миропорядку и месту, которое занимает в нем Китай.

Однако делая заявления о необходимости неукоснительного соблюдения Устава ООН и норм народного права, Пекин, вместе с тем, стремится избегать напряженности в отношениях с Вашингтоном, от которого во многом зависит рост китайской экономики и решение тайваньской проблемы. Отчасти в силу этого Китай не только осудил террористическую акцию 11 сентября 2001 г., но и выразил готовность участвовать в борьбе с терроризмом. На XVI съезде КПК был озвучен тезис о готовности Китая вместе с другими странами вести борьбу с терроризмом «во всех его формах» «радикальными мерами» по предотвращению и подавлению террористических акций и «всемерному устранению истоков терроризма»29. На саммите АТЭС в Бангкоке в октябре 2003 г. Пекин вопреки позиции ряда стран АСЕАН, не согласных со стремлением США превратить борьбу с терроризмом в главную тему повестки дня саммита, поддержал Вашингтон, заявив, что безопасность и экономика развиваются рука об руку.

В свете событий 11 сентября появились и новые моменты в подходе США к Китаю. Высокопоставленные военные и политические деятели США стали высказываться в пользу налаживания тесного военного сотрудничества с Пекином, вплоть до совместных действий по предотвращению таких угроз, как терроризм, пиратство, нарко-траффик, стихийные бедствия. «Китай и США могут более широко сотрудничать в деле глобальной борьбы с терроризмом. Китайские граждане были жертвами террористических актов в Пакистане и Афганистане. Китай может помочь перекрыть артерии, питающие глобальный терроризм. Мы хорошо стартовали, работая вместе в ООН и занимаясь поисками денег террористов в китайских банках, но можем расширить наше сотрудничество еще больше», заявил, выступая в Национальном комитете по американокитайским отношениям в сентябре 2005 г., первый зам. Госсекретаря США Роберт Зеллик.

Соединенным Штатам нужна поддержка Китая в борьбе с терроризмом и других вопросах мировой политики. Они хотят добиться одобрения Пекином новой концепции стратегической безопасности, предполагающей присутствие американских войск в ряде регионов мира, включая Азию и Африку. Стороны добились консенсуса в вопросе нераспространения ядерного оружия. Хотя двустороннее сотрудничество в этом вопросе носит ограниченный характер, Вашингтон устраивает то обстоятельство, что Китай выступает против передачи другим странам ядерной технологии.

США возвращаются к идее постепенного вовлечения Китая в систему глобальных отношений при главенствующей роли Вашингтона. Некоторые исследователи даже допускают мысль, что Китай в рамках партнерства с США мог бы выступить в роли одной из опор стабильности в АТР. Вместе с тем, прилагая активные усилия по расширению своего контроля над АТР (реорганизация американского военного присутствия в регионе, развитие сотрудничества с Индией и военнополитических связей с Сингапуром, Филиппинами, Тайландом, Индонезией, Вьетнамом, укрепление отношений с АСЕАН), США пытаются оказать сопротивление китайскому влиянию в регионе.

Акцент США после событий 11 сентября на борьбу с терроризмом побудил их к стремлению избегать конфронтации с Китаем по тайваньской проблеме. Наметившееся взаимопонимание между КНР и США по этому вопросу укрепилось после прихода к власти в Тайбэе радикального сторонника независимости Тайваня Чэнь Шуйбяня. Фактически США и КНР выступили в поддержку сохранения статускво острова. Конфликт принял форму психологической войны за «сердца и умы» населения по обе стороны пролива. США избегают поощрять тайваньское руководство к провозглашению политической независимости, подтверждают приверженность принципу «одного Китая» и после визита в США в декабре 2003 г. премьера Госсовета КНР Вэнь Цзябао фактически поддерживают стремление Пекина помешать попыткам одностороннего провозглашения независимости Тайванем, при этом настаивая на исключительно мирном решении проблемы путем переговоров. «В отношении Тайваня, заявил Хуан Цзинь из Вашингтонского Института Брукингса, позиции Китая и Соединенных Штатов практически сходны. Ни та, ни другая страна не хотят независимости Тайваня. Обе стороны хотят мира и стабильности».

И все же, как представляется, тайваньская проблема остается достаточно острой для американокитайских отношений. Признавая на словах пекинскую концепцию «одного Китая», США при этом продолжают политические контакты и военное сотрудничество с островом. А в феврале 2005 г. в Китае вызвало серьезное недовольство обнародованное США и Японией в рамках американо-японского консультативного комитета по вопросам безопасности в Вашингтоне совместное заявление, называющее стратегическими целями сторон поощрение к мирному урегулированию проблемы Тайваньского пролива путем диалога, а также «повышение прозрачности военной политики Китая». Официальный представитель МИД КНР Кун Цюань заявил по этому поводу, что китайская сторона «крайне озабочена» данным заявлением. «Американо-японский альянс безопасности был сформирован в условиях холодной войны и не должен выходить за двусторонние рамки, сказал он. В то же время заявление включает тайваньский вопрос, касающийся суверенитета, территориальной целостности и национальной безопасности Китая. Правительство и народ Китая решительно выступают против этого».

Китай и США имеют и общие экономические интересы. Китайское руководство отдает себе отчет в том, что без стабильных отношений с США невозможно поддерживать высокие темпы экономического роста. Китай является третьим по величине торговым партнером Америки после Канады и Мексики. США, в свою очередь, занимают второе место в рейтинге торговых партнеров и экспортеров Китая после стран ЕС: объем двусторонней торговли составил в 2005 г. 211,6 млрд долл.35, а в 2006 г. 262,7 млрд долларов. В 1 полугодии 2007 г. торговля КНР с США выросла на 17,4%, составив 149,6 млрд долларов. К тому же Китай поддержал ослабевший американский доллар, купив в 2002-2003 гг. ценные бумаги правительства США на 100 млн долл. По свидетельству «Форин афере», валютные резервы в центральных банках стран Восточной Азии стали главной опорой экономического благополучия США. Китаю нужны американские рынок и инвестиции, а также поддержка США в вопросе Тайваня. Со своей стороны, США имеют важные деловые интересы в Китае, где действуют ведущие американские компании. США, безусловно, рассчитывают в будущем на вовлечение Китая в мировое рыночное и информационное пространство.

В США не утихают дебаты по поводу политики, которую следует избрать в отношении Китая. Приверженцы бескомпромиссного курса считают эту страну стратегическим конкурентом и упорно популяризируют тезис об угрозе, которую несет Китай могуществу США в экономической и политической сферах. Они ссылаются на то, что Китаю нужны новые рабочие места, так как его рабочая сила ежегодно увеличивается на 10 млн человек, а это создает проблему для США. «Мы все еще боимся Китая, пишет „Вашингтон Пост“. Разумеется, он представляет уже не такую опасность, как раньше. Сейчас Китай опасен как располагающий дешевой рабочей силой конкурент, лишающий нас рабочих мест и доли рынков. Выход на мировую арену столь крупной и динамичной экономической державы будет ударом для США и других стран. Рабочие будут терять работу, а некоторые компании обанкротятся. При этом Китай не хочет быть лишь источником дешевой рабочей силы. Ему нужны новые технологии, и американские компании, снабжающие его такими технологиями, вооружают тем самым своего будущего конкурента.

Чтобы успешнее конкурировать с Китаем, Соединенные Штаты снижают издержки производства, повышают производительность труда, используют дешевые, чаще всего китайские комплектующие. Тем не менее, число рабочих мест в американской промышленности продолжает сокращаться. Было время, когда США требовали открытия китайского рынка, ссылаясь на свободу торговли. Сейчас они опасаются, что китайская продукция задавит местную промышленность и лишит американцев рабочих мест.

Острая для США проблема отрицательный баланс в торговле с Китаем, составивший в 2006 г. 24,4 млрд долларов. Соединенные Штаты утверждают, что рост китайского экспорта в 8 раз за 20012006 гг. обусловлен пекинской политикой искусственного сдерживания курса юаня по отношении к доллару. Они обвиняют Китай в искусственном сдерживании процесса девальвации своей валюты, позволяющем ему неуклонно наращивать экспорт. Со своей стороны, китайское руководство заявляет, что сдерживание курса юаня позволяет ему избежать роста инфляции.

Хотя многие аспекты внешнеторговой политики Китая вызывают в США резко негативное отношение, здесь высказывается и иная точка зрения на перспективы торговли с Китаем. Так, например, заслуживает внимания выступление главы Федеральной Резервной Службы (ФРС) Алана Гринспена, заявившего, что благодаря своей дешевой рабочей силе и другим конкурентным преимуществам Китай играет роль экономического посредника между США и странами Восточной Азии. Хотя Китай имеет огромный профицит в торговле с США, эта торговля закрепляет ориентацию азиатских стран на Соединенные Штаты, их равнение на доллар, поскольку Китай закупает в Азии комплектующие, из которых потом собирает товары для американского рынка.

Опасаясь чрезмерно быстрого развития Китая, которое несет угрозу американскому доминированию в мире, США пытаются сдержать его, не допустить превращения КНР в экономическую супердержаву. С одной стороны, Вашингтон декларирует приверженность стратегическому партнерству с Пекином, реанимирует военное сотрудничество с ним, с другой поддерживает санкции, направленные на ограничение этого сотрудничества, настаивая на сохранении эмбарго ЕС на продажу ору жия Китаю и используя проблему «прав человека» как повод помешать его снятию. «По последним официальным данным, опубликованным в Китае, писал влиятельный американский журнал „Тайм“ в январе 2007 г., за прошедший год военные расходы Китая выросли на 15%. Оцените это увеличение в контексте политики в отношении Тайваня, и вы начнете ощущать беспокойство»42. О том, что США попрежнему используют проблему «прав человека» как средство «сдерживания» Китая, свидетельствует опубликованный Госдепартаментом 6 марта 2007 г. «Доклад по соблюдению прав человека 2006», содержащий критику в адрес пекинского руководства. В ответ на этот доклад прессканцелярия Госсовета КНР также обнародовала документ «О ситуации с правами человека в США 2006», основная цель которого, как заявил официальный представитель МИД КНР Цинь Гань, побудить администрацию США «подумать, достойна ли она называться защитником прав человека» и «размахивать руками перед другими, судить о них, вмешиваться во внутренние дела под предлогом защиты прав человека, применяя двойные стандарты».

Китайское руководство обращает внимание на то, что оборонный бюджет КНР несопоставим с военным бюджетом США: в 2007 г. Пентагон запросил у Конгресса 481,4 млрд долл. (15,71% бюджета США), не считая расходов на операции в Ираке и Афганистане. В то же время Пекин собирался потратить на оборону около 45 млрд, или 7,19% бюджета страны. Как заявил министр иностранных дел КНР Ли Чжаосин, американские расходы на военные цели в 2004 г. в 17,8 раз превысили китайские. Если последние составили 1,6% ВНП, то в США на них пришлись 3,9% ВНП. При этом военные расходы США составили 47% всех расходов на оборону в мире, в 3,5 раза превысив расходы на эти цели всех членов СБ ООН.

В последние годы в США получает распространение и иная точка зрения на сам факт появления на мировой арене новой мощной силы и на политику, которую целесообразно избрать США перед лицом «китайской экспансии». Американские синологи, в частности, призывают правительство США учитывать подъем Китая и относиться к нему с должным вниманием. А американский еженедельник «Форин афере» в одной из своих статей и вовсе расценивает нападки на Китай и стратегию его сдерживания как ошибку, призывая США «взвешенно относиться как к возможностям, так и к границам своего влияния» и «активно и терпеливо сотрудничать с Пекином». «Международная экономическая интеграция уже способствовала политической либерализации в Китае, пишет журнал. Соединенным Штатам надо только продолжать взятый курс, чтобы подтолкнуть этот процесс»47. «Хотя впечатляющий рост Китая вызывает беспокойство в Вашингтоне, говорится в другой статье журнала, нет оснований полагать, будто Китай станет врагом США. Взаимный поиск благоприятных возможностей для экономики будет определяющим фактором во взаимоотношениях Китая с США и остальным миром на многие предстоящие годы».

Неоднозначна и позиция китайского руководства в отношении США. С одной стороны, в официальных заявлениях руководства КНР постоянно подчеркивается, что Китай мирная страна и желает жить в мире со всеми странами, включая США. «Китайская угроза“ это мышление людей, которые продолжают ощущать себя во временах холодной войны. Таких людей немного. Я верю, что народы США и Китая могут жить в мире и дружбе», заявил тогдашний министр иностранных дел КНР Ли Чжаосин. Однако после 11 сентября в Китае не прекращаются дискуссии между «либералами» и «новыми левыми». Если первые выступают за дальнейшее улучшение китайско-американских отношений как необходимое условие адаптации страны к требованиям глобализирующегося мира, то вторые считают, что любые сдвиги в этом направлении приведут лишь к усилению зависимости Китая от США и росту американского влияния в мире.

Китай активно развивает отношения с Европейским Союзом, официально установленные в 1997 г. При этом он стремится найти консенсус со странами ЕС в решении мировых и региональных проблем, таких как реформа ООН, послевоенное восстановление Ирака, проблема Тай ваня и других. Однако приоритетным направлением во взаимоотношениях Китая со странами ЕС является торгово-инвестиционное сотрудничество.

Европейский Союз самый крупный торговый партнер Китая, его первый экспортер и второй по величине источник импорта. В 2005 г. объем торговли Китая с ЕС вырос на 22,6%, по сравнению с 2004 г., составив 217,3 млрд долл.50, а в 2006 г. рост продолжился: объем двусторонней торговли составил 272,3 млрд долл. (25,3% по сравнению с 2005 г.)51. В 1 полугодии 2007 г. объем торговли Китая с ЕС составил 158,35 млрд долл. (рост на 27,3% по сравнению с аналогичным периодом 2006 г.). Доля ЕС в китайской внешней торговле составила в 2007 г. 15,5%52.

ЕС рассматривается Пекином как перспективный источник инвестиций и новых технологий. Китай активно использует технические и технологические достижения Европы в интересах развития собственной экономики и достижения прогресса в научных исследованиях. На декабрь 2006 г. общее число инвестиционных проектов ЕС в Китае составило 25.418; общая сумма контрактов 97 млрд 950 млн; объем реализованных инвестиций 53 млрд 180 млн. На конец 2006 г. Китай при влек из ЕС 24.108 технологий на общую сумму свыше 98 миллиардов 3. XXI век явился свидетелем обоюдного стремления КНР и стран Европейского Союза к развитию двусторонних отношений. В 2000 г. в Пекине состоялась встреча руководителей Китая и стран Европейского Союза, а тогдашний премьер Госсовета КНР Чжу Жунцзи совершил визиты в Германию, Италию, Голландию и Люксембург, а также в штаб квартиру ЕС. В 2000 г. с официальным визитом в Китае побывал президент Франции Жак Ширак, в 2002 г. канцлер Германии Герхард Шредер; в апреле 2003 г. премьерминистр Франции ЖанПьер Раффарен; в августе того же года премьерминистр Великобритании Тони Блэр, в июле 2005 г. глава правительства Испании Хосе Луис Родригес Сапа теро. В феврале 2004 г. состоялся визит председателя КНР Ху Цзиньтао во Францию. В ноябре 2005 г. Ху Цзиньтао посетил Великобританию, Германию и Испанию, а в декабре того же года в Великобритании, Германии, Франции и Испании побывал с визитами премьер Госсовета Вэнь Цзябао. В феврале 2006 г. во Францию нанес официальный визит министр иностранных дел КНР Ли Чжаосин, а в ноябре 2006 г. визит в Китай совершил министр иностранных дел Италии Массимо д’Алема. И, наконец, последние годы стали свидетелями растущего интереса к развитию отношений с Китаем, который проявило новое руководство двух европейских стран Франции и Великобритании: в ноябре 2007 г. сюда совершил визит французский президент Николя Саркози, а в январе 2008 г. премьер-министр Великобритании Гордон Браун.

Хотя Пекин стремится к максимальному расширению числа европейских странпартнеров, он, тем не менее, отдает приоритет отношениям с Г ерманией, Францией и Великобританией.

С Германией Китай связывают, в первую очередь, экономические интересы. Германия крупнейший европейский торговый партнер Китая. В 2005 г. двусторонний торговый оборот достиг 53 млрд евро. За 7 лет пребывания у власти в Германии Герхарда Шредера объем китайско-германской торговли вырос в 7 раз. После Великобритании Германия второй по величине инвестор в китайскую экономику. В первый же день визита в страну в ноябре 2005 г. председатель КНР Ху Цзиньтао подписал контракты с немецкими партнерами почти на 1 млрд евро. Один только контракт с компанией «Siemens» на поставку 60 высокоскоростных железнодорожных составов оценивается в 669 млн евро. Опрос самых крупных немецких предприятий показал, что к 2010 г. немецкие инвестиции в Китай могут достичь примерно 20 млрд евро. Первое место по количеству зарегистрированных предприятий с участием немецкого капитала (1061 предприятие) заняла провинция Цзянсу в Восточном Китае. С января по июль 2007 г. объем товарооборота провинции с Германией оценивался в 8,96 млрд долл. (рост на 25,1% по сравнению с тем же периодом 2006 г.)57. Германия осуществляет в Китае крупные проекты, в частности, строит в Шанхае скоростную железную дорогу. Германские инвесторы проявляют большой интерес к китайской автомобильной промышленности. Лидером в освоении китайского рынка стал концерн «Folkswagen», который производит в Китае автомобили и успешно реализует их на китайском рынке. Не уступает ему и «Siemens», открывший в Китае более 70 заводов и 60 представительств, где заняты 43 тыс. человек. По количеству работников этот концерн в первых рядах действующих в Китае транснациональных корпораций; при этом следует заметить, что большинство его работников китайцы.

Достаточно активно развиваются отношения Китая с Францией. Во время визита во Францию в 2004 г. председатель КНР Ху Цзиньтао выступил с речью в Национальном собрании: аудитория аплодировала стоя. Будучи во Франции в феврале 2006 г., министр иностранных дел КНР Ли Чжаосин имел встречу со спикером Национальной Ассамблеи Жаном-Луи Дебре, который обратил внимание на весьма благоприятное развитие отношений между правительствами и парламентами двух стран. В ходе встречи с Ху Цзиньтао руководители крупных французских компаний выразили заинтересованность в расширении контактов в торгово-экономической сфере. А в беседе Ли Чжаосина с министром иностранных дел Франции Филиппом Дуст-Блази стороны проявили намерение активизировать взаимодействие на железнодорожном транспорте, в области энергетики и авиа-промышленности.

2528 октября 2006 г. состоялся визит в Китай тогдашнего президента Франции Жака Ширака, в ходе которого были подписаны совместная декларация и 14 соглашений о сотрудничестве. Одно из соглашений касалось совместного производства Китаем с компанией «Алстом» гигантским производителем транспортных средств и энергетического оборудования самых мощных в мире грузовых электровозов. Франция осуществляет поставки Китаю авиалайнеров корпорации «Эр бас» А330, А319 и А320. А в ноябре 2007 г. Китай посетил вновь избранный французский президент Николя Саркози. Во время переговоров с Саркози председатель Ху Цзиньтао заявил, что Китай заинтересован в развитии многогранного сотрудничества с этой страной, в том числе в таких областях, как атомная энергетика, авиационная и аэрокосмическая промышленность, телекоммуникации. Он также подчеркнул «важность углубления политических контактов и стратегического взаимодоверия». Накануне визита Саркози в Китай посольство Франции в Пекине, Торгово промышленная палата Франции и другие французские ведомства опубликовали Белую книгу «Инвестиции Франции в Китае» с целью призвать французских предпринимателей размещать свои капиталы в этой стране. Согласно данным, приведенным в книге, в настоящее время 850 французских предприятий создали в КНР более 1800 заводов и представительств; объем их операций в 2006 г. превысил 20 млрд евро и растет ежегодно на 20 30%.

Стороны сближает позиция Франции в вопросе эмбарго Евросоюза на поставки оружия Китаю: на саммите ЕС в Брюсселе представитель Франции впервые поднял вопрос о снятии эмбарго. Со своей стороны, Париж рассчитывает на то, что стратегическое партнерство с Пекином поможет ему в борьбе с США за влияние в мире.

Тенденцию активного развития сохраняют и китайско-британские отношения. Обоюдное стремление Китая и Великобритании к активизации двустороннего сотрудничества продемонстрировал визит в Китай в 2003 г. Тони Блэра. В ходе визита был подписан контракт на строительство контейнерного терминала в китайском порту Циндао площадью 2,25 млн кв. метров. Стоимость контракта 877 млн долл., а общая сумма инвестиций в проект, в котором участвует еще Дания, превысит 1 млрд долларов.

Обращает на себя внимание стремление сторон находить общность в подходе к решению вопросов мировой политики: взаимопонимание было достигнуто, в частности, по ядерной проблеме КНДР. Со своей стороны, Т. Блэр не стал акцентировать внимание на проблемах, позиции по которым расходятся, в частности, иракской; он первым из западных лидеров, посетивших Пекин, обошел вниманием вопрос о правах человека в Китае.

Великобритания лидер среди европейских стран по объему инвестиций в Китай (свыше 10 млрд долл.) и 2й торговый партнер КНР. При этом обе стороны считают, что потенциал двустороннего экономического сотрудничества реализован не полностью. О готовности и дальше развивать отношения в торговой и инвестиционной сфере свидетельствовал первый визит в КНР в январе 2008 г. нового британского премьера Гордона Брауна. В ходе встреч лидеры двух стран, как сообщала китай ская печать, достигли консенсуса по 9-ти вопросам. В их числе решение увеличить двусторонний торговый оборот до 60 млрд долл. к 2010г., реализовать проект Китайско-британского научного моста, начать разработку плана действий в рамках инновационного партнерства в сфере здравоохранения и так далее. В ходе встреч были подписаны 8 документов о сотрудничестве на договорную сумму почти в 800 млн долл. Британская «Дейли телеграф» назвала эту сделку исторической.

О том, что британский премьер стремится содействовать двустороннему сотрудничеству, свидетельствует сделанное им заявление о важности для Великобритании торгово-экономических отношений с Китаем, а также его выступление на пресс-конференции в Шанхае, в котором говорилось, что отношения двух стран вступают в новый период диалога и сотрудничества на высоком уровне. Что же касается Китая, то он, со своей стороны, стремится к расширению двусторонних экономических отношений, в первую очередь, в инвестиционной сфере.

Достаточно сложный характер носят китайско-японские отношения. Борьба Китая и Японии за доминирование в Азиатско-тихоокеанском регионе стала в начале нового тысячелетия важным фактором, определяющим экономические и политические процессы в Юго-Восточной Азии. Противостояние охватило весь комплекс проблем от экономики и кредитов до вопросов международной политики. В частности, ведется спор по поводу островных территорий Сенкаку, которые Япония захватила в 1895 г. и которые Китай считает своими. Япония обвиняет Китай в том, что его ракеты якобы нацелены на японские города. Две страны являются конкурентами в стремлении обеспечить себе доступ к энергоресурсам в России, Африке, на Ближнем Востоке, в Латинской Америке. Пример конфликт из-за природного газа в Восточно-китайском море. Китай протянул газопровод от буровых вышек в море до Шанхая. В ответ японская сторона, осваивавшая месторождение в течение 30 лет, потребовала от китайской стороны отказаться от добычи здесь газа.

Китай активно выступает против предоставления Японии статуса постоянного члена Совета Безопасности ООН. В китайском сегменте Интернета был запущен проект по сбору подписей против попыток Японии войти в состав СБ. Виртуальные протесты перешли в реальные: десятки тысяч человек вышли на улицы крупных городов КНР с антияпонскими лозунгами. При этом Китай мотивирует свое негативное отношение к членству Японии недовольством по поводу отношения Японии к вопросам истории, ее претензий на спорные территории и так далее.

Противостояние затронуло и культурно-исторический аспект взаимоотношений. В августе 2001 г. посол КНР в Японии By Давэй заявил, что в связи с проблемой различного толкования исторических событий (японская оккупация Китая 1937-1945 гг.), а также посещением японскими должностными лицами токийского храма Ясукуни, который считается в Китае символом японского милитаризма, двусторонние отношения достигли самой острой стадии с момента установления дипломатических отношений в 1972 году.

Конкурируют две азиатские страны и в борьбе за симпатии стран АСЕАН. В ноябре 2001 г. 10 стран АСЕАН подписали договор о создании в течение ближайших 10 лет Зоны свободной торговли с Китаем. Однако в ходе визита в 2002 г. японского премьера Коидзуми в 5 наиболее развитых стран АСЕАН последним было предложено создать альтернативный общий рынок. При этом премьер отказался обсуждать возможность присоединения к китайскому договору с АСЕАН. В отличие от китайского договора, который одновременно подписывали все его участники, японский проект должен был строиться на двусторонних соглашениях, по примеру соглашения о свободной торговле между Японией и Сингапуром.

Экономическая неизбежность толкает две страны к расширению сотрудничества. Китай один из главных торговых партнеров Японии. Япония является третьим по величине торговым партнером Китая после ЕС и США и первым источником китайского импорта. (В 2003 г. Япония была крупнейшим торговым партнером Китая, а США и ЕС занимали соответственно 2е и 3е места; в период с 2004 по 2006 г. ситуация изменилась.) Объем двусторонней торговли составил в 2005 г. 184,4 млрд долл.67, в 2006 г. 207,3 млрд долл.68, в 1й половине 2007 г. 110,04 млрд долл. (рост на 14,5% по сравнению с аналогичным периодом 2006 г.)69, а японские ПИИ в Китай составили к концу 2004 г. 15% всех инвестиций Токио за границей. В декабре 2007 г. между странами было заключено соглашение о кредитовании Китая в японских иенах (46,3 млрд иен) для реализации 6 проектов в области охраны окружающей среды в центральном и западном районах Китая. К настоящему времени договорная сумма предоставленных Японией Китаю кредитов составляет более 3,3 трлн иен. Япония активно содействовала вступлению Китая в ВТО.

Вместе с тем, в последние годы в Японии растет число противников курса на экономическое сближение с Китаем. Считая, что последний может в дальнейшем стать реальной угрозой безопасности Японии, они предлагают корректировать политику в отношении Китая, обусловливая ее, в частности, рядом требований (сокращение военных расходов, улучшение условий для японских инвестиций, смягчение позиции в тайваньском вопросе).

Что касается Китая, то его современный внешнеполитический курс предполагает, как отмечалось выше, стремление к налаживанию добрососедских отношений со всеми сопредельными странами, по возможности, избегая конфликтных ситуаций. Выступая на прессконференции в Пекине в январе 2007 г., пресссекретарь китайского МИДа Цзян Юй дала следующий ответ на вопрос о перспективах китайско-японских отношений: «Улучшить отношение народов двух стран друг к другу является общей задачей Китая и Японии. Китайская сторона постоянно выступает за развитие дружбы и сотрудничества с Японией, исходя из принципа „извлечь уроки из прошлого, обратить взор в будущее“. В этом году исполняется 35 лет с момента нормализации китайско японских отношений, и двусторонние связи приобретают возможность развития. Мы надеемся, что стороны, пользуясь этим случаем, постараются сохранить тенденцию развития двусторонних связей и расширять обмены и сотрудничество между странами в различных областях»72. Как заявил директор департамента политики Центра изучения Японии при Академии Общественных Наук (АОН) Китая профессор Гао Хун, «Китай и Япония являются самыми мощными государствами Восточной Азии. У Китая огромный рынок сбыта, у Японии современные технологии. Стороны испытывают потребность друг в друге… Японские инвесторы одни из наиболее активных в Китае: двусторонний товарооборот в 2004 г. превышал объем торговли Китая с США. Поэтому призывы ряда китайских патриотов бойкотировать японские товары не больше, чем политические лозунги, призванные оказать давление на противоположную сторону».

Тем не менее, нельзя не замечать активного соперничества двух стран за региональное лидерство. Китай пытается сдержать политическое возвышение Японии, выступая против включения ее в состав постоянных членов Совета Безопасности ООН, участия в развертывании региональных систем противоракетной обороны. Одновременно, стремясь сократить отставание от Токио в военной области, он реализует собственную программу развития вооруженных сил и совершенствует национальную ядерную стратегию.

В условиях доминирования в современной мировой политике Соединенных Штатов особую роль приобретают отношения Китая с Россией его ближайшим соседом. Сегодня у России и Китая нет идеологических противоречий: стороны демонстрируют уважение к сложившейся у соседа политической системе. Россия признает статус КНР как крупной индустриальной державы, доминирующей в Азии. Китай отдает должное статусу России как преемницы СССР и государства, обладающего весом в международных делах. Оба государства осуждают терроризм, выступают против сепаратизма. Россия поддерживает китайскую позицию в отношении Тайваня и формулу «одного Китая».

В ходе визита в Пекин президента РФ В.В. Путина в декабре 2002 г. была озвучена формула нынешних российскокитайских отношений: «Добрые соседи, хорошие друзья, надежные партнеры и никогда не враги». Выступая на прессконференции по итогам переговоров, В.В. Путин сказал, что «стороны не только преодолели разногласия, но и стали настоящими стратегическими партнерами». «Китай и Россия являются самыми крупными соседними государствами, заявил в 2004 г. глава МИД КНР Ли Чжаосин. Навеки быть друзьями и никогда врагами это правильный выбор». Китайское руководство неизменно подчеркивает, что его основными целями являются углубленное развитие двусторонних отношений на долгосрочной основе, содействие совместному развитию и процветанию двух стран, усиление координации и сотрудничества во внешней политике. «Эти отношения нового типа характеризуются отсутствием конфронтации и направленности против третьих стран. Они строятся на основе ключевых национальных интересов двух стран и отражают изменения международных отношений и мирового порядка после окончания холодной войны».

Заключенный в 2001 г. Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Китаем и Россией представляет собой программный документ, определяющий развитие китайскороссийских отношений в XXI веке. Договор содержит политико-правовой фундамент для стабильного развития двусторонних отношений: урегулировано, в основном, пограничное размежевание, заложены основы для долгосрочного политического и экономического сотрудничества. Подписаны соглашения о взаимном доверии и сокращении вооружений в приграничных районах, о демаркации восточного и западного участков китайско-российской границы. В 2002 г. подписана совместная декларация «Россия и Китай в современном мире».

Наблюдается совпадение позиций Китая и России по многим международным проблемам. Обе страны выступают за демократизацию ме ждународных отношений, в защиту норм международного права, за укрепление роли ООН, осуждают терроризм. Они активно сотрудничают в рамках региональных организаций: особую роль играет сотрудничество в ШОС, созданной благодаря совместным усилиям двух стран. Китайское руководство, как и российское, озабочено планами Вашингтона по ПРО (противовоздушная оборона), поскольку компоненты системы могут быть размещены в непосредственной близости от границ Китая в Японии и даже на Тайване. Помимо общей границы, Москва и Пекин имеют в последние годы и общие политические принципы. Главными из них являются неприятие однополярного мира во главе с США, борьба с «цветными революциями», а также тезис о необходимости учитывать местную специфику при строительстве демократии. В годы президентства Владимира Путина Россия и Китай сделали немало, чтобы отстоять именно такой взгляд на мир: они поддержали президента Узбекистана Ислама Каримова после событий в Андижане, выступили против введения жестких санкций против Ирана, защитили в Совбезе ООН Судан и Мьянму.

Впрочем, по некоторым вопросам позиции Москвы и Пекина расходятся. Это касается, в частности, реформы Совета Безопасности ООН. Обе страны выступают за расширение СБ, однако Россия настаивает на формуле «ограниченного расширения», в то время как КНР ратует за широкое включение в СБ ООН развивающихся стран. Если Россия выступает против «немотивированного расширения» военно-политических альянсов, прежде всего НАТО, то Китай конфликтовать с альянсом явно не намерен: давно добиваясь отмены эмбарго на поставки оружия из ЕС, введенного в 1989 году, Пекин заинтересован в стабильных отношениях с этой организацией.

Между КНР и РФ поддерживаются активные дипломатические связи. Действует механизм ежегодных встреч глав государств и регулярных встреч глав правительств. Председатель КНР Ху Цзиньтао совершил свой первый визит в качестве главы государства именно в Москву. В

2004 г. состоялся официальный визит в Китай президента РФ В. Путина: в ходе визита был подписан пакет документов, касающихся пограничных проблем, которые тем самым были окончательно разрешены. В августе 2005 г. состоялись первые российско-китайские совместные военные учения. В марте 2006 г. В.В. Путин вновь посетил Китай. А в ноябре

2006 г. по приглашению премьера Госсовета КНР Вэнь Цзябао официальный визит в Китай совершил тогдашний премьер-министр Российской Федерации М. Е. Фрадков. В ходе визита состоялась 11-я регулярная встреча глав правительств КНР и РФ, принявших также участие в мероприятиях, посвященных закрытию «Года России» в Китае. В марте

2007 г. председатель КНР Ху Цзиньтао посетил Москву с очередным официальным визитом: это была уже 12я встреча глав двух государств. 200-7й год стал «годом Китая» в России.

В мае 2008 г. свой первый визит в Китай совершил новый президент России Дмитрий Медведев. Накануне визита президента Россия отправила несколько партий гуманитарной помощи, спасателей и медиков в юго-западные регионы Китая, пострадавшие от землетрясения, жертвами которого стали более 40 тысяч человек. Президент России, так же как и его предшественник, а ныне премьер-министр Владимир Путин, выразил соболезнование жертвам землетрясения. Как писал в этой связи «Коммерсант», «выбор Китая в качестве второй страны для дебютного внешнеполитического турне президента РФ (первой стал Казахстан) отнюдь не случаен: поездка должна подтвердить тезис Москвы о том, что в лице КНР у России есть серьезный геополитический союзник, вместе с которым она может бросить вызов Западу.

Россия была в 2004 г. восьмым по значению торговым партнером Китая. В 2005 г. объем российско-китайской торговли вырос на 37,3% (на 14% больше роста всей внешней торговли Китая) и составил 26,5 млрд долларов. На конец 2006 г. объем российскок-итайского товарооборота оценивался в 33,4 млрд долл.80. А на май 2008 г. объем торговли составил уже 48,2 млрд долларов81. Лидеры двух стран поставили задачу довести двусторонний товарооборот к 2010 г. до 6080 млрд долл. Принимаются меры по расширению объема двусторонней торговли. Межправительственным торговым соглашением на 19972000 гг. был установлен принцип расчета за поставки товаров СКВ по текущим ценам мировых рынков, создан российско-китайский Координационный комитет по приграничной и межрегиональной торговле, на который возложена задача урегулирования проблем, возникающих при осуществлении этих форм товарообмена.

В последние годы структура товарного экспорта Китая в Россию претерпевает изменения. Согласно данным Главного таможенного управления КНР, в 2006 г. первое место в нем заняла продукция машиностроения и электротехники, составившая 35,4% объема китайского экспорта в Россию (в 2001 г. доля данных товаров не превышала 11%). В 1 квартале 2007 г. объем поставок в Россию автомобилей и других транспортных средств возрос на 180%82. Ведущее место в российском экспорте в Китай занимают химические удобрения, прокат черных металлов, стальные заготовки, арматурная сталь, концентраты цветных металлов, нефть и нефтепродукты, древесина. Экономический бум в Китае и связанная с ним потребность в возрастающих поставках сырья обусловливают рост российского сырьевого экспорта. Спрос на сталь со стороны китайских автомобильных заводов также сказывается на его объемах, поскольку Россия крупный экспортер никеля, используемого в автомобильной промышленности КНР.

Базу для сотрудничества Китая с Россией в нефтяной сфере создает географическая близость двух стран. Китай импортирует российскую нефть и нефтепродукты, китайские компании участвуют в разработке источников нефти в РФ, налажен обмен горнорудным и нефтяным оборудованием. Объемы поставок российской нефти в Китай пока невелики (менее 5% всего экспорта нефти и нефтепродуктов из России). В 2004 г. Китай импортировал из России 7 млн т нефти, в 2005 г. 10 млн, в 2006 г. 15 млн. В соответствии с соглашением к 2010 г. поставки должны составить 30 млн т в год. Главными поставщиками были до 2004 г. ЮКОС, Сибнефть и Роснефть; в 2004 г. к ним присоединилась компания ЛУКОЙЛ.

Одной из главных тем переговоров российского президента с председателем КНР Ху Цзиньтао в марте 2006 г. стали вопросы взаимодействия в энергетической сфере. В ходе визита Владимира Путина в Пекин в марте 2006 года Россия и Китай договорились о создании беспрецедентного энергетического альянса: российские и китайские госкомпании согласовали контракты на поставку российских энергоносителей в КНР. Россия планирует увеличить объемы продаж Китаю нефти и газа, оказать ему содействие в развитии ядерной энергетики. Поскольку основным препятствием для расширения объемов поставок является транспорт, ведутся переговоры о строительстве нефтепровода из России в Китай. В интервью китайской прессе накануне визита в КНР в марте 2006 г. В. Путин затронул вопрос строительства нефтепровода из Восточной Сибири к Тихому океану (ВСТО) с ответвлением на Китай, заявив: «Если проект удастся реализовать, это будет способствовать значительному увеличению объемов поставок нефти из России в КНР»85. Строительство ВСТО начато в апреле 2006 г.; первый этап проекта предполагается завершить в конце 2008 года. В 2009 г. нефтепровод должен давать первую нефть Китаю: после этого на азиатский рынок может поступать 2530 млн т нефти в год, а в перспективе 80 млн т в год.

Однако за прошедшие два года реализация ряда соглашений зашла в тупик прежде всего, из-за конфликтов между Роснефтью и китайской CNPC по поводу цены. В Роснефти подсчитали, что компания теряет 40 долларов на каждой тонне нефти, поставленной в Китай, а не на Запад. В результате под угрозой оказалось строительство ответвления ВСТО на Китай.

Россия намерена довести к 2020 г. долю стран Азиатско тихоокеанского региона в экспорте своей нефти с учетом восточных проектов и сахалинского шельфа с нынешних 3 до 30%. Министерство экономического развития и торговли РФ (МЭРТ) прогнозирует рост добычи и экспорта нефти к 2010 г. до 273 млн тонн, что связано со спросом на европейском рынке и дополнительным экспортом нефти в Азиатско-тихоокеанский регион по трубопроводной системе Восточная Сибирь Тихий океан. Намечены перспективы сотрудничества России и Китая и в сфере газоснабжения. «Важной составной частью двусторонних отношений стратегического взаимодействия и партнерства» назвала в выступлении на пресс-конференции 7 ноября 2006 г. представитель МИДа КНР Цзян Юй энергетическое сотрудничество между Китаем и Россией, которое «осуществляется на основе равенства и взаимной выгоды, отвечает коренным интересам обеих стран и содействует их совместному развитию». При этом широкие возможности для двустороннего экономического сотрудничества открывает разрабатываемая в Китае энергетическая стратегия, предусматривающая ввод дополнительных мощностей в энергетике, в том числе ядерной.

Сегодня 95% российского экспорта нефти и 100% газа направляются в Европу, в то время как на энергетических рынках США и Азиатско Тихоокеанского региона, на которые приходится половина мирового потребления ресурсов, Россия практически не представлена. Сотрудничество с Китаем перспективно и в силу того, что Россия является устойчивым нетто-экспортером энергетических ресурсов, а Китай устойчиво превращается в их нетто-импортера. Однако существует иная точка зрения на данную проблему. Так, президент Института энергетической политики В. Милов обращает внимание на то, что, несмотря на географическую близость России и КНР, 80% объемов нефтяного импорта Китая приходятся на Ближний Восток, страны Юг-Восточной Азии и Африку. Газ и электроэнергия из России в Китай практически не экспортируются. Основная причина в том, что Китай традиционно делает ставку на развитие собственного энергетического потенциала. Кроме того, переговоры относительно поставок газа упираются в проблему цен: Китай предлагает России цены ниже, чем Украина до 2005 года. Проект экспорта в Китай природного газа из Ковыктинского месторождения в Иркутской области, о котором ведет переговоры «Газпром», буксует из-за разногласий по цене поставок. К тому же, спрос на энергоносители особенно заметно растет в юго-восточных, промышленно развитых районах Китая, куда поставки затруднены из-за больших расстояний и высокой стоимости. Эти районы будут удовлетворять спрос на газ за счет сжиженного природного газа (СПГ). В России же пока всего один проект предусматривает производство СПГ Сахалин, но он уже имеет контракты на 2025 лет с Японией, США, Южной Кореей.

Перспективы торговли Китая с Россией имеют не до конца использованный потенциал. Развитию товарооборота могут помочь интенсификация инвестиционной деятельности, создание Свободных экономических зон, эффективно функционирующих по обе стороны границы, совместное участие в реализации проектов сотрудничества.

На пути расширения масштабов торгово-экономического сотрудничества двух стран немало препятствий. В настоящее время структура российско-китайской торговли формируется в направлении, которое не вполне устраивает Россию, поскольку основную долю российского экспорта составляют нефть и другое сырье. Впрочем, в этой области намечаются сдвиги. Как сообщил китайский «Экономист Дейли», 26 января 2008 г. на российско-китайском форуме были заключены контракты, предусматривающие поставку в Китай 156 технологий в области производства современных материалов и оборудования. Вступление в ВТО заставило Китай пересмотреть многие аспекты торговой политики. В частности, он ввел сроком на 5 лет с отсчетом от 23 сентября 2003 г. антидемпинговые пошлины, что сказалось на поставках ряда российских товаров, в первую очередь холоднокатаной стали. Вступив в ВТО, Китай оказался в положении страны, с которой Россия должна договариваться на пути во Всемирную торговую организацию, что оказалось непросто. Самый быстроразвивающийся аспект торгового обмена приграничная торговля, однако здесь возникает больше всего проблем. По этому каналу идут, в частности, бесконтрольные поставки леса, что нельзя не рассматривать как разграбление природных богатств России.

Важным аспектом двусторонних китайско-российских связей является инвестиционное сотрудничество. Китай исходит в вопросе предоставления инвестиций из 3х критериев: удовлетворение потребностей в сырье, доступ к высоким технологиям, расширение экспорта. Поэтому инвестиции в Россию могут представлять для него интерес.

Китайские инвестиции в Россию составили в 2004 г. 550 млн долл.: с китайским участием создано 523 СП. За девять месяцев 2005 г. инвестиции Китая в Россию по договорам составили 368 млн долл., а за 1 квартал 2006 г. 280 млн долларов. Как отмечалось выше, наибольший интерес китайская сторона проявляет к сырьевому сектору российской экономики. В 2005 г. Китайская Национальная Нефтехимическая Корпорация Синопек (China National Petrochemical Corporation Sinopec) подписала соглашение с компанией Роснефть о создании совместного предприятия по разработке блока месторождения «Сахалин 3». Харбинская негосударственная компания Лонгду проявила готовность вложить 120 млн долл. в строительство нефтеперерабатывающего завода на Урале: компания планирует поставлять в Китай около 2 млн т нефтепродуктов в год. В октябре 2006 г. Роснефть и Китайская национальная Нефтяная Корпорация CNPC (China National Petroleum Corporation) подписали соглашение о создании СП «Восток-Энкерджи», которое будет, в частности, заниматься совместной разведкой и разработкой нефтяных месторождений на российской территории, строительством нефтеперерабатывающих мощностей и продажей их продукции в Китай и в котором 51% акций будут принадлежать российской компании. Объявлено о планах Роснефти по строительству в Китае 300 АЗС и нефтеперерабатывающего завода мощностью 10 млн тонн.

Как представляется, сегодня речь может идти о сотрудничестве России и Китая в сфере добычи, переработки и импорта сырья. О том, что такого рода сотрудничество реально, свидетельствуют переговоры между CNPC и компаниями Роснефть и Газпром о совместной эксплуатации нефтяных и газовых месторождений в Арктике, о которых сообщалось в марте 2007 года.

Инвестиционное сотрудничество Китая с Россией не ограничивается сырьевой сферой. Пример совместных предприятий опытный цех по производству обуви в городе Черногорске (Хакасия). Новейшее оборудование по производству обуви различных модификаций на сумму 3 млн долл. изготовлено в КНР. Производственные мощности ООО «Черногорская обувная фабрика» в ближайшем будущем должны достичь до 1,5 млн пар обуви в год.

Китай готов сотрудничать с Россией в создании инфраструктуры для малого и среднего бизнеса, жилых и дорожных комплексов на юге РФ. Российско-китайский деловой совет подготовил свыше 150 совместных проектов на общую сумму 9,5 млрд долл. Проекты включают, в частности, сооружение ветки железной дороги Лесозаводск (российское Приморье) Хулин (провинция Хейлуцзян), создание металлургического СП с участием российской компании Еврохолдинг.

Объем ПИИ российских предприятий в Китай на конец 2006 г. составил 610 млн долларов. Российские компании проявляют заинтересованность в сотрудничестве с Китаем в энергетическом секторе. Крупнейший объект энергоблоки Тяньваньской АЭС, где работы ведет Атомстройпроект. Первоначально намеченные сроки ввода в строй первых двух блоков были, однако, сорваны, что вызвало недовольство китайской стороны. В г. Баотоу функционирует совместное предприятие «БэйфанУрал», выпускающее грузовикивездеходы. Между КНР и РФ осуществляется межбанковское инвестиционное сотрудничество: в 2005 г. Внешэкономбанк подписал соглашение с Государственным банком развития КНР о кредите на 300 млн долл. Открытие «Года Китая» в России сопровождалось организацией в Москве 27 марта 2007 г. Национальной выставки КНР, в ходе которой были подписаны 20 соглашений на общую сумму 4,3 млрд долл. между компаниями двух стран.

Эффективной формой российско-китайского сотрудничества является создание на границе двух стран Зон свободного предприниматель ства и свободной торговли, объединяющих в единый территориально экономический комплекс прилегающие районы. Убеждает в этом опыт сотрудничества приграничной китайской провинции Хейлуцзян с российским Дальним Востоком и Сибирью в сферах сельского хозяйства, энергетики, научнотехнического обмена, экспорта трудовых услуг. Провинция лидирует среди пограничных провинций Китая в торгово экономи ческих связях с Россией.

Важную роль в вопросе расширения инвестиционного и торгово экономического сотрудничества двух стран является страховая защита его участников. Эту функцию осуществляет «Ингосстрах» страховая компания, имеющая устойчивые деловые контакты с ведущими китайскими страховыми компаниями. Таким образом, Россия понемногу восстанавливает позиции, потерянные в китайской экономике в 90е годы.

При общем благоприятном развитии российскокитайские отношения омрачаются рядом проблем. Как серьезную угрозу интересам Рос сии рассматривают, в частности, некоторые российские политики активное заселение китайцами Дальнего Востока, предсказывая в будущем «смертоносный конфликт на границе цивилизаций Востока и Запада». Российский Дальний Восток превышает по объему территорию Китая; однако если население Китая составляет 1,3 млрд человек, то население Дальнего Востока сократилось с 8,1 млн человек в 1991 г. до 6,6 млн в

2003 году. В ряде мест Китая плотность населения 72 человека на 1 кв. км, а в России южнее Хабаровска 1,2 млн человек. Китайцев толкают к заселению дальневосточных территорий экологические проблемы, приводящие к сокращению пахотных земель, а также безработица. Наряду с бизнесменами, скупающими древесину и металлолом, бедные китайцы возводят здесь дома и создают целые деревни. Точная информация о том, сколько китайцев в России, отсутствует. По данным переписи 2002 г., их 34.577 человек, однако сторонники мифа о «китайской угрозе» утверждают, что с учетом нелегалов китайцев намного больше: от 1,5 до 3 млн человек.

Те, кто верят в постепенную интеграцию района с Китаем, обращают внимание на рост торговли (Дальний Восток на 90% зависит от китайского продовольствия и, в значительной мере, от китайских промтоваров) и туризма как на свидетельства того, что проблема решится мирным путем. Их противники рассматривают те же обстоятельства как свидетельство того, что китайцы могут мирно захватить регион с помощью торговли, иммиграции и скрытой угрозы военных действий.

Касаясь китайской иммиграции, руководитель Центра исследования проблем современного Китая Гонконгского Университета Чжэнь Юй шоу писал, что почти половина опрошенных в России считают, что в ближайшем будущем китайцы составят от 20 до 40% населения Дальнего Востока, а многие уверены, что 4060%. Вместе с тем, ученый рассматривает утверждения о «желтой опасности» как проявление национализма российской стороны, создающего серьезное препятствие двусторонним отношениям. Обращая внимание на то, что демографическая кривая в России в последнее десятилетие обнаруживает тенденцию к падению, а в Китае, напротив, находится на подъеме, китайские авторы пишут: «Ряд российских политиков и экспертов, а также немалая часть населения выражают опасения, будто Россия может потерять Дальний Восток и часть Сибири в связи с китайской миграцией. Совершенно очевидно, что положение далеко не столь драматично для России, как это изображается частью СМИ. Многие китайцы учатся или приезжают на время, чтобы заработать: они, например, занимаются бизнесом (в том числе, строительством и сельским хозяйством), принося пользу и самой России. Так стоит ли безосновательно раздувать миф о “китайской угрозе». Пока в китайско-российских отношениях еще сохраняются элементы недоверия, эти отношения не смогут интенсивно развиваться и укрепляться. Аналогичное мнение высказывают и российские ученые. В статье, озаглавленной «Китай: опасный сосед или выгодный партнер?», опубликованной в 2007 г. ^риалом «Pro et contra», Александр Лукин пишет, что «не существует никаких доказательств поощрения миграции в Россию со стороны китайских властей. Напротив, руководство Китая постоянно рекомендует своим гражданам, находящимся в нашей стране, соблюдать российские законы и способствовать ее экономическому развитию». Если же учесть, что приграничные китайские города заполнены российскими туристами и торговцами, которые живут там постоянно или приезжают по нескольку раз в месяц, то китайцы могли бы «с тем же основанием шуметь о российской угрозе. Но они предпочитают использовать деньги российских гостей для развития экономики и строительства новых городов и создают условия для того, чтобы из России приезжало как можно больше туристов».

В целом, несмотря на имеющиеся противоречия, двусторонние отношения РФ и КНР переживают позитивный этап. Россия занимает важное место во внешнеполитических приоритетах Китая, Китай и Россия имеют обширные взаимные интересы, между ними нет противоречий по основным международным проблемам, и перспектива развития их отношений, как представляется, благоприятна. При этом, однако, следует учесть, что отсутствие неразрешимых противоречий в отношениях сторон не означает отсутствия их в будущем. Мощь, населенность и националистическая направленность развития Китая факторы, которые не следует недооценивать и с которыми нельзя не считаться.

3. Страны «Юга» в шкале китайских приоритетов

Особое место во внешнеполитическом курсе Пекина занимают его отношения с развивающимися странами, представляющими для Китая как экономический, так и политический интерес. Идеологическая доктрина Китая призвана представить эту страну лидером третьего мира, защитником интересов развивающихся стран. Причисляя себя к «Югу», Китай надеется найти опору и между народную поддержку в развивающихся странах, а также обеспечить стабильное и благоприятное внешнее окружение, позволяющее успешно осуществлять внутренний курс «мирного развития». Со своей стороны, страны Юга позитивно воспринимают сотрудничество с Китаем. Им импонируют китайская модель развития, помощь, оказываемая Китаем, и они охотно соглашаются считать Китай «страной Юга» и лидером развивающихся стран, учитывая готовность последнего защищать их интересы на мировой арене и играть роль противовеса в отношениях этих стран с США. Китай и страны Юга испытывают обоюдную заинтересованность в сотрудничестве, в частности в ООН, где их позиции по большинству вопросов (условия торговли, права человека, внешняя задолженность, борьба с бедностью и болезнями и пр.) чаще всего совпадают. Цели обеспечения лидерства Китая в группе развивающихся стран следует и его конкретная политика в отношении стран «Юга», с которыми поддерживаются тесные контакты, которым оказывается щедрая помощь. На конец 2005 г. Китай предоставил более 2 тыс. проектов оказания помощи свыше 110 странам и регионам, сократил или списал долги 44 развивающимся странам, на общую сумму свыше 2 млрд долл. США. Так, пострадавшим от цунами государствам он выделил около 87 млн долл. США, а Пакистан получил после землетрясения 26,73 млн долл. в виде гуманитарной помощи. Все это находит отклик в развивающихся странах, представители которых составляют самую многочисленную группу в ООН.

Объект особого внимания и одновременно главный конкурент Китая в группе развивающихся стран Индия. Сегодня Китай и Индия страны с населением, в совокупности превышающим половину населения планеты, за короткий срок ставшие ведущими экономиками мира (Китай второй, Индия пятой), выступают в роли соперников в борьбе за доминирование в Южной Азии. На долю Китая приходятся почти 10% мирового ВВП, на долю Индии более 4%108. Хотя Китай опережает Индию по темпам роста экономики и экспорта, в следующем 10-летии Индия, по некоторым прогнозам, может обойти Китай. Впрочем, не все согласны с этими прогнозами, отмечая, что высокий рост Китая продолжается, сам Китай получает дивиденды от глобализации и глубже, чем Индия, интегрирован в мировую экономику. Особую роль в беспрецедентном «взлете» китайской и индийской экономик играет цивилизационный фактор. Обе цивилизации обладают большим потенциалом самообновления и саморазвития, что ограждает их от разрушительного воздействия извне. Воспринимая чужой опыт, они приспосабливают его к своим национальным особенностям. К тому же индийская и китайская диаспоры рассеяны по всему миру, но сохраняют тесные связи с родиной и охотно вкладывают капиталы в ее экономику. Заинтересованность в ресурсах приводит к столкновениям двух растущих экономик на мировых рынках, ситуацию на которых во многом определяет, с одной стороны, их потребность в энергетическом и минеральном сырье и инвестициях, с другой растущий экспорт ими готовых изделий и деловых услуг. Несмотря на конкуренцию, Китай и Индия, как впрочем, и большинство развивающихся стран, стараются действовать единым фронтом в вопросах международной политики. Об этом свидетельствует, в частности, заявление на саммите «Восьмерки» в Санкт-Петербурге 17 июля 2006 г. лидеров Бразилии, Китая, Индии, Мексики и Южной Африки в связи с террористическими актами, совершенными 16 июля 2006 г. в Индии. Лидеры этих государств выразили единодушное возмущение и солидарность с правительством и народом Индии и готовность интенсифицировать усилия в борьбе с терроризмом, представляющим угрозу каждой из стран и международному миру и безопасности в целом.

В последние годы два «азиатских гиганта» проявляют взаимный интерес к активному развитию двустороннего сотрудничества. В ноябре 2006 г. в Бомбее состоялся китайско-индийский саммит по экономике, торговле и инвестициям. Выступая на нем, председатель КНР Ху Цзиньтао отметил «ускоренное развитие и большие возможности обеих стран“, открывающие возможность углубления взаимовыгодного сотрудничества»110. Индия является десятым по величине торговым партнером Китая и его ведущим торговым партнером в Южной Азии. В 2006 г. двусторонний товарооборот составил 24,9 млрд долл. со среднегодовым приростом на 49,8%, в 5 раз больше, чем в 2002 году. 6 ноября 2007 г. в г. Нью-Дели состоялась встреча китайской делегации из г. Гуаньчжоу с представителями деловых кругов Индии. В ходе встречи, организованной Федерацией индийских экспортных организаций (FIEO), посол КНР в Индии С. Юкси заявил, что торговый оборот Индии с Китаем в 2008 г. превысит 40 млрд долл. США. Ранее стороны планировали достичь данного уровня двусторонней торговли к 2010 году. Кроме того, сторонами разрабатывается Соглашение о региональной торговле, которое должно быть подписано, как заявил посол КНР, в 2008 году.

Наблюдается рост взаимных инвестиций, которые охватывают сферы телекоммуникаций, производства компьютеров, медицины. Нефтяные компании двух стран успешно сотрудничают в третьих странах. По приглашению президента Республики Индия Абдула Калама и президента Исламской республики Пакистан Первеза Мушаррафа председатель КНР Ху Цзиньтао в ноябре 2006 г. нанес государственные визиты в Индию, а также в Пакистан, отношения с которым Китая получили развитие в последние годы. В ходе визита китайского лидера в Пакистан стороны выразили намерение довести в ближайшие 5 лет объем двусторонней торговли до 15 млрд долл. Между странами подписано Соглашение о свободной торговле, переговоры о которой были начаты во время визита в страну в апреле 2005 г. премьера Госсовета КНР Вэнь Цзябао. Способствовать развитию двустороннего сотрудничества был призван и состоявшийся в апреле 2007 г. визит в Китай премьер министра Пакистана Шауката Азиза.

Не оставляет без внимания Китай и другие азиатские страны. В частности, в 2006 г. председатель КНР Ху Цзиньтао посетил Вьетнам и Лаос, а также принял участие в 14-й неформальной встрече в Ханое руководителей стран и территорий, входящих в Организацию АТЭС. Правительства Китая и Вьетнама провели 11 ноября 2006 г. в Ханое первое заседание Китайско-вьетнамского комитета двустороннего сотрудничества. Сопредседателями встречи стали член Госсовета КНР Тан Цзясю ань и вице-премьер и министр иностранных дел Вьетнама Фам Зя Кхием. «Мы поздравляем Вьетнам с завершением переговоров о его вступ лении в ВТО. Пекин готов активизировать сотрудничество с Ханоем, чтобы внести совместный вклад в развитие системы многосторонней торговли», заявила на прессконференции 7 ноября 2006 г. официальный представитель МИДа КНР Цзян Юй. В мае 2007 г. состоялся визит в Китай президента Вьетнама Нгуен Минь Чиета. По итогам встречи было подписано коммюнике, намечающее развитие сотрудничества в сферах рыболовства, охраны окружающей среды, организации поиско воспасательных операций на море и научных исследований моря. Стороны выразили готовность начать освоение нефтегазовых месторождений в заливе Бэйбу. Был подписан договор на сумму 2 млрд долл.,-касающийся сотрудничества в сферах электроэнергетики, связи, инфраструктуры.

Китай проявляет большой интерес к государствам Ближнего и Среднего Востока. В 1998 г. молодой китайский ученый Чжан Цзяодун назвал три причины, побуждающие Китай проводить активную политику в этом регионе: 1) заинтересованность его как импортера нефти в стабильных и тесных связях со странамиэкспортерами нефти: 2) наличие в Китае 5 5-миллионного мусульманского населения и оппозиции из числа исповедующих ислам уйгуров в провинции Синцзян, побуждающее правительство стремиться к тому, чтобы исламские государства Ближнего и Среднего Востока не стали базой для поддержки антиправительственных сил; 3) заинтересованность Китая в союзниках в политической игре с США: если Вашингтон разыгрывает тайваньскую карту, Пекин может разыграть ближневосточную карту, чтобы оказать давление на США. До недавнего времени отношения Китая со странами Ближнего и Среднего Востока не отличались активностью. В последние годы ситуация изменилась. Китай расширяет экономические связи с регионом; он стремится обеспечить себе привилегированный доступ к нефтяным ресурсам, найти новые рынки для своей продукции и технологий, а также укрепить здесь позиции в соперничестве с США.

Как важный союзник в ближневосточной стратегии Пекином рассматривается Иран. Отношения с Ираном возможность более углубленного присутствия в Центральной Азии, доступа к Каспийскому бассейну, позволяющего ослабить зависимость от морских перевозок нефти из арабских стран Персидского залива. К тому же в Иране слабее, чем в других странах региона, ощущается присутствие великих держав. «Тегеран идеальный партнер для Пекина из-за его ресурсов и геополитического положения. Его нефтегазовые ресурсы частично не используются, поскольку страна подвергается остракизму Западом. У Тегерана нет соответствующих технологий, чтобы расширить производство нефтепродуктов. Китай же предлагает себя Ирану как страну, способную помочь ему модернизировать нефтяную индустрию и поднять экономику с помощью промышленных технологий, включая ядерную, капитала и инженерных услуг»117. Объем двусторонней торговли составил в 2005 г. 9,5 млрд долл. Фактор, способствующий продвижению Китая на энергетический рынок Ирана, продажа Тегерану китайских вооружений. Во время ираноиракской войны (19801988 гг.) Китай был практически единственным серьезным источником вооружений для Ирана. По некоторым данным, он оказывал помощь Ирану в создании баллистических ракет дальнего действия, что явилось предметом трений между Пекином и Вашингтоном. Выступая против ядерной программы Ирана и в поддержку санкций, Китай не прекращает военно-техническое сотрудничество с Тегераном, поставляя ему, как сообщали источники, и наступательные ракетные вооружения. Китай, в частности, обвиняют в том, что оружие его производства было в руках Хезболлы во время второй ливанской войны, и именно китайская ракета С802, поставленная Хезболле, поразила 15 июля 2006 г. израильский корвет «Ханит».

Иран представляет для Китая не только экономический интерес: пекинское руководство рассматривает его как инструмент в борьбе против влияния США на Ближнем Востоке. Иран укрепляет свои позиции как региональная держава, играющая важную роль в балансе сил и при этом имеющая весомый инструмент геополитического давления благодаря своему статусу крупного производителя нефти. Подвергаясь экономическим санкциям, Иран особенно заинтересован в таких союзниках, как Китай. В начале января 2007 г. в Пекине побывал секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани, имевший встречи и беседы с председателем КНР Ху Цзиньтао, в ходе которых состоялся обмен мнениями по вопросам развития двусторонних отношений, международным и региональным проблемам. На пресс конференции в посольстве Ирана в КНР Лариджани заявил: «Мы не преследуем цели создания ядерного оружия: эти задачи не являются составной частью национальной доктрины». Вместе с тем, он подчеркнул, что Тегеран может изменить свою позицию по отношению к ДНЯО, если в отношении него будет проводиться политика угроз.

Китай оживляет контракты с Ираком, подписанные при Саддаме Хусейне, стремясь остаться в стране после стабилизации здесь политической ситуации. Накануне войны в Ираке работали более 60 китайских компаний, реализовывавших свыше 500 контрактов в рамках программы ООН «Нефть в обмен на продовольствие». Пекин был третьим торговым партнером Багдада после России и Франции с объемом торговли 2,7 млрд долл., который год от года увеличивался. Существует и проблема иракского долга Китаю в несколько миллиардов долларов.

Наиболее примечательным успехом Китая можно считать его проникновение на рынок Саудовской Аравии, которую США всегда рассматривали практически как свою вотчину. Активные отношения между Пекином и Эр-Риядом начали развиваться по восходящей с середины 80х гг., когда Китай поставил Саудовской Аравии партию баллистических ракет средней дальности. Взамен на получение доступа к саудовской нефти Китай предлагает Эр-Рияду возможность совершать операции на своем энергетическом рынке, который вскоре будет самым крупным в мире. Во время визита в 1999 г. в Эр-Рияд председателя КНР Цзян Цзэминя было провозглашено установление «стратегических отношений» между странами в области энергетики. В 2004 г. Саудовскую Аравию посетил министр иностранных дел КНР Ли Чжаосин, который встретился с крон принцем Абдуллой и королем Фахдом. Стороны договорились проводить консультации на регулярной основе. Визит короля Абдуллаха бин Абдул Азиза в Китай в январе 2006 г. стал первым визитом в эту страну саудовского монарха. Визит продемонстрировал углубление отношений между самым быстрорастущим потребителем нефти и самым крупным ее поставщиком. Саудовская Аравия ведущий торговый партнер КНР в регионе (объем двусторонней торговли составил в 2005 г. 14 млрд долл.)123.

Активизация отношений Китая со странами Ближнего Востока предмет озабоченности Соединенных Штатов. Последние не устраивает, с одной стороны, развитие отношений КНР с такими странами, как Иран, причисляемый Вашингтоном к «оси зла», а с другой стороны, активизация контактов Пекина с традиционными американскими партнерами на Ближнем Востоке, в частности, Саудовской Аравией, тем более что не исключено, учитывая похолодание в отношениях Вашингтона с Эр-Риядом после 9/11, что последняя будет активизировать сотрудничество с Китаем с целью ослабить зависимость от США.

Вместе с тем, нельзя сбрасывать со счетов фактор уязвимости ближневосточного региона с точки зрения безопасности и зависимость Китая от «охранной роли» США в регионе. Используя эту зависимость, США будут оказывать на Пекин давление с целью ограничить поставки китайской военной техники в Иран. В то же время, как полагает бывший американский дипломат, а ныне сотрудник вашингтонского Института имени Брукингса Джеффри Бейдер, сопротивление Китая американским инициативам в Иране зависит от того, поддержит ли его позицию Россия, поскольку «никакой охоты бороться против Америки в одиночку у Китая нет». «Влияние России на Ближнем Востоке существенно сократилось по сравнению с тем, которое имел здесь в годы холодной войны Советский Союз, тогда как влияние Китая в регионе на подъеме», пишут западные политологи. В то же время, как свидетельствует анализ позиций России и Китая на Ближнем Востоке, последние во многом совпадают, что, учитывая международный вес и влияние, которое обрел в последние годы в странах региона Китай и способна при грамотно построенной политике обрести Россия, создает почву для совместных действий двух стран в решении ближневосточных проблем. «Россия и Китай, по разным причинам, должны рассматриваться как ключевые игроки на глобальном энергетическом поле, писал „Аль Иттихад“. Эти две ведущие державы будут обретать растущее влияние на геополитику в ближневосточном регионе реальность, с которой должны считаться как страны региона, так и Соединенные Штаты».

Активно развиваются отношения Китая со странами Латинской Америки, которая становится в XXI веке направлением особой важности для китайских лидеров, поскольку это один из немногих регионов, где Китай может выступать в роли «старшего партнера». К тому же Латинская Америка рассматривается в Китае как источник сырья и рынок сбыта для китайской продукции. Со своей стороны, латиноамериканские страны стремятся выйти из-под опеки США путем диверсификации сотрудничества с другими странами мира, и Китай рассматривается ими как достаточно перспективный партнер. До 1999 г. Латинская Америка не занимала важного места во внешней политике Пекина. В 1998 г. объем торговли со странами региона составлял около 6 млрд долл. (с США 120 млрд), причем торговый оборот на ⅔ состоял из китайского экспорта. Приток китайских товаров за счет их дешевизны грозил подорвать местную промышленность. Опасаясь этого, ряд стран установил антидемпинговые пошлины, которые, например, в Мексике доходили до 110%. 1999-й год стал свидетелем новых тенденций в двусторонних отношениях Китая со странами региона. Не последнюю роль сыграло сокращение связей этих стран с Японией вторым после США торговым партнером и инвестором латиноамериканских стран, пострадавшей от азиатского кризиса и вынужденной свернуть свои программы. С этого момента связи со странами региона Китая, активно осваивающего образовавшуюся «нишу», развиваются по нарастающей.

За короткий срок в Пекине успели побывать вицепрезидент Бразилии Марко Марсель, президент Колумбии Андрес Пастрана Аранго, министры иностранных дел Колумбии, Мексики и Чили. В 2001 г. целую группу латиноамериканских стран Кубу, Бразилию, Венесуэлу, Уругвай, Аргентину и Чили посетил тогдашний председатель КНР Цзян Цзэминь. А в ноябре 2004 г. в Латинской Америке (Бразилии, Аргентине, Чили и Кубе) побывал вступивший на пост председателя КНР Ху Цзиньтао. При этом китайский лидер провел в этой части света две недели больше, чем президент США Джордж Буш за четыре года. В ходе визита Ху Цзиньтао пообещал инвестировать в Латинскую Америку миллиарды долларов. В 20042005 гг. в Китае побывали с визитами лидеры Аргентины, Венесуэлы и Бразилии. 19 сентября 2005 г находящийся в Нью-Йорке в связи с участием в 60й сессии ГА ООН министр иностранных дел Китая Ли Чжаосин провел 15-й политический диалог с министрами иностранных дел Группы Риоде-Жанейро. В ходе переговоров стороны позитивно оценили роль Китая в содействии развитию отношений между Китаем и Латинской Америкой, а также высказались за расширение сотрудничества и партнерства между сторонами. А в декабре 2005 г. состоялся визит в Латинскую Америку члена Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК Ло Ганя, посетившего Аргентину, Уругвай и Кубу.

Активное развитие получило торгово-экономическое сотрудничество Китая со странами региона. Уже в 2000 г. объем товарооборота Китая со странами Латинской Америки достиг 12,5 млрд долл. Если вначале Китай отдавал приоритет отношениям с Бразилией и Аргентиной, на которые приходилась ½ всей его торговли с регионом, то вскоре с ними сравнялись Мексика, Перу, Чили и Венесуэла. При этом в каждой из стран у Китая свои интересы. Так, отношения с Мексикой членом НАФТА дают возможность торговать с США без импортных пошлин. Со своей стороны, Мексика рассматривает сотрудничество с Китаем как баланс в отношениях с США, от которых во многом зависит ее экономика. Чили, Перу и Венесуэла интересуют Китай как экспортеры природных ресурсов. Тот факт, что Латинская Америка интересна Китаю, в первую очередь, с точки зрения поисков долгосрочных поставщиков нефти и других видов сырья, подтвердило соглашение 1997 г. с Венесуэлой. Падение цен на нефть позволило Китаю заключить долгосрочный (20 лет) контракт стоимостью 358 млн долл. на разработку нефтяного месторождения. Эта сделка стала крупнейшим инвестиционным проектом Китая в Латинской Америке. Еще раньше в 1992 г. был заключен контракт на разработку нефтяных месторождений с Перу. Источником сырья для китайской экономики является также Чили, откуда Китай получает медь и древесину. В 2005 г. Китай заключил «особые» соглашения, касающиеся приобретения сырья, с Бразилией и Перу. В настоящее время Китай третий торговый партнер Латинской Америки после США и Японии.

Региональная организация SELA (Sistema Economico Latino americano) рекомендовала латиноамериканским странам создавать благоприятные условия для китайских инвестиций. В качестве примера в ее докладе приводилась Венесуэла, открывшая Китаю доступ к своим нефтяным богатствам и построившая завод по производству топлива из природного битума для нужд Китая. Будучи в Латинской Америке в конце 2004 г., Ху Цзиньтао предложил ее странам расширить торговые и инвестиционные связи с Китаем, обещая помочь им в развитии инфраструктуры и модернизации добывающей промышленности. Взамен Китай рассчитывал на признание латиноамериканскими странами Китая как страны с рыночной экономикой, что гарантировало бы мелким китайским производителям облегченный доступ на их рынок. Бразилия и Аргентина страны с крупными и быстро развивающимися экономиками выразили согласие на это предложение, поскольку Бразилии нужен рынок сбыта для своей высокотехнологичной продукции, а Аргентина рассчитывает экспортировать в Китай сельскохозяйственную продукцию. Главный предмет аргентинского экспорта в Китай соя, в том числе соевое масло, которое Китай закупает на сумму 3 млрд долл. Аргентина надеется также увеличить экспорт кожи, мяса. Ее задача обеспечить 20% импорта Китаем такого рода продукции.

Особый интерес представляют отношения Китая с Бразилией. В мае 2004 г. Китай посетил президент Бразилии Луис Инасио Лула да Сильва. В ходе его визита было подписано свыше дюжины соглашений, означавших приток в Бразилию в течение 3х лет около 5 млрд долл. ПИИ. В частности, Бразильский Национальный Банк развития (BNDES) подписал соглашение с Китайским инвестиционным агентством CTIC о финансировании совместных предприятий. Горнодобывающий конгломерат Companhia Vale de Rio Doce (CVRD) заключил серию соглашений, касающихся партнерства с Китаем в производстве стали, производства и экспорта в третьи страны кокса, а также совместной добычи бокситов в северной Бразилии. Государственные нефтяные компании двух стран Petrobraz и Sinopec договорились о совместной эксплуатации нефтяных месторождений в третьих странах, включая Африку и Ближний Восток. Китайская компания China National Machinery (СМТС) будет участвовать в строительстве ГЭС на угольном топливе в Южной Бразилии. Достигнута договоренность о сотрудничестве между компаниями Telecoms

China Mobile. Авиакомпании двух стран Varig и Air China договорились открыть сообщение между Сан-Пауло и Пекином. В ходе встречи лидеров двух стран велись переговоры о сотрудничестве в ядерной области. Бразилия 6я страна по резервам урана будет экспортировать его в Китай. В обмен Китай обязался финансировать бразильскую ядерную программу, включая научные исследования и освоение технологии обогащения урана. В общей сложности, Китай участвует в 70 проектах в Бразилии, которая, в свою очередь, задействована в 300 проектах в Китае. Соглашения были призваны также увеличить экспорт в Китай бразильских товаров. В 2004 г. Китай стал третьим по величине торговым партнером Бразилии. Ежегодный объем двусторонней торговли составил в 2005 г. 10 млрд долл., в 2006 г. 20,3 млрд долл., а в 2007 г., по данным Министерства развития промышленности и торговли Бразилии, достиг 23,367 млрд долларов. Между странами осуществляется сотрудничество в военной области, реализуется программа исследований в космической сфере. В последние годы Китай стал основным азиатским торговым партнером Венесуэлы. Двусторонний товарооборот увеличился с 2,1 млрд долл. в 2005 г. до 4,3 млрд долл. в 2006 г. Венесуэла стала крупнейшим латиноамериканским получателем китайских инвестиций: 2 млрд долл. были вложены в нефтегазовую отрасль, 10 млрд в сооружение железной дороги, жилищное строительство, строительство предприятия по сборке автомобилей. Китай планирует изготовить и запустить для Венесуэлы спутник. Не приходится удивляться, что, будучи с визитом в Пекине в августе 2006 г., У. Чавес назвал Китай «примером для лидеров и правительств Запада, которые пытаются внушить нам, что единственная альтернатива капитализм и неолиберализм»135.

Отношения со странами Латинской Америки вписываются в китайскую стратегию «сотрудничества Юг-Юг», призванную доказать принадлежность Китая, несмотря на его бурный экономический рост, к группе развивающихся стран и обоснованность его претензий на лидерство в этой группе. Как представляется, в перспективе обоюдная заинтересованность в сотрудничестве сохранится, что будет содействовать реализации внешнеполитических интересов Пекина и укреплению его позиций в международных отношениях XXI века.

* * *

Успехи внешнеполитической деятельности Пекина налицо. Китай играет все более заметную роль в международных отношениях XXI века; его политическое влияние в мире растет. Вместе с тем, прогнозируя будущую роль Китая в мире, следует учитывать факторы, способные стать тормозом в реализации Пекином своей внешнеполитической программы. К их числу относится, в частности, тайваньский фактор, подстегивающий гонку вооружений и используемый старой китайской политической элитой для нагнетания напряженности. Достаточно хрупкий баланс существует в американо-китайских отношениях. Хотя сегодня конфронтация между США и Китаем маловероятна, противоборство способны, в известной мере, спровоцировать два фактора: модернизация китайской армии и проблема Тайваня. Впрочем, первый фактор представляется не столь значительным, учитывая, что китайское руководство постоянно подчеркивает в своих заявлениях несопоставимость военных расходов Китая с расходами Соединенных Штатов. Что же касается проблемы Тайваня, то, оценивая перемены в китайско-тайваньских отношениях последних лет, вряд ли следует преувеличивать степень угрозы, которой они чреваты для китайской внешней политики. Наименее конфликтными представляются отношения Китая с ЕС. Стабильно развиваются и российско-китайские отношения: совпадение позиций по многим международным проблемам, взаимная заинтересованность в сотрудничестве, в частности в энергетической сфере, ограничивают возможности ухудшения двусторонних отношений.

Прогнозируя будущее китайской внешней политики, необходимо учесть, что само китайское руководство не едино в своем отношении к ситуации в мире. В его среде имеются сторонники более жесткого курса, призывающие решительно выступать против диктата США, подрывающего существующий миропорядок. Но новые лидеры большие сторонники сдержанного курса, чем прежнее руководство в лице президента Цзян Цзэминя и его окружения, исходят из необходимости выполнения главной задачи страны осуществления стратегии модернизации. Считая мирную внешнеполитическую обстановку залогом политической стабильности и экономического благополучия страны, они следуют указаниям Дэн Сяопина «избегать света, предпочитать тень».

Сегодняшняя тактика Китая, впрочем, не означает, что он будет сохранить сдержанность, если речь пойдет об ущемлении его интересов, либо интересов стран, рассматриваемых им как союзники. Можно предположить, что, шире участвуя в международных делах, Китай станет действовать более решительно и активнее противодействовать акциям, идущим вразрез с его интересами. Рост Китая и связанные с ним экономические потребности, заставляющие страну «держаться в тени», обеспечивают ему вес в мировых делах, а активная дипломатия превращает Китай в ведущего игрока на международной сцене, от позиции которого будет во многом зависеть, станет ли мировой порядок беспорядком или человечество все же научится жить в мире и гармонии.