Книги, статьи, материалы /История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. /ОСОБЕННОСТИ КОЛОНИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В ЗАПАДНОЙ АФРИКЕ В XIX в.

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала



БЛИЖАЙШИЕ ПУТЕШЕСТВИЯ ПО АФРИКЕ и не только (с русскоязычными гидами):


ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЭФИОПИИ (28.11 - 11.12.2017)
Пустыня Данакиль и племена долины Омо от US 1350

НОВОГОДНЕЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (с 28.12 - 10.01.2018)
Вся Уганда за 12 дней

ТАНЗАНИЯ НА НОВЫЙ ГОД (с 03.01.2018 - 12.01.2018)
Сафари и отдых на Занзибаре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (16.01.-02.02.2018)
Путешествие по Восточной Африке

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СЕНЕГАЛУ (08.02 - 20.02.2018)
Приключения и отдых

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КАМЕРУНУ (23.02 - 09.03.2018)
Африка в миниатюре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 30.03 - 14.04.2018)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ на майские(28.04.-15.05.2018)
Уганда - Кения - Танзания - Занзибар

ПУТЕШЕСТВИЕ В МАЛИ (16.05 - 29.05.2018)
Таинственная страна Догонов

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (19.06.-25.06.2018)
Сафари и рафтинг

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИНДОНЕЗИИ И ПАПУА (05.07 -20.07.2018)
Активное путешествие по островам

КЕНИЯ ( 04.08 - 14.08.2018)
ВЕЛИКАЯ МИГРАЦИЯ животных и при желании отдых на Индийском океане

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МАДАГАСКАРУ (18.08 -04.09.2018)
Большое путешествие по большому острову

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (06.09.-21.09.2018)
Дикий животный мир Восточной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО НАМИБИИ, БОТСВАНЕ, ЗАМБИИ и ЗИМБАБВЕ (30.09.-12.10.2018)
Путешествие по странам Южной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЮАР (12.10 - 22.10.2018)
Акулы юга Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 20.10 - 04.11.2018)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ (23.10 - 31.10.2018)
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ В ЧАД (10.11 - 24.11.2018)
Забытые сокровища пустыни

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЕНЕСУЭЛЕ (С 18.11 2018)
Восхождение на Рорайму


ПУТЕШЕСТВИЯ ПО ЗАПРОСУ (В любое время) :

СЕВЕРНЫЙ СУДАН
Путешествие по древней Нубии

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МЬЯНМЕ
Мистическая страна

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЬЕТНАМУ И КАМБОДЖЕ
Краски юго-восточной Азии

Кроме этого мы организуем индивидуальные туры по странам Африки (Ботсвана, Бурунди, Камерун, Кения, Намибия, Руанда, Сенегал, Судан, Танзания, Уганда, Эфиопия, ЮАР). Пишите ntulege@gmail.com или kashigin@yandex.ru

Africa Tur Справочные материалы История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. ОСОБЕННОСТИ КОЛОНИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В ЗАПАДНОЙ АФРИКЕ В XIX в.

ОСОБЕННОСТИ КОЛОНИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В ЗАПАДНОЙ АФРИКЕ В XIX в.

Меркантилизм, фритред и Западная Африка

В отечественной науке утвердились два положения, воспринимающиеся как бесспорные: а) появление в XV в. европейцев и последовавшая за этим работорговля стали началом колонизации Африки; б) колониальный раздел континента завершился в последней трети XIX в.

Если следовать этой схеме, то трудно найти удовлетворительный ответ на несколько вопросов. Прежде всего, почему колониальный раздел не произошел в XVI—XVIII вв.? Разве Африка в те века была сильнее, чем в последней трети XIX в.? Далее, кто и для чего создал в конце XVIII—начале XIX в. Сьерра-Леоне и Либерию, государства свободных африканцев? На первый вопрос обычно отвечают, что в Африке не было легкодоступных богатств и, к тому же, климат ее был губителен для европейцев. Однако известно, что из Африки с самого начала вывозилось золото. Не случайно одна из стран получила название «Золотой Берег». Что касается климата, то он, скажем, в Южной и Восточной Африке мало чем отличается от средиземноморского. Не лишним будет напомнить, что, когда колонии все же были созданы, они долгие годы приносили убытки своим метрополиям, и следовательно, не погоня за сиюминутными выгодами стала причиной их колонизации.

Второй вопрос — о создании Сьерра-Леоне и Либерии — вообще никогда не связывался с проблемами колонизации.

В африканистике нет пока удовлетворительного объяснения еще одному обстоятельству: почему в первой половине XIX в. на самые высокие посты в колониальной администрации Западной Африки, включая пост губернатора, назначались лица африканского происхождения? Как могло случиться, что главой англиканской церкви в Западной Африке стал африканец Сэмюэль Кроутер? В нашей науке не учитывались в достаточной мере различия между коронными колониями и протекторатами. Если жители первых пользовались правами британских подданных, то вторых считали «туземцами». Если в первых выходили африканские газеты и возникали африканские общественные организации, если из жителей первых вышли ученые и врачи, журналисты и адвокаты, то жителям вторых отводилась роль «дровосеков и водоносов», т. е. подневольных рабочих.

Не найдя на Африканском континенте удовлетворительных ответов на эти вопросы, попытаемся оценить их с позиций европейских держав, которые осуществили его колониальный раздел. Рассмотрим, в частности, колониальную политику Великобритании в Западной Африке, где размещались многие ее колонии.

Колониальное проникновение Великобритании в Западную Африку имеет длительную историю. Впервые английские мореплаватели достигли берегов Западной Африки в конце XV в. В XVI—XVIII вв. Западная Африка была основным поставщиком рабов для британских торговцев «живым товаром». В XVIII в. там были основаны английские колонии, но им не придавалось большого значения, а в 30—60-е годы XIX в. правящие круги Великобритании даже рассматривали вопрос об отказе от них. И лишь в последней трети XIX в. произошла массовая колонизация этого региона. Итак, отчетливо прослеживаются три этапа в британском проникновении на континент, и эти этапы весьма отличаются друг от друга. Чем объяснялись эти перемены? Если быть кратким, то ответ будет таков: в основе этих разных принципов колониальной политики лежали такие же разные идеологические концепции — меркантилизма, фритреда, протекционизма.

Этап меркантилизма

Меркантилизм возник и оформился в эпоху первоначального накопления капитала. Он провозглашал всесилие денег в качестве капитала и в связи с этим настаивал, чтобы Великобритания имела активный торговый баланс. Меркантилизм поощрял вывоз и затруднял ввоз готовой продукции. В соответствии с принципами меркантилизма в Великобритании осуществлялись протекционистские меры по защите отечественной промышленности и сельского хозяйства от иностранной конкуренции, а также монопольный захват внешних рынков.

Меркантилизм зиждился на внеэкономическом принуждении и стал ведущим механизмом первоначального накопления капитала. Лучшими товарами считались те, что приносили больше прибыли. Ими стали специи и пряности, доставляемые из Индии и стран Юго-Восточной Азии.

Меркантилизм оправдывал ограбление других народов любыми средствами. Поэтому он всемерно поощрял работорговлю. Согласно принципам меркантилизма, единственным по-настоящему стоящим и прибыльным товаром Африки были рабы. В эту эпоху работорговля была вполне достойным занятием. В ней участвовали самые знатные люди страны, включая членов королевской фамилии.

Руководствуясь принципами меркантилизма, Великобритания не стремилась к колониальным приобретениям на континенте. Она ограничилась захватом стратегически важных пунктов на побережье, и ее владения в Западной Африке представляли собой тонкую цепочку фортов и факторий, расположенных в Батерсте, Фритауне, Аккре. Это была своеобразная «точечная колонизация», т. е. создание опорных пунктов, где британские корабли могли пополнить свои запасы продовольствия и воды. В развитие принципов меркантилизма возникли монопольные компании во внешней торговле типа Ост-Индской, «Компании Сьерра-Леоне», были введены высокие таможенные пошлины и налоги. Иначе говоря, меркантилизм ограничивал конкуренцию и стеснял частную инициативу. В эпоху меркантилизма основным объектом колониальной экспансии Великобритании стала Азия. Но и там она нарастала постепенно. Так, Индию англичане начали завоевывать в середине XVIII в. Основные же захваты пришлись на XIX в., когда Великобритания превратилась в «империю, над которой никогда не заходит солнце» [105, с. 14].

Этап фритреда

В эпоху промышленной революции Великобритания быстро превратилась в главную мастерскую мира. Ее товары с выгодой продавались в самых отдаленных уголках земного шара. Британская буржуазия, окрепшая в ходе промышленной революции, видела отныне свои интересы не в том, чтобы приобретать колонии и устанавливать монополию на торговлю с ними, а в том, чтобы открывать новые рынки и расширять торговлю. Эта буржуазия не боялась конкуренции других стран, готова была открыть свои рынки, но взамен была намерена заставить пойти на этот шаг другие государства. Отход от принципов меркантилизма объяснялся в немалой степени тем, что на фоне растущего сбыта промышленных товаров снижалось значение торговли перцем и пряностями. Сыграло свою роль отпадение от Британской империи американских колоний, составлявших ее костяк.

Первые призывы к свободе торговли раздались уже в начале XVII в., но полностью идеи фритреда возобладали после выхода в свет в 1776 г. книги Адама Смита «Богатство наций», по мнению которого «монопольные компании во всех отношениях являются вредными, всегда более или менее невыгодными для стран, в которых они учреждаются, и гибельными для тех, которые имеют несчастье оказаться под их управлением».

Принципы фритреда получили международное признание. Их поддержали во Франции физиократы, своих влиятельных сторонников они имели в Германии и Соединенных Штатах. Идеи фритреда стали воплощаться в международных отношениях. В 1786 г. Великобритания подписала с Францией договор об отмене многих пошлин в торговле между этими странами. В 1837 и 1839 гг. Великобритания приняла законы об отмене ряда мер, направленных на защиту собственного сельскохозяйственного производства. Завершил эту работу Гладстон в 1860 г.

Суть фритредерства сводилась к праву «покупать товары на самом дешевом рынке и продавать их на самом дорогом», т. е. его сторонники выступили за свободные рынки и ликвидацию таможенных барьеров и других ограничений для торговли. Действуя за границей, предприниматели требовали активной поддержки правительства. И они ею неизменно располагали. По словам премьер-министра Палмерстона, «долг правительства — проложить безопасные дороги для купца». Во имя осуществления этого принципа Великобритания навязывала миру политику свободной торговли. В эпоху фритреда лавинообразно нарастали британские капиталовложения за рубежом. Они составляли: в 1815 г.— 10 млн. ф. ст., в 1850 г.— 209, в 1860 г.— 380, в 1870 г.— 692 млн. ф. ст. [105, с. 24]. Выступая за равные условия в торговле для всех, фритредеры, конечно, понимали, что свободная торговля принесет преимущества прежде всего Великобритании.

Важным аспектом фритреда была борьба против работорговли. Фритред видел в каждом народе потенциальных покупателей. Поэтому он решительно осудил работорговлю. Рабский труд сужал внутренний рынок, затруднял формирование рабочей силы, препятствовал возникновению емких внешних рынков. Следовательно, он был преградой на пути развития капитализма, и его надлежало искоренить. Исторический парадокс состоял в том, что именно Великобритания, которая основала организованную работорговлю и больше других нажилась на ней, стала родиной антирабовладельческого движения.

Сторонники фритреда вместе с квакерами и аболиционистами— нередко это были одни и те же люди — развернули кампанию за запрет рабства и работорговли. Это движение носило международный характер и стало важной чертой общественной жизни Франции, Соединенных Штатов и многих других государств. Под напором противников рабства в конце XVIII—начале XIX в. мировое сообщество законодательно запрещает рабство и работорговлю и переходит к беспощадной борьбе с ними. Работорговцев ждало суровое наказание вплоть до повешения. То, что еще 30—50 лет назад рассматривалось как вполне достойное занятие, превратилось в постыдное дело и подвергалось остракизму.

Не случайно на это время приходится образование Сьерра-Леоне и Либерии, инициаторы создания которых стремились искупить прегрешения белой расы перед черной. Важна и то, что оба эти формирования были созданы как свободные поселения свободных людей. Вряд ли это было бы возможно спустя сто лет, когда в мире возобладали колониалистские устремления, или веком раньше, в эпоху меркантилизма. Можно напомнить также, что Либерия в 1847 г. была провозглашена республикой и в ее конституции были закреплены передовые по тому времени демократические права ее граждан. Что касается Сьерра-Леоне, то, даже став коронной колонией в 1808 г., она сохранила за ее жителями большинство прав британских подданных, в том числе свободу слова и организаций, право избирать и быть избранным в Законодательный совет и муниципалитет. По этой причине Либерия и Сьерра-Леоне стали пионерами модернизации Африки еще в XIX в., инициаторами общественно-экономических преобразований, коренных духовных сдвигов.

Выступив за свободу торговли, фритредеры высказались за ликвидацию колоний. Наряду с гуманистическими соображениями целесообразность отказа от колоний подкреплялась экономическими выкладками. В конце 30-х годов XIX в. на колонии приходилась лишь четвертая часть английского экспорта, тогда как доля Европы, и особенно Франции, неуклонно повышалась. Африканские владения находились на 1самом последнем месте среди других владений как рынки сбыта британских товаров. Так, стоимость британского экс-порта в 1837 г. составляла: в Азию — 4,7 млн. ф. ст., в Америку— 15,5 млн., в Австралию — 0,9 млн., в Тропическую Африку— 0,3 млн. ф. ст. Одной свинины из Ирландии в Англию было экспортировано в этом году на сумму в три раза большую, чем стоимость всего экспорта из Африки (соответственно 1,489 млн. ф. ст. и 456 тыс. ф. ст.) [150, с. 304, 308].

Серьезным аргументом против колоний была их высокая зависимость от финансовых дотаций метрополии. Расходы на содержание колоний за 15 лет (1834—1848) обошлись Англии в 60 млн. ф. ст. Правда, дефицит приносили преимущественно переселенческие колонии.

Руководствуясь этими соображениями, ведущие деятели того времени Солсбери, Гренвилл, Дерби, Гладстон разделяли мнение Кимберли, утверждавшего, что создавать империю в Тропической Африке бессмысленно, ибо климат «там ужасен, многочисленные туземцы неуправляемы… И, как результат, войны с туземцами и тяжкие налоги с британских подданных» [214, с. 10].

В результате упорной и долголетней борьбы в 40-е годы XIX в. ведущие идеи фритредеров были воплощены в жизнь, и к концу десятилетия Англия стала страной свободной торговли, были отменены почти все пошлины, упразднены Навигационные акты, закреплявшие, в частности, за английскими купцами монополию на торговлю с колониями. В итоге английская промышленная буржуазия получила полный доступ к колониальным рынкам.

Отношение фритредеров к колониям обстоятельно рассмотрено в работах Н. А. Ерофеева (105; 106]. Следует также напомнить, что на критическое отношение к колониям со стороны значительной части британской буржуазии обратил внимание В. И. Ленин. Он писал: «В эпоху наибольшего процветания свободной конкуренции в Англии, в 1840— 1860 гг., руководящие буржуазные политики ее были против колониальной политики, считали освобождение колоний, полное отделение их от Англии неизбежным и полезным делом» [113, с. 375].

Взгляды фритредеров нашли практическое отражение в колониальной политике Великобритании в Западной Африке. Были, в частности, осуществлены меры, направленные на африканизацию местных кадров. Так, в 1830 г. Особый комитет британского парламента рекомендовал назначить на все административные должности в Сьерра-Леоне лиц африканского происхождения, в первую очередь выходцев из Вест-Индии. Но власти в Сьерра-Леоне весьма холодно отнеслись к этим советам [166, с. 62].

Спустя 35 лет, в 1865 г., Специальный комитет парламента, изучавший политику Великобритании в Западной Африке ( «Комитет Эддерли»), высказался за самоуправление африканцев: «Наша цель должна состоять в том, чтобы… передать им (африканцам.— М. Ф.) руководство всеми колониями, имея в виду наш конечный уход из всех из них, за исключением, возможно, Сьерра-Леоне» [126, с. 33].

Наряду с общими рассуждениями фритредеров играли, конечно, роль и практические соображения: чиновник-африканец обходился казне значительно дешевле европейца. Поэтому была развернута подготовка образованной прослойки из числа местных жителей.

Таким образом, в середине XIX в. в Западной Африке сложилась своеобразная обстановка, когда колониальные власти вместе с фритредерами, аболиционистами и миссионерами содействовали тому, чтобы способные африканцы получали образование. В этот период появились африканцы — врачи, адвокаты, учителя, журналисты, священники. Некоторые из них получили высокие посты в административном аппарате и церковной иерархии. Следует подчеркнуть, что такая политика проводилась только в Западной Африке. В Южной Африке имелась обширная прослойка белых по-селенцев, которая обеспечивала нужды страны в чиновниках и лицах свободных профессий. В Центральной и Восточной Африке в середине XIX в. Великобритания еще не создала, колониальных владений.

Итак, в 40—60-е годы XIX в. Великобритания пережила особый период в своем развитии. Позади была эпоха меркантилизма, в стране восторжествовали идеи фритреда, утверждавшие не только принципы свободной конкуренции, но и борьбы с работорговлей и в известном смысле с расизмом. Именно в этот период Бакстон, Венн, Эддерли и их последователи попытались распространить на африканцев великий принцип Французской революции о равенстве всех людей независимо от расы и происхождения.

Торжество ведущих идей фритреда ускорило развитие промышленности Великобритании, усилило ее внешнеторговую экспансию. Объем капиталовложений за границей и масштабы эмиграции на протяжении XIX в. невероятно возросли. К 1880 г. в заморские страны было инвестировано почти 2 млрд. ф. ст. Между 1815 и 1890 гг. из Великобритании эмигрировало более 12 млн. англичан [258, с. 1].

Вместе с тем необходимо еще раз напомнить, что воздействие идей фритреда на Западную Африку было непоследовательным. Своеобразие рассматриваемого периода состоит в том, что вопреки громким и решительным голосам против приобретения колоний британские владения в Африке продолжали расширяться, хотя до 80-х годов Тропическая и, в частности, Западная Африка не играли большой роли в политике Великобритании. В форин-офисе в этот период даже не было особого африканского отдела. Его чиновники относили египетские дела к Турции, занзибарские — к Бомбею, вся Западная Африка значилась под рубрикой «работорговля». Лишь колонии в Кейпе и Натале выступали под собственными именами [258, с. 13, 14]. Видимо, не будет ошибкой утверждать, что в середине XIX в. Западная Африка находилась на периферии британской колониальной политики.

Этап колониального раздела Африки

На рубеже 70-х годов отношение Великобритании к колониальной проблеме полностью меняется. В последней трети XIX в. британская буржуазия столкнулась с возросшей конкуренцией молодых капиталистических держав — США и Германии. В конце столетия Англия лишилась мировой гегемонии в промышленном производстве: на первое место вышли США, на второе—Германия. Положение стало еще более напряженным в 80—90-е годы, когда Европа переживала экономическую депрессию. Выход из этой безрадостной ситуации правящие круги Великобритании усмотрели, во-первых, во всемерном расширении колониальной империи, которая стала бы монопольным рынком для сбыта товаров британской промышленности и поставщиком сырья и продовольствия, и, во-вторых, в ликвидации африканских посредников в торговле, присваивавших часть прибыли. Таким образом,. Великобритания изменила свой курс на 180° — от фритредерства к монополизму в торговле [235, с. 12].

Наступила эпоха безудержного колониального раздела Африканского континента. Если в первой половине XIX в. Великобритании в Западной Африке принадлежали отдельные прибрежные районы, то за последнюю треть XIX в. ее владения расширились более чем на 1 млн. кв. км.

Территориальные захваты способствовали выдающимся техническим изобретениям XIX в., в первую очередь возник-новению парового флота и телеграфа. О значении, которое придавалось флоту, свидетельствуют такие факты: если в 1874 г. колониальные власти Великобритании в Западной Африке имели 10 пароходов, то к концу века число их возросло до 40. Успех завоевательных экспедиций британских войск в немалой степени облегчило перевооружение армии Великобритании новым скорострельным оружием, в первую очередь пулеметами [214, с. 21].

На империалистическом этапе колониального порабощения правительство Великобритании стало опираться на традиционную элиту — вождей и правителей, т. е. от прямого управления оно перешло к системе непрямого. Это объяснялось тем, что после установления колониального режима вожди, получив целый ряд льгот и привилегий, стали сотрудничать с ним. Этап опоры на креолов Сьерра-Леоне был позади. В феврале 1873 г. министр колоний Кимберли за- •явил, что он «не намерен вести дела с образованными африканцами в качестве единого целого. Я намерен,— добавил он,— иметь контакты только с вождями и, насколько возможно, править через них». Кимберли дезавуировал решения Комитета Эддерли. Он заявил, что о самоуправлении не может быть и речи еще очень долгое время [212, -с. 259, 260].

Наступление эпохи империализма было ознаменовано в Западной Африке политикой «белой гегемонии». Идеи аф-риканизации церкви и государственных учреждений были отброшены. Все важные посты предназначались только белым. Гражданские права креолов стали ущемляться. В 1864 г. для них был отменен суд присяжных при рассмотрении гражданских исков. Креолы протестовали, но добиться пересмотра решения не смогли. По этому вопросу имеется обширная переписка [9, с. 1—32].

Наступила пора расцвета расизма. Хеммингу, руководителю Африканского департамента форин-офиса, принадлежат слова: «Образованные туземцы, вроде Баннермана, Брю и им подобных,— это проклятие Западной Африки». В 1873 г. министр колоний Кимберли дал своим подчиненным указание: «Мы можем спокойно использовать туземцев лишь на самых низших постах». Усилиями колонизаторов возводилась стена между белыми и африканцами — отдельные кварталы для проживания, отдельные школы для детей и даже отдельные врачи. В 1902 г. министр колоний Дж. Чемберлен заявил: «Любому здравомыслящему человеку совершенно ясно, что британские чиновники не могут доверять индийскому или туземному врачу» [142, с. 91, 93, 98].

Резкие изменения произошли и в политике миссионеров. После смерти Г. Венна в 1872 г. в руководстве ЦМО верх взяли расистские элементы, выступившие за сохранение руководящей роли европейцев в сфере религии. Возобладало мнение, что «стальной меч предшествует мечу духовному», т. е. вначале нужно осуществить завоевание той или иной страны, а затем уже провести христианизацию его населения. В этих условиях с африканскими священниками перестали считаться, против них начались гонения. В докладе руководству ЦМО было сказано, что «негритянская раса не проявляет признаков умения управлять. Это верно в Сьерра-Леоне, Либерии, Вест-Индии и в равной степени верно на Нигере». В 1889 г. ЦМО, когда-то выступавшее за равноправие белых и африканцев, дало последним такую оценку: «Они насквозь порочны. Это — создания, полностью отличные от нас, промежуточная стадия между людьми и животными. У них нет души, и они не способны к развитию» [300, с. 39, 41; 276, с. 60; 142, с. 210, 211, 213, 214],

Известный колониальный деятель и писатель Гарри Джонсон утверждал, что африканцы — «пьяницы, лгуны, воришки и нечистоплотные обжоры» [315, 1887, с. 708].

Естественно, что креолы встали на защиту попранных чужеземными владыками интересов своей социальной группы. Как не раз бывало в истории, прослойка, созданная и выпестованная колонизаторами, выступила против своих «благодетелей». Цели их претерпели в XIX в. разительные перемены. В середине века они, сотрудничая с властями, добивались обещанного ими самоуправления. Но с образованием протектората креолы окончательно убедились, что власти чужды им и враждебны. А ведь креолы были формально полноправными британскими подданными. Э. Блайден в 1907 г. предсказал неизбежный упадок креолов, которые пренебрегли африканским прошлым во имя европейского настоящего. Он оказался прав: из-за перемен в политике Англии креолы утратили веру в достойное будущее в Сьерра-Леоне. В поисках лучшей доли многие переезжали в другие страны Африки — Конго, Камерун, Нигерию, Сенегал. И тем не менее вопреки дискриминации они оставались опорой англичан в торговле, церкви, школах и даже учреждениях, где все низшие посты принадлежали им. Они были носителями европейской буржуазной культуры. Эта культура, принесенная колонизаторами, не могла бы закрепиться на континенте без креолов.

С 1896 г. власти стали ограничивать активность креолов в протекторате, они перестали рассматриваться как инструмент цивилизации и колонизации. Система непрямого управления не оставляла места креолам, она опиралась на традиционных правителей.

Креолы не собирались добровольно уступать свои позиции. В 1890 г. они попытались возродить землячество аку во главе с «королем». Им был избран Джордж Метцер Маколи, сын «короля Маколи». Его коронование собрало тысячные толпы во Фритауне. Но власти отказались его признать. Он умер через 8 лет, так и не восстановив «королевства» своего отпа.

К началу XX в. влияние креолов окончательно пошатнулось. В Африку двинулись торговые монополии, появились ливанские и сирийские торговые конкуренты. К тому же креольская молодежь предпочитала торговле профессии врача, юриста, чиновника. Ушли в прошлое времена, когда они стояли во главе религиозных миссий и занимали ключевые посты в государственных учреждениях.

Таким образом, в колониальной политике Великобритании в Западной Африке отчетливо прослеживаются три этапа: первый совпадает с эпохой первоначального накопления и его идеологическим обоснованием меркантилизмом и сводится к «точечному колониализму» и работорговле; второй приходится на период победившего промышленного капитализма и учения фритреда, когда ставился вопрос о целесообразности колоний; третий соответствует эпохе империализма и опирается на концепции протекционизма, превосходства белой расы и неполноценности африканцев и характеризуется колониальным разделом континента в условиях острейшего соперничества великих держав. Иными словами, меркантилизм— это идеология эпохи первоначального накопления капитала, фритред — этапа промышленного развития капитализма, а протекционизм — его империалистической стадии. Естественно, что эти три этапа не были отгорожены друг от друга непреодолимой стеной. Тенденции, определявшие их, накапливались постепенно, еще в недрах предшествующего периода, нередко действовали в одно и то же время. Поэтому в эпоху фритреда, например, осуществлялись колониальные захваты. Но были между этими эпохами принципиальные различия, изложенные выше, которые позволяют четко отделять их друг от друга.

Механизм управления колониями в Западной Африке

В колониальных режимах, устанавливаемых европейскими державами в Африке, прослеживаются в той или иной степени такие же периоды, как три этапа в колониальной политике Великобритании. Но были и существенные различия. Они объяснялись особенностями, присущими той или иной метрополии. Так, колониальное проникновение Франции в Африку возглавлялось военным ведомством, тогда как Британии — гражданскими МИДом и министерством колоний. И если французы устанавливали прямое управление, то англичане считали более дешевым косвенное. Эти обстоятельства в немалой степени предопределили различия между системами управления во французских и британских колониях.

Каким же был механизм управления колонией Сьерра- Леоне?

Основание коронной колонии Сьерра-Леоне и первые десятилетия ее существования пришлись на эпоху перехода от меркантилизма к фритреду, а последняя треть века — от фритреда к протекционизму. Поэтому неудивительно, что правительство Великобритании не имело стабильной политики в отношении Сьерра-Леоне. По существу, оно действовало методом проб и ошибок. Правительство в Лондоне плохо знало реальную обстановку в Африке. Решения оно принимало, следуя рекомендациям губернатора. Проблемы Западной Африки на его заседаниях обсуждались редко, обычно в кризисных ситуациях. Ведомства, управлявшие колониями, руководствовались разными подходами. Так, министерство колоний избегало принимать серьезные решения, тогда как форин-офис, отстаивая принципы свободной торговли, занимал более решительные позиции.

Непоследовательность властей — одна из причин неудач колонии. Она сказалась и на системе управления. Ретроспективно в ходе формирования она претерпела существенные изменения. Начиная с 1808 г. Сьерра-Леоне единолично управлял губернатор. При нем в качестве совещательного органа функционировал совет. Практически все решения принимал губернатор, остальные должностные лица были простыми исполнителями [215, с. 178]. В 1821 г. британский парламент принял закон, передавший в подчинение Сьерра- Леоне все британские владения в Западной Африке между 20° северной и 20° южной широты. В результате в руках генерал-губернатора Маккарти оказалась власть над огромной территорией побережья в 1,5 тыс. миль от Гамбии до Аккры. В связи с этим совет при нем был расширен с 3 до 9 членов, а сам генерал-губернатор получил право вето на решения совета. Заметно возросло и число чиновников в его подчинении.

В 1827 г. единая власть над Западной Африкой была ликвидирована, ибо стало ясно, что из-за дальности расстояний управлять из Фритауна всеми владениями невозможно. От поста генерал-губернатора отказались. На Золотом Береге и в Гамбии ввели должности самостоятельных вице-губернаторов. Отныне губернатор и совет Сьерра-Леоне, издавая законы, обязательные для всех британских колоний Западной Африки, исполнительной властью там не располагали. Перестройка сэкономила казне 10 тыс. ф. ст. в год за счет снижения расходов на жалованье чиновникам.

В 1843 г. произошла очередная реорганизация: Золотой Берег стал вновь управляться из Фритауна, но Гамбия получила самостоятельного губернатора. В 1850 г. и Золотой Берег обрел своего губернатора и по статусу сравнялся с Гамбией. В 1851 г. был захвачен Лагос и в 1861 г. провозглашен отдельной коронной колонией.

В феврале 1865 г. по рекомендации Комитета Эддерли все поселения и колонии в Западной Африке вновь объединились в едином генерал-губернаторстве. В феврале 1866 г. генерал-губернатором британской Западной Африки был назначен Блэколл. Ему были подчинены Сьерра-Леоне, Гамбия. Золотой Берег и Лагос. Во главе каждой из этих колоний стоял администратор. Эта система продержалась до 1874 г., когда из-под власти генерал-губернатора были выведены Лагос и Золотой Берег. В 1888 г. и Гамбия стала управляться самостоятельно. С этого времени от принципа единого генерал-губернаторства окончательно отказались, и каждая колония стала отрабатывать собственный механизм управления.

В ходе этих трансформаций высшая законодательная, исполнительная и судебная власть была сосредоточена в руках губернатора (или генерал-губернатора). Совет при нем, как отмечалось, играл совещательную роль. Губернатор (или генерал-губернатор) подчинялся непосредственно министру колоний Великобритании.

Функции и состав совета при губернаторе Сьерра-Леоне также подвергались частым переменам. В 1808 г. в нем было три члена, в 1821 г.— девять, в 1859 г.— шесть. Первоначально в совете состояли одни европейцы, но в 1859 г., например, в губернаторском совете Сьерра-Леоне было четыре лица африканского происхождения и два европейца (главный врач и епископ).

В других колониях Западной Африки, в частности в Гамбии, система управления была иной. Когда в 1843 г. Гамбию отделили от Сьерра-Леоне, там учредили Исполнительный и Законодательный советы. В Сьерра-Леоне этих органов не было вплоть до 1863 г. В учрежденный тогда Исполнительный совет вошли губернатор, главный судья, адвокат короны, колониальный секретарь и старший воинский начальник. Одновременно был образован Законодательный совет. В него кроме членов Исполнительного совета губернатор назначал еще четверых представителей с одобрения министерства колоний. Один член совета избирался. Эти пятеро назывались неофициальными членами. Процедура работы Законодательного совета была копией британского парламента: делались запросы, законопроекты обсуждались трижды с перерывом между каждым обсуждением не менее недели [176, с. 26, 40]. После Эззидио, т. е. с 1872 г., все неофициальные члены назначались губернатором вплоть до 1924 г.

С 1864 г. колониальный секретарь Сьерра-Леоне стал заниматься только административными вопросами. Была введена должность казначея колонии. Количество чиновников возросло. Появились должности смотрителя гавани, финансового ревизора, землемера, расширен штат таможни. Примерно таким был аппарат управления коронной колонией Сьерра-Леоне перед образованием протектората в 1896 г.