Книги, статьи, материалы /История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. /СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ В 20—30-х ГОДАХ. НОВЫЕ ФОРМЫ АНТИКОЛОНИАЛЬНОЙ БОРЬБЫ

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала



БЛИЖАЙШИЕ ПУТЕШЕСТВИЯ В АФРИКУ и не только (с русскоязычными гидами):


ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (06.09.-21.09.2017)
Путешествие по Восточной Африке

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО НАМИБИИ, БОТСВАНЕ, ЗАМБИИ и ЗИМБАБВЕ (30.09.-12.10.2017)
Путешествие по странам Южной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЮАР (12.10 - 22.10.2017)
Акулы юга Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 20.10 - 04.11.2017)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ В ЧАД (10.11 - 24.11.2017)
Забытые сокровища пустыни

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЭФИОПИИ (28.11 - 11.12.2017)
Пустыня Данакиль и племена долины Омо

НОВОГОДНЕЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (с 28.12 - 10.01.2018)
Вся Уганда за 12 дней

ТАНЗАНИЯ НА НОВЫЙ ГОД (с 03.01.2018 - 12.01.2018)
Сафари и отдых на Занзибаре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (16.01.-02.02.2018)
Путешествие по Восточной Африке

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО БАНГЛАДЕШ И НЕПАЛУ (11.02 - 27.02.2018)
Два азиатских тигра

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КАМЕРУНУ (23.02 - 09.03.2018)
Африка в миниатюре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 30.03 - 14.04.2018)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ на майские(28.04.-15.05.2018)
Уганда - Кения - Танзания - Занзибар

ПУТЕШЕСТВИЕ В МАЛИ (16.05 - 29.05.2018)
Таинственная страна Догонов

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (19.06.-25.06.2018)
Сафари и рафтинг

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИНДОНЕЗИИ И ПАПУА (05.07 -20.07.2018)
Активное путешествие по островам

КЕНИЯ ( 04.08 - 14.08.2018)
ВЕЛИКАЯ МИГРАЦИЯ животных и при желании отдых на Индийском океане

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МАДАГАСКАРУ (18.08 -04.09.2018)
Большое путешествие по большому острову

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (06.09.-21.09.2017)
Дикий животный мир Восточной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО НАМИБИИ, БОТСВАНЕ, ЗАМБИИ и ЗИМБАБВЕ (30.09.-12.10.2018)
Путешествие по странам Южной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ (23.10 - 31.10.2018)
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЕНЕСУЭЛЕ (С 18.11 2018)
Восхождение на Рорайму


ПУТЕШЕСТВИЯ ПО ЗАПРОСУ (В любое время) :

СЕВЕРНЫЙ СУДАН
Путешествие по древней Нубии

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МЬЯНМЕ
Мистическая страна

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЬЕТНАМУ И КАМБОДЖЕ
Краски юго-восточной Азии

Кроме этого мы организуем индивидуальные туры по странам Африки (Ботсвана, Бурунди, Камерун, Кения, Намибия, Руанда, Сенегал, Судан, Танзания, Уганда, Эфиопия, ЮАР). Пишите ntulege@gmail.com или kashigin@yandex.ru

Africa Tur Справочные материалы История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ В 20—30-х ГОДАХ. НОВЫЕ ФОРМЫ АНТИКОЛОНИАЛЬНОЙ БОРЬБЫ

СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ В 20—30-х ГОДАХ. НОВЫЕ ФОРМЫ АНТИКОЛОНИАЛЬНОЙ БОРЬБЫ

В Сьерра-Леоне в межвоенный период зародился новый социальный базис освободительного движения. Формировался рабочий класс. Росла его организованность. Рабочие стали создавать профсоюзы, чтобы с их помощью бороться за улучшение своего положения. В 1916 г. были образованы Союз взаимопомощи профессиональных рабочих железных дорог Сьерра-Леоне (позднее — Союз рабочих железных дорог) и Союз моряков кру. В Союзе моряков спустя 10 лет после его создания насчитывалось 650 человек, в их числе были не только кру, но моряки и других национальностей [210, с. 108, 109].

Начало стачечному движению в Сьерра-Леоне было положено летом 1919 г. Союзом рабочих железных дорог, который провел тогда первую хорошо организованную забастовку. Она была поддержана креольской интеллигенцией, оказавшей бастующим материальную помощь. К железнодорожникам присоединились африканские служащие департамента общественных работ. Как и железнодорожники, они добивались улучшения условий труда и повышения зарплаты. Одновременно с ними забастовали 2,4 тыс. туземных полицейских и начались волнения против увеличения цен на продовольствие, взвинченных левантийскими купцами [110, с. 217]. В этих выступлениях приняло участие большое число безработных Фритауна, ряды которых быстро пополняли беженцы, из протектората, хлынувшие в колонию под влиянием голода и дороговизны продовольствия.

На подавление недовольства были брошены не только полицейские силы Сьерра-Леоне, но и колониальные отряды из Золотого берега. Выступления народа были подавлены. 245 человек арестованы, из них 45 приговорены к тюремному заключению на срок от полутора до семи лет. На налогоплательщиков было возложено возмещение причиненного во время беспорядков ущерба в 36 тыс. ф. ст. [267, с. 162, 163, 168; 186, с 122]. Тем не менее властям пришлось согласиться с некоторыми требованиями забастовщиков. Была введена надбавка на дороговизну. Однако в последующие годы рост цен на продовольствие и повышение квартирной платы свели на нет уступки, сделанные властями.

Новое выступление трудящихся произошло в январе— феврале 1926 г. Оно было организовано профсоюзом железнодорожников, насчитывавшим к тому времени 5 тыс. членов. Забастовочный комитет потребовал повышения ставок заработной платы, сокращения продолжительности рабочего дня, выплаты африканским рабочим пенсионного обеспечения. Эти требования были отвергнуты. Началась забастовка, которую возглавил Союз рабочих железных дорог. Бастующие разрушали железнодорожные пути, взрывали склады и станционные здания. Была нарушена телеграфная связь с протекторатом. В защиту забастовщиков выступили члены Законодательного совета — креолы: врач по образованию Банколе Брайт и юрист Биоку-Беттс. Их поддержало также сьерра-леонское отделение Национального конгресса Британской Западной Африки (НКБЗА). Был организован фонд помощи бастующим (около 1 тыс. ф. ст.). Власти, более всего опасавшиеся объединения националистических организаций с профсоюзами, не замедлили применить против бастующих репрессии. Забастовка и на этот раз была подавлена с помощью войск и полиции. 237 рабочих были уволены. Зарплата понижена. Профсоюз железнодорожников разгромлен [186, с. 122, 123].

В 20—30-х годах XX в. волнения охватили сельское население Сьерра-Леоне: в 1923—1924 гг. восстала Мойямба, в 1930 г.— Камбиа, спустя год — Пуджехун, в 1934 г.— Ке- пема. Возмущение было направлено главным образом против включенных в систему туземной администрации вождей, с помощью которых власти обирали сельских жителей.

Наиболее крупным было восстание крестьян, известное по имени его предводителя Хайдары Конторфилли, марабута одной из мусульманских сект, которая возникла на территории Сенегала и распространила затем свое влияние на Сьерра-Леоне. Выступление началось в 1931 г. Во время мирового кризиса и последовавшей за ним депрессии резко упали закупочные цепы на продукцию сельского хозяйства, прежде всего на пальмовые продукты. Крестьянские хозяйства, с которых взыскивали подушный налог, налог на хижину, а также многие другие поборы, оказались в тяжелом экономическом положении. В начале февраля Хайдара, который вместе со своими приспешниками перешел на территорию Сьерра-

Леоне и обосновался в Бубуйя (чифдом Тонко, Северная провинция), призвал крестьян к восстанию. К нему стали стекаться недовольные налоговой политикой африканцы. Повстанцы выдвинули требование прекратить взимание непосильных налогов. Это сильно встревожило власти. «Антиколониальный бунт необходимо подавить в самом зародыше»,— писал заместитель министра колоний в рекомендациях губернатору Сьерра-Леоне [210, с. 117]. Против повстанцев была применена сила — войска с пулеметами. 16 февраля произошло столкновение, Хайдара погиб. Однако сопротивление продолжалось. Бои носили ожесточенный характер. В одном из сражений был убит командующий колониальными частями. Тем не менее потеря лидера повстанцев постепенно привела к затуханию борьбы [186, с. 124].

Восстание под руководством Хайдары, как и другие крестьянские бунты 30-х годов, можно считать политической формой протеста сельского населения Сьерра-Леоне против системы непрямого управления, которая позволяла облагать народ непосильными налогами и допускала множество злоупотреблений со стороны местных вождей. Восстание 1931 г. интересно не только своей антиколониальной, но и социальной направленностью. Хайдара, подняв широкие слои крестьян, призвал их к борьбе «против богатых мусульман, которые не помогали своим бедным собратьям, а, напротив, забирали у них последнее» [210, с. 114].

Наряду с рабочими и крестьянами в борьбу против колонизаторов включились представители нарождавшейся национальной буржуазии и интеллигенции. Появление этой прослойки было следствием политики в сфере образования, которая имела явно выраженный элитарный характер. Ее главной целью было создание немногочисленной элитарной прослойки, воспитанной на духовных ценностях английской культуры. Спецификой образования в Сьерра-Леоне было то, что в первоначальный период грамотность и профессиональные знания обретали преимущественно креолы.

К 20-м годам XX в. в начальных школах колонии училось 8320 детей, в основном из креольских семей. Во Фритауне были открыты 11 школ второй ступени, куда могли поступать ученики по окончании начальных классов [22, с. 20].

С основанием во Фритауне колледжа Фура-Бей креолы получили наиболее благоприятные возможности для получения не только начального и среднего, но и высшего образования. Учащихся там было немного. В 1927 г. в колледже обучалось 18 студентов. Вплоть до конца 20-х годов XX в. все получавшие в нем образование были жителями колонии. Лишь в 40-х годах, когда при колледже были созданы педагогические курсы, на них стали принимать молодежь из протектората. И тем не менее среди 134 выпускников колледжа за 1878—1949 гг. подавляющее большинство были креолами {23, с. 16; 24, с. 27—29]. Среди них преобладали юристы и врачи. Число их возрастало. Если до 1900 г. колледж Фура-бей окончили 19 студентов, получивших диплом юриста, то к 40-м годам XX в. их было 25. В 1852—1901 гг. из стен колледжа вышли 25 врачей (все — креолы). В 1906—1956 гг. его закончили 63 студента с дипломом врача, из них 58 креолов. К профессиям врача и юриста с течением времени добавились такие, как учитель, священнослужитель, чиновник. В середине 20-х годов в Сьерра-Леоне 20 креолов занимали должности старших служащих в административных учреждениях колонии; спустя 20 лет их стало около 50 человек. В 1938 г. в Сьерра-Леоне было 680 учителей, спустя полтора десятилетия их число почти удвоилось, достигнув 1173 человек (1952 г.). Однако дипломы об окончании престижного колледжа Фура-бей получили в 1900—1935 гг. лишь 95 учителей, в основном креолы [24, с. 30; 210, с. 80—81].

В протекторате привилегированный доступ к образованию имели дети туземных администраторов. Как уже отмечалось, для вождей была открыта специальная школа в Бо, в которой в 1923 г. училось 158 мальчиков. В постановлении властей, обнародованном по поводу ее открытия, подчеркивалось, что двери этого учебного заведения открыты только «для сыновей правителей, которые по возвращении станут хорошими верховными вождями». Этот принцип был распространен и на ряд других школ, например на школу, которая начала функционировать с 1915 г. в Бумпе (район Кенема). В ней готовили служащих для туземной администрации. В 1922 г. ее окончили 166 мальчиков, из которых 32% поступили на работу в туземные канцелярии в чифдомах. К 1934 г. эта доля сократилась до 15% в связи с тем, что 22% окончивших были приняты на службу в центральную и провинциальные канцелярии [22, с. 20, 21; 183, с. 112].

Помимо школ для вождей в протекторате в начале 30-х годов имелось 88 миссионерских школ, в которых было около 6 тыс. учащихся, и 82 школы с 2 тыс. учеников, существовавшие на частные пожертвования. На дотации властей содержались 10 сельских школ для мальчиков, которые посещало около 400 учеников [25, с. 11, 33, 34, 50]. Администрация традиционно уклонялась от субсидирования и контроля за школами. «Дело просвещения» находилось практически в тот период в руках христианских миссий.

Такое положение привнесло ряд особенностей в систему образования в протекторате.

Когда систему школьного обучения стали создавать во внутренних районах протектората, большинство учеников по национальности были менде. В отличие от исламизированного населения севера они придерживались анимистических верований. В их среде легче распространялось христианство. Поэтому европейские миссионеры сконцентрировали усилия на создании школ прежде всего среди менде. Администрация также предпочитала основывать школы в южных районах среди христиан. Первая школа в протекторате была открыта в Бо в 1906 г. Среди принимаемых в нее учеников предпочтение отдавалось менде. Согласно докладу об образовании в протекторате, в 1915 г. в ней обучалось 113 учеников, в том числе 70 менде, 25 темне, 16 шербро и др. [210, с. 77]. В 1938 г. в Бо, которая стала школой второй ступени, училось 37% менде и 28% темне. К тому времени 80% начальных школ, созданных в протекторате, было расположено на территории, заселенной преимущественно менде. В этих районах, на юге и юго-востоке страны, 5% детей школьного возраста посещали школы, тогда как в северных районах — лишь 1% [210, с. 77].

Со второго десятилетия XX в. в южных районах протектората стали создавать помимо общеобразовательных специализированные учебные заведения. Возникла необходимость вводить новые методы сельскохозяйственного производства (на котором зиждилась тогда экономика Сьерра- Леоне), а следовательно, готовить специалистов в этой области. В 1919 г. колониальными властями был открыт сельскохозяйственный колледж в Ньяле (на основе которого впоследствии был создан университет). Спустя пять лет открыли Объединенный колледж в Бунумбу, который готовил преподавателей, в частности учителей по ботанике. Необходимо отметить, что в колонии тогда же были основаны три торговых школы, которые выпускали служащих для европейских фирм [22, с. 19; 23, с. 15].

В процессе развития колониального общества потребности британской администрации, европейских торгово-промышленных монополий, миссий привели к складыванию новой соииальной группы — интеллигенции. Эта социальная прослойка относилась к сравнительно привилегированной части местного населения и одновременно играла подчиненную роль в общественно-политической сфере. Условия ее формирования предопределили элитарность, социальный и духовный дуализм, до определенной степени лояльность к колониальным властям.

В то же время дискриминация и неравноправное положение при британском режиме обусловили ее активное участие в политической борьбе. Она стала социальным базисом освободительного движения в Сьерра-Леоне в межвоенный период.

Антиколониальные настроения, зародившиеся в городах Сьерра-Леоне, как уже отмечалось, еще до первой мировой войны, привели к созданию в конце первого десятилетия XX в. ряда организаций. В 1909 г. были основаны Ассоциация гражданских служащих и Ассоциация налогоплательщиков, основной задачей которых было участие в выборах в муниципальный совет Фритауна. В деятельности этих организаций отсутствовала ясно выраженная антиколониальная ориентация. Группировки с антибританской направленностью появились после первой мировой войны и Октябрьской революции в России.

Еще до окончания военных действий образованные креолы, которые пристально следили за событиями на фронтах по фритаунской и британской прессе, заговорили о том, что принесет мир народам Западной Африки. Британским доминионам было обещано увеличение их роли в империи за активное участие в войне. Пресса Фритауна единодушно ратовала за изменение положения в западноафриканских колониях. «Образованное население должно получить право непосредственного участия в делах управления,— писала, ,Сьерра-Леоне Гардиан энд Форейн Мейлз» 21 июля 1916 г.,— и таким образом оказывать влияние на законы, которые для него создаются» [241, с. 155, 156].

Особенно быстро были подхвачены идеи, выдвинутые Ок-тябрьской революцией в России. К тому времени средства информации в Сьерра-Леоне интенсивно развивались. Наибольшей известностью в первые десятилетия XX в. пользовались «Сьерра-Леоне Уикли Ньюс», выходившая вплоть до 1919 г., а также «Сьерра-Леоне Гардиан Энд Форейн Мейлз», жизнь которой была намного длиннее. С публикаций в этих газетах и началось знакомство жителей Сьерра- Леоне с идеями Октября, их практическим претворением в жизнь.

В 1919 г. возникли одновременно две организации—Ассоциация адвокатов Сьерра-Леоне и Африканский прогрессивный союз. Началась подготовка к созыву конференции представителей всех британских колоний в Западной Африке. В ней активное участие приняла креольская элита. По предложению Корнелиуса Мея, мэра Фритауна и издателя газеты «Сьерра-Леоне Уикли Ньюс», и креольского бизнесмена Джона X. М. Томаса был создан подготовительный комитет. Между ним и указанными выше организациями поддерживались тесные связи. Нередко возглавляли их одни и те же лидеры. Так, сопредседателем Ассоциации адвокатов был Лесли Э. Макарти, одновременно являвшийся главным секретарем сьерра-леонского подготовительного комитета. Э. С. Биоку-Беттс был лидером Ассоциации адвокатов Сьерра-Леоне и вице-президентом сьерра-леонского отделения Национального конгресса Западной Африки [260, с. 571 — 588; 28, с. 316].

Многие из участников антиколониальных движений в Сьерра-Леоне, возникших в 20-х годах XX в., прошли школу борьбы в НКЗА, наиболее крупной националистической организации, основанной в Аккре. В марте 1920 г. три делегата от креольской элиты — X. К. Банколе-Брайт, бизнесмен из Фритауна Ф. У. Доув и юрист Э. Макарти — приняли участие в учредительной конференции Конгресса, состоявшейся в Золотом Береге. На конференции были приняты три резолюции, которые требовали реформы колониального законодательства, прежде всего расширения участия африканцев в управлении колониями, а также создания муниципалитетов во всех крупных городах Западной Африки [42, т. 1, л. 9, с. 7—9]. Осенью того же года девять лидеров НКЗА, вместе с ними был и Банколе-Брайт, направились в Лондон. 19 октября они представили министру колоний Великобритании Милнеру две петиции. В них британскому правительству предъявлялись обвинения в узурпации прав местного населения, введении «цветного» барьера при приеме на работу, продолжавшемся разделе Африки между европейскими державами. Выдвигались требования политических и конституционных реформ. Речь шла о введении ограниченного избирательного права, включении в Законодательный совет 50% избираемых народом африканских представителей, создании Палаты собрания, в составе которой были шесть выборных членов и которая была бы наделена правом вводить налоги и утверждать бюджет страны [42, т. 1, л. 10—11, с. 1—9]. В петицию были включены также предложения, содержавшиеся в резолюциях конференции, в частности о расширении и модернизации системы образования, создании Университета Западной Африки, улучшении санитарных служб и др. [42, т. 1, л. 10—11, с. 1—9]. Все эти требования были отвергнуты британским министром Милнером, который заявил, что они преждевременны. Такого же мнения придерживался и У. Черчилль, сменивший в 1921 г. Милнера на посту министра колоний Великобритании.

Однако борьба в Сьерра-Леоне и других странах, входивших в Конгресс, продолжалась. В начале 1923 г. состоялась вторая конференция НКЗА, на этот раз во Фритауне. Она не была такой представительной, как форум в Аккре. Отсутствовала делегация Нигерии. Не смог приехать вице-президент НКЗА Кейсли Хейфорд. Тем не менее многие видные общественные деятели Сьерра-Леоне приняли в ней активное участие. Среди них были К. Мей, к тому времени президент сьерра-леонского отделения НКЗА, вице-президент этой организации А. Е. Тобоку-Метцер, ее казначей Б. У. Дэвис и генеральный секретарь X. К. Банколе-Брайт. Резолюции, принятые на второй конференции НКЗА, по сути повторяли требования, которые были выдвинуты в Аккре. Основной проблемой оставались введение принципа избираемости органов управления и расширение участия в них местных представителей. После конференции во Фритауне деятельность сьерра-леонского отделения Конгресса, в котором ведущую роль играли образованные креолы, активизировалась. Усилия его членов, как подчеркивалось в обращении к губернатору Р. Слейтеру, были направлены «на введение избирательного права и обеспечение местным представителям мест в органах управления». Основной задачей стало проведение избирательных кампаний [280, с. 290; 162, т. II, с. 40]. Организация устанавливала и укрепляла контакты с ассоциацией учителей, женскими клубами, профсоюзами. Устраивались совместные митинги, марши протеста, направлялись меморандумы губернатору Сьерра-Леоне, в министерство колоний в Лондон [31, с. 320; 310, т. 8, № 3—4, с. 576—583]. Требования организации сводились к следующему: предоставление местным жителям большего числа мест в гражданских службах, прямые выборы африканских представителей в законодательные и исполнительные советы, улучшение образовательной политики, соблюдение принципа равного с европейцами благоприятствования для африканских торговцев и предпринимателей. Бороться за претворение в жизнь этих требований предлагалось легальным путем, а именно путем подачи петиций, выступлений в советах, судах и т. д. В пропаганде выдвигаемых требований активное участие принимала местная печать, в частности такая газета, как «Сьерра- Леоне Уикли Ньюс».

В середине 20-х—начале 30-х годов в Сьерра-Леоне произошли изменения, отражавшие, хотя и в небольшой степени, требования националистических организаций. Как уже отмечалось, в 1924 г. представительство местного населения в Законодательном совете было расширено. В его составе стало 12 официальных и 10 неофициальных членов. Из неофициальных членов семь назначались губернатором, в том числе три верховных вождя из протектората (два — менде, один — темне). Три неофициальных члена избирались сроком на пять лет. Они представляли интересы населения колонии.

Избирательная кампания была проведена в 1924 г. В колонии было создано четыре избирательных округа: район Фритауна, городские районы Шербро, два сельских района. Выборы были ограниченными. В них в основном участвовала креольская элита. Согласно избирательному цензу, помимо соответствующего уровня грамотности от избирателя требовалось, чтобы он являлся владельцем недвижимого имущества— дома, магазина, склада или другого строения, а также имел доход не менее 10 ф. ст. (в городе) и 6 ф. ст. (в сельских районах) или получал жалованье в 60— 100 ф. ст. ежегодно [25, с. 5—6]. Разумеется, большинство трудящегося населения города и деревни не подпадало под эти квалификационные условия. Рабочие зарабатывали не более 1—2 шилл. в день и ютились в переполненных домах, по сути, домах-общежитиях, где семья имела обычно не более одной комнаты. В результате в избирательные списки было включено 1866 человек (из них 1016 горожан и 339 сельских жителей).

Сьерра-леонское отделение НКЗА принимало широкое участие в кампании по организации выборов и победило. В состав совета были избраны три его представителя. Среди них — X. К. Банколе-Брайт и Э. С. Биоку-Беттс, который спустя год стал мэром Фритауна. Оба в то время играли наиболее активную роль в политической жизни страны, выступая с резкой критикой колониального режима [175, с. 246—247; 191, с. 289; 324, 1985, № 3559, с. 2365].

В 20—30-х годах лидеры НКЗА создали довольно серьезную оппозицию английским чиновникам в Законодательном совете, а также различных комитетах, в которые они входили (по вопросам образования, налогообложения и др.). Однако их деятельность, как и всей организации, не выходила за рамки колонии и не распространялась на протекторат. Преобладающую роль в ней по-прежнему играла зажиточная часть населения колонии — доктора, юристы, бизнесмены. Хотя они подвергались дискриминации и испытывали экономические трудности, однако предпочитали выражать свой протест в умеренной форме, не решаясь вступать в открытую конфронтацию с колониальными властями. Со временем сьерра-леонское отделение НКЗА превратилось в своего рода социальный клуб. Представители протектората в нем отсутствовали.

Закат этой организации символизировал конец первой волны движения за объединение народов Западной Африки в борьбе за реформы. Ее методы и тактика оказались малоэффективными. Креолы, которые в основном стояли во главе этого движения в Сьерра-Леоне, начали искать новые пути.

Постепенно они поняли, что необходимо покончить с изоляцией от остальной страны, от антиколониальных движений, зарождавшихся в протекторате.

В конце 30-х годов в стране происходило дальнейшее развитие товарно-денежных отношений, заметно повысился уровень занятости населения в различных отраслях промышленности, экспортном секторе сельского хозяйства. Лица наемного труда составляли около 16% самодеятельного мужского населения. Сосредоточены они были в основном во Фритауне и промышленных центрах — шахтах и рудниках. Относительно высокая степень концентрации на крупных (по африканским меркам) предприятиях вела к большей их организованности, повышала эффективность забастовочной борьбы [144, с. 94]. Однако работу могли получить далеко не все желавшие. Быстро росла безработица, происходило относительное обнищание местного населения. Все это усиливало недовольство местного населения и стремление к сопротивлению.

В этих условиях родилась первая массовая эффективно действовавшая политическая организация — Молодежная лига Сьерра-Леоне. Ее создателями были радикально настроенные представители национальной интеллигенции Фритауна. Название «молодежная» не означало, что в нее вступали только молодые люди. Оно символизировало отказ от идей, выдвигаемых ранее освободительным движением. Предстоявшая борьба поставила вопрос не только о переходе от элитарного к массовому подходу в решении проблем, стоявших перед Сьерра Леоне. Требовалась смена лидерства. Этот процесс происходил в упорной борьбе.

Лидером нового типа стал известный политический деятель, креол по происхождению, журналист Исаак Теофилус Акуна Уоллес-Джонсон. Биография его весьма примечательна. Родился он в 1895 г. в бедной креольской семье в Уил- берфорсе (пригород Фритауна). Учился в миссионерской школе. Рано включился в общественную жизнь. В 1913 г. участвовал в организации профсоюза работников таможенной службы. Спустя год призвал таможенников к забастовке, за что был уволен. В годы первой мировой войны служил в британских войсках в Восточной Африке, затем Камеруне, на Среднем Востоке [128, с. 32]. В 1926 г. нанялся на один из кораблей британского торгового флота, курсировавшего между Нигерией и Южной Африкой, где вступил в члены Национального союза британских моряков. Издавал журнал «Сифарер», печатавший новости из морской жизни [267, с. 181]. Военные лишения, знакомство с другими странами, более развитыми в социально-экономическом и политическом отношении обществами оказали на него большое влияние. В 1930 г. он поселился в Нигерии, где началась его карьера воинствующего журналиста и активного политического борца против колониализма. В июле того же года он участвовал в качестве представителя Профсоюза железнодорожников Сьерра-Леоне в Первой международной конференции рабочих-негров в Гамбурге, которая была созвана Международным профсоюзным комитетом негритянских рабочих. Был избран вместе с Джомо Кениатой и Дж. Пэдмором в президиум. Вошел в исполком, в котором от Африки были Ф. Маколи, Э. Смолл, А. Нзула.

Своей активностью Уоллес-Джонсон привлек внимание Профинтерна, который тогда устанавливал сотрудничество с деятелями национально-освободительного движения в Африке. В августе 1930 г. вместе с другими африканскими представителями Уоллес-Джонсон был приглашен в Москву на Пятый конгресс Профинтерна. По-видимому, в то время он был принят в Коммунистический университет трудящихся Востока, где учился под псевдонимом У. Дэниэлс. Годы учебы в 1931 —1933 гг. оказали на него большое влияние. С того времени его деятельность приобрела не только антиколониальный, но и классовый характер. В конце 1931 г. он вошел в редколлегию журнала «Нигро Уоркер», издававшегося Международным профсоюзным комитетом негритянских рабочих и ставившего задачу добиваться единства и солидарности рабочих африканцев в борьбе против капиталистического гнета. Там он нередко печатал боевые статьи о рабочем движении в Западной Африке, и в Сьерра-Леоне, подписывая их псевдонимом Э. Форстер Джонс или У. Дэниэлс [101, с. 142—144, 152—154].

В 1933 г. Уоллес-Джонсон возвратился в Западную Африку (вначале в Лагос, затем в Аккру), где развернул активную политическую деятельность, пытался организовать профсоюз горнорабочих. Сблизился со многими профсоюзными деятелями. Помогал устанавливать контакты с прогрессивными антиколониальными организациями, такими, как Анти-империалистическая лига и др. Летом 1935 г. Уоллес-Джонсон основал новую организацию — Лигу младозападноафри- канцев, которая ставила своей целью экономическое, социальное и политическое освобождение Золотого Берега и других стран Западной Африки [102, с. 18—26; 286, 1978, № 7, с. 32, 33].

Британские власти подвергли лидера Лиги гонениям. В мае 1936 г. он был арестован и обвинен в подстрекательстве к неповиновению и богохульстве. Поводом послужила публикация статьи, в которой он разоблачал англичан, использовавших идеи христианства для оправдания эксплуатации африканцев. По решению суда Уоллес-Джонсон был приговорен к высылке из страны и большому денежному штрафу. Пытаясь опротестовать судебное решение, он подал апелляцию в Верховный суд Великобритании, но проиграл процесс [186, с. 125, 126].

В апреле 1938 г. Уоллес-Джонсон приехал во Фритаун и окунулся в политическую борьбу. На митинге, организованном в день его возвращения, он выступил с обличительной речью. «Иностранные эксплуататоры получили у нас очень широкое поле для своей деятельности,— отмечал он.— Они интенсивно используют природные ресурсы нашей страны для обогащения, оставляя нас в нищете и нужде» [267, с. 183]. При этом Уоллес-Джонсон обвинял африканских членов Законодательного совета в пассивности и консерватизме, призывал рабочих оказать отпор колонизаторам. Уже тогда у него была разработана довольно радикальная программа. «Есть лишь один путь к освобождению от наших трудностей,— подчеркивал он.— Это организованность и борьба. Мы не должны довольствоваться тем, что нам милостиво дают, а попытаться получить то, на что имеем право» [162, с. 184].

С возвращением Уоллеса-Джонсона на родину центр дея-тельности Лиги младозападноафриканцев переместился в Сьерра-Леоне. Тогда же, в 1938 г., было создано сьерра-леонское отделение лиги, которое получило название Молодежная лига Сьерра-Леоне (МЛСЛ).

В то время в антиколониальном движении в стране усиливалась борьба за лидерство. Она перекинулась на страницы сьерра-леонской прессы, в которой ведущую позицию занимала креольская элита. С момента создания лиги издатели основных газет (многие из которых были членами Национального конгресса Западной Африки) не жаловали ни эту организацию, ни ее лидера. Правда, в 1938 г. они печатали статьи Уоллеса-Джонсона. Так, в мае того года появилась серия его публикаций в «Сьерра-Леоне Уикли Ньюс». Однако в июле другая газета, «Сьерра-Леоне Дейли Мейл», повела критическую атаку на лигу и ее организатора. Вскоре к ней присоединился «Спектейтор», который в материалах, печатавшихся с августа 1938 г. вплоть до июля 1939 г., выражал «полное неодобрение младосьерралеонцам» [162, с. 193, 194].

В январе 1939 г. Уоллес-Джонсон основал газету «Африкен Стандард», которая стала официальным печатным органом МЛСЛ и активно включилась в полемику по ключевым вопросам антиколониального движения. Большинство народа, особенно трудящегося, хорошо приняли эту газету, которая в ясной и доходчивой форме отражала на своих страницах его чаяния и невзгоды [246, с. 202].

Конфронтация между старыми и новыми лидерами, «радикалами» и «консерваторами» в освободительном движении в Сьерра-Леоне нашла выражение в личном соперничестве между Уоллесом-Джонсоном и X. К- Банколе-Брайтом, представителем креольской элиты, которая с энтузиазмом приветствовала Национальный конгресс Западной Африки с его ограниченным членством. Лига же и ее организатор были встречены в штыки [162, с. 196]. И это неудивительно.

В отличие от НКЗА, который действовал в основном среди элиты креольского происхождения, сосредоточенной в колонии и слабо связанной с населением протектората, МЛСЛ включала не только креолов, но и представителей наиболее многочисленных народов протектората — менде и темне. Лига стала, по сути, первой национальной организацией, в которую входили представители многих слоев местного общества— учителя, клерки, мелкие торговцы, журналисты, а также рабочие. Большое значение для популярности лиги имело то обстоятельство, что членство в ней не зависело от религиозной, этнической и социальной принадлежности. В организации участвовали христиане и мусульмане, жители коло-нии и протектората, мужчины и женщины.

Сфера деятельности лиги ширилась. В ее работе все более активное участие стали принимать лидеры профсоюзов, деятели рабочего движения, которое в то время стремительно развивалось в связи с быстрым ростом численности рабочих, особенно в горнодобывающей промышленности. Сбывались планы Уоллеса-Джонсона «обеспечить организации более широкую социальную базу». Отделения лиги были созданы почти во всех провинциальных и районных центрах— в Бо, Мано, Лунсаре, Мойямбе, Бонте. В 1939 г. число членов организации достигло 7 тыс., спустя несколько лет она насчитывала уже более 40 тыс. человек, из них 25 тыс. было в колонии, 17 тыс.— в протекторате [160, с. 95; 162, т. II, с. 50; 141, с. 31]. МЛСЛ вела активную борьбу за улучшение положения угнетенного народа. Устраивались митинги. Колониальным властям предъявлялись обвинения. Выдвигались требования к британскому правительству. В июне 1938 г. лига направила меморандум министру колоний в Лондон, в котором указывалось на трудные условия жизни трудящегося населения Сьерра-Леоне. В британском парламенте по этому поводу был сделан запрос [286, 1978, № 7, с. 34]. Министр колоний был вынужден дать указание губернатору Сьерра-Леоне изучить положение и представить доклад. Губернатор Джар- ден направил успокоительный отчет, в нем, в частности, были приведены фальсифицированные данные о прожиточном минимуме африканской семьи, который якобы составлял не менее 15 шилл. в месяц. Уоллесу-Джонсону удалось заполучить эту секретную депешу, и он опубликовал ее в «Сьерра-Леоне Уикли Ньюс». Население было возмущено фальсификацией положения. Состоялся 10-тысячный митинг, на котором поведение губернатора было осуждено. Народ потребовал отставки губернатора. Лондону пришлось создать комиссию по расследованию, которая признала положение рабочих тяжелым и сделала выводы о необходимости повышения зарплаты [186, с. 126].

Положение лиги еще более упрочилось. Она становилась влиятельной организацией. Лига вела последовательную кампанию против колониального режима. В 1938—1939 гг. ее митинги созывались в Фритауне, как правило, дважды в неделю. На них собирались тысячи местных жителей. Желающих попасть на эти собрания, по свидетельству очевидцев, не мог вместить самый большой в колонии зал — «Уилбер- форс мемориал холл» [186, с. 125; 267, с. 185].

Вместе с тем лига не призывала к разрыву с режимом метрополии. Как и НКЗА, она выступала за расширение по-литических прав африканцев, увеличение представительства местного населения в Законодательном совете, равное с европейцами число мест для африканцев в Исполнительном совете [60, с. 226]. Но подход лиги был более радикальным. Тем не менее все требования были в традициях демократического реформизма. Она настаивала на полном контроле за колониальной администрацией со стороны местного населения, боролась за улучшение условий жизни рабочих, требовала всеобщих выборов без имущественного ценза. Спустя всего несколько месяцев после своего создания, в ноябре 1938 г., лига одержала победу на выборах в муниципалитет Фритауна, разбив влиятельную старую гвардию политиков во главе с Банколе-Брайтом. Это был полный успех. Прошли все четыре ее кандидата во главе с Констанс Агатой Каммингс-Джон, первой женщиной в Западной Африке, получившей избираемую должность в муниципалитете. За нее был подан 231 голос, за Э. А. Коллингвуда Дэвиса — 217, Э. Данстан Моргана—110. Олуволе Джеймс Брамм Ту- боку прошел единогласно. В то время как никто из их противников не набрал более 60—70 голосов. Уоллес-Джонсон опубликовал брошюру, в которой привел подробные результаты выборов, отражавшие огромный перевес лиги [267,. с. 197, 198].

В том же году Уоллес-Джонсон был избран в Законодательный совет. Число членов лиги к тому времени достигла 40 тыс. Руководство организации развернуло пропагандистскую кампанию среди рабочих. Это был период бума в горнодобывающей промышленности Сьерра-Леоне. В районы добычи железной руды и алмазов устремились тысячи желающих найти работу, чтр удавалось далеко не всем. Наблюдалась дискриминация не только при приеме, но и в оплате» условиях труда и жизни. Появилось много недовольных, особенно среди народов протектората [259, с. 107, 108].

Лига направляла свои усилия прежде всего на сплочение трудящихся в борьбе за общие цели и искоренение общих бед. Именно тогда были созданы профсоюзы среди докеров, моряков, шахтеров. К 1939 г. семь профсоюзов были признаны колониальными властями. Вскоре они объединились в. рамках Конгресса профсоюзов Сьерра-Леоне. В 1942 г. было зарегистрировано еще 12 профсоюзов, в рядах которых была 9 тыс. членов. Под влиянием лиги усилилась забастовочная борьба. В 1939—1942 гг. было проведено 11 крупных забастовок, в которых участвовало около 10 тыс. человек. В январе 1939 г. они проходили во Фритауне, в феврале бастовали докеры, угольщики. Профсоюз «Мабелла Коулинг Уоркер» возглавил забастовку 250 рабочих «Сьерра-Леоне Коулинг Компани». В мае волнения начались на горных шахтах Ма- рампы; они приняли большой размах. Забастовщики атаковали тюрьму и освободили заключенных. Забаррикадировали все дороги. Против восставших были брошены войска и полиция [186, с. 126].

Рабочее движение находило постоянное отражение на страницах «Африкен Стандард», а также «Африкен Уоркер», где нередко печатались статьи о социализме [246, с. 209]. Такая направленность исходила от Уоллеса-Джонсона. Он обладал талантом организатора. При его личном участии были созданы восемь профсоюзов, в том числе Союз рабочих автотранспорта, Союз работников военного департамента, Союз рабочих угольной компании Мабелла, Союз докеров, Союз моряков, Союз рабочих Бонте, Союз горняков Ма-рампы.

Опасаясь усиления влияния лиги на широкие массы сьерралеонцев, колониальные власти подвергали ее руководителей преследованиям. И прежде всего они пытались дискредитировать Уоллеса-Джонсона. Он был объявлен «опасным агитатором», разжигавшим вражду между европейцами и африканцами. По словам английских чиновников, этот влиятельный лидер имел много сторонников, полных энтузиазма, и был способен поставить в затруднительное положение не только губернатора, но завести в тупик комиссии, назначенные британским правительством [267, с. 200]. Колониальные власти Сьерра-Леоне неоднократно арестовывали Уоллеса-Джонсона, держали его по нескольку месяцев за решеткой [240, с. 102]. Начало второй мировой войны создало для этого особенно подходящие условия.

В самой Сьерра-Леоне происходили события, которые были использованы для нанесения удара по лиге и ее лидеру. В январе 1939 г. двумя профсоюзами — рабочих военного департамента и рабочих угольной компании—была объявлена забастовка. На ее подавление были брошены отряды полиции. Произошли столкновения. 25 человек были арестованы. За ними последовало выступление африканских полицейских, протестовавших против вычетов из их жалованья. Власти были уверены, что за всеми этими событиями стоял Уоллес-Джонсон. В качестве подтверждения они, в частности, ссылались на серию его статей в «Африкен Стандард», в которых сообщалось о тяжелых условиях службы в полиции и содержались требования повысить жалованье полицейским, а также сократить срок их службы. Губернатор Сьерра-Леоне обвинил автора в подстрекательских действиях. Однако только на этом основании состряпать «дело» против Уоллеса-Джонсона было не просто. 18 из 21 юриста, имевшихся тогда в Сьерра-Леоне, были членами лиги. Тогда власти решили воспользоваться условиями военного времени. «Международная обстановка становится все более угрожающей. В связи с этим желательно предпринять действия для того, чтобы обезопасить положение (фритаунского) порта в системе британской обороны»,— сообщал губернатор X. Блад министру колоний в феврале 1939 г., испрашивая согласия на высылку Уоллеса-Джонсона из Сьерра-Леоне [240, с. 103; 267, с. 203]. Лондон распорядился принять постановление о депортации, которое, однако, должно было быть одобрено Законодательным советом. Это известие вызвало огромное недовольство. Лига организовала марш протеста к резиденции губернатора и зданию, где заседал За-конодательный совет. По сообщению «Африкен Стандард» от 19 мая 1939 г., в демонстрации приняло участие 15— 20 тыс. человек [267, с. 207]. Губернатору пришлось вызвать военный корабль. Билль был одобрен. 1 сентября 1939 г. лидер Молодежной лиги был арестован. Губернатор приказал интернировать его без суда и следствия. Министр колоний одобрил это решение. Верховный суд Сьерра-Леоне приговорил Уоллеса-Джонсона к тюремному заключению. До июня 1940 г. он содержался в тюрьме Фритауна, затем был переведен в лагерь для интернированных лиц на Шербро, где находился вплоть до 1944 г.

Деятельность Молодежной лиги была запрещена. Многие ее лидеры, а также члены редколлегии «Африкен Стандард» были брошены в тюрьму. Среди них были Джордж Корнуолл, Натаниэл Томас, Сидней Морис Олуволе Бойл, Джордж Уиллоугби. Организация фактически была обезглавлена. Начался ее постепенный распад, который завершили внутренние разногласия. Однако в ноябре 1939 г. она еще смогла одержать победу на выборах в Законодательный совет.

Ряд мероприятий, которые были осуществлены колониальными властями, такие, как легализация профсоюзов, компенсация рабочим за травмы на производстве, был результатом деятельности Молодежной лиги. В этом отношении, по мнению национального историка, ее активность следует оценивать как большой успех [186, с. 127].

Подводя некоторые итоги, отметим следующее. В политической жизни Сьерра-Леоне в 20-х — начале 30-х годов преобладала элитарная креольская прослойка. Креолы отстаивали свои позиции в упорной, но безнадежной тогда борьбе против англичан, а также африканских традиционных властей, признанных местной властью протектората. Креольская прослойка, рассматривая себя как особую, отличную от африканцев, более развитую группу, стремилась получить доступ в органы управления в протекторате, ссылаясь на свой образовательный уровень и большой административный опыт. Боролась за достижение этой цели она конституционными методами. Основной задачей было самоуправление. Креолы считали необходимым добиться того, чтобы образованные лица, а не неграмотные вожди использовались властями в колониальном управлении. Были выдвинуты лозунги «креолизации» административного аппарата, расширения системы образования, обеспечения больших возможностей для местных предпринимателей в колониальной экономике, в которой доминировали европейские монополии.

Элита не проявляла особого интереса к улучшению положения трудящихся. Особенно это проявилось в деятельности сьерра-леонской секции Национального конгресса Западной Африки, важной политической организации колонии в течение двух десятилетий после первой мировой войны. Эта организация, в свою очередь, очень сильно проигрывала от отсутствия поддержки народных масс.

В конце 30-х годов с появлением Молодежной лиги Сьерра-Леоне ее лидеры добивались поддержки широких народных масс, развития политической активности не только в прибрежных городах колонии, но и переноса ее во внутренние районы. Они исходили из следующего: тяготы колониализма затрагивают все народы Сьерра-Леоне вне зависимости от их культурного развития и социального положения. Они пытались пробудить самосознание африканского рабочего класса. Новые лидеры поняли эксплуататорскую сущность колониализма. Однако их основные требования не выходили за рамки буржуазной демократии. Они выступали за расширение африканского представительства в Законодательном совете, всеобщее избирательное право. Вопрос о независимости ими не поднимался.

Вторая мировая война и бедствия, обрушившиеся на колониальные народы, положили начало новому процессу. В послевоенный период возникли политические партии, которые завоевали поддержку народа, выдвинув требование независимости.