Книги, статьи, материалы /История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. /ПОЛИТИКА БРИТАНСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА. АДМИНИСТРАТИВНЫЕ РЕФОРМЫ 40-50-х ГОДОВ

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала



БЛИЖАЙШИЕ ПУТЕШЕСТВИЯ ПО АФРИКЕ и не только (с русскоязычными гидами):


ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЭФИОПИИ (28.11 - 11.12.2017)
Пустыня Данакиль и племена долины Омо от US 1350

НОВОГОДНЕЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (с 28.12 - 10.01.2018)
Вся Уганда за 12 дней

ТАНЗАНИЯ НА НОВЫЙ ГОД (с 03.01.2018 - 12.01.2018)
Сафари и отдых на Занзибаре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (16.01.-02.02.2018)
Путешествие по Восточной Африке

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СЕНЕГАЛУ (08.02 - 20.02.2018)
Приключения и отдых

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КАМЕРУНУ (23.02 - 09.03.2018)
Африка в миниатюре

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 30.03 - 14.04.2018)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ на майские(28.04.-15.05.2018)
Уганда - Кения - Танзания - Занзибар

ПУТЕШЕСТВИЕ В МАЛИ (16.05 - 29.05.2018)
Таинственная страна Догонов

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ (19.06.-25.06.2018)
Сафари и рафтинг

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИНДОНЕЗИИ И ПАПУА (05.07 -20.07.2018)
Активное путешествие по островам

КЕНИЯ ( 04.08 - 14.08.2018)
ВЕЛИКАЯ МИГРАЦИЯ животных и при желании отдых на Индийском океане

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МАДАГАСКАРУ (18.08 -04.09.2018)
Большое путешествие по большому острову

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО КЕНИИ И ТАНЗАНИИ + ОТДЫХ НА ЗАНЗИБАРЕ (06.09.-21.09.2018)
Дикий животный мир Восточной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО НАМИБИИ, БОТСВАНЕ, ЗАМБИИ и ЗИМБАБВЕ (30.09.-12.10.2018)
Путешествие по странам Южной Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ЮАР (12.10 - 22.10.2018)
Акулы юга Африки

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ, РУАНДЕ И КОНГО (с 20.10 - 04.11.2018)
В краю вулканов и горных горилл

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ (23.10 - 31.10.2018)
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ В ЧАД (10.11 - 24.11.2018)
Забытые сокровища пустыни

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЕНЕСУЭЛЕ (С 18.11 2018)
Восхождение на Рорайму


ПУТЕШЕСТВИЯ ПО ЗАПРОСУ (В любое время) :

СЕВЕРНЫЙ СУДАН
Путешествие по древней Нубии

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ИРАНУ
Древняя цивилизация

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО МЬЯНМЕ
Мистическая страна

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ВЬЕТНАМУ И КАМБОДЖЕ
Краски юго-восточной Азии

Кроме этого мы организуем индивидуальные туры по странам Африки (Ботсвана, Бурунди, Камерун, Кения, Намибия, Руанда, Сенегал, Судан, Танзания, Уганда, Эфиопия, ЮАР). Пишите ntulege@gmail.com или kashigin@yandex.ru

Africa Tur Справочные материалы История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. ПОЛИТИКА БРИТАНСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА. АДМИНИСТРАТИВНЫЕ РЕФОРМЫ 40-50-х ГОДОВ

ПОЛИТИКА БРИТАНСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА. АДМИНИСТРАТИВНЫЕ РЕФОРМЫ 40-50-х ГОДОВ

С середины 40-х годов в британских колониях Западной Африки, в том числе в Сьерра-Леоне, была проведена серия административных реформ. Реорганизация структуры власти, на которую было вынуждено идти лейбористское правительство Великобритании в первые годы после войны, была ответной реакцией на изменение политического климата. Тем не менее правительственные круги метрополии вовсе «не предполагали, что хотя бы одна из западноафриканских колоний станет независимой в ближайшие 20 лет», и стремились укрепить там свои позиции [151, т. 8, с. 40—41, 338]. Уже вскоре по окончании военных действий министр колоний Крич-Джонс признал «целесообразным проведение реформ в Африке», дабы приспособить машину колониального управления к новым условиям. В июле 1946 г. из министерства колоний поступило непосредственное указание, что «настало время конституционных преобразований». Началась подготовка к введению «избираемого местного правительства». В феврале 1947 г. британским губернаторам в Западной Африке были направлены директивы, в которых отмечалась «необходимость развития представительной системы местного управления через избираемые советы». При этом в инструкциях министра колоний оставалось достаточно простора «для инициативы английских властей» непосредственно на местах, в каждом из четырех западноафриканских владений Великобритании [17, т. 425, с. 238; 27, с. 3, 90—93].

Небольшие административные уступки в ответ на африканские требования большего участия в управленческих структурах были сделаны в Сьерра-Леоне, как и других британских колониях в Западной Африке, еще в годы войны. В 1943 г. в Исполнительный совет были введены два представителя от местных жителей [151, т. 8, с. 335]. Это были юрист Дж. Фоуэл Бостон (от колонии) и верховный вождь. А. Джордж Колкер (из протектората). Спустя год была назначена правительственная комиссия для рассмотрения состояния администрации в колонии. Признав «своевременность преобразований» системы управления, она предложила, чтобы большинство в городском совете Фритауна составляли выборные члены, но при этом рекомендовала сохранить контроль губернатора за его деятельностью, особенно в финансовой сфере. В 1945 г. был обнародован ордонанс, в который вошли рекомендации комиссии. Он вызвал резкую оппозицию в колонии. Об этом свидетельствовал, в частности, массовый отказ от участия в избирательной кампании. В выборах в муниципалитет Фритауна, которые состоялись в том же году, участвовали лишь 719 избирателей из 3035 зарегистрированных [210, с. 143; 191, с. 288].

Спустя три года власти возобновили попытки найти решение этой проблемы. Был подготовлен новый ордонанс, согласно которому в Городской совет Фритауна должны были входить 12 избираемых членов (по четыре от каждого из трех избирательных округов). Губернатор мог вводить в его состав лишь четыре человека, в том числе двух африканцев. Советники избирали из своего состава мэра Фритауна, а также трех окружных префектов. Губернатор был лишен права утверждать муниципальный бюджет, смета которого представлялась ему лишь для информации. Правда, бюджетные средства, находившиеся в ведении совета, были невелики. В 1947 г. они достигали 60 тыс. ф. ст. При этом на нужды здравоохранения и образования было выделено всего по 200 ф. ст. [191, с. 289].

Предоставление Фритауну самоуправления в значительной степени сводилось на нет фактическим отсутствием денежных ресурсов, необходимых для ремонта рынков, системы водоснабжения, содержания пожарных и санитарных служб, находившихся в ведении муниципалитета.

Тем не менее сделанные уступки, как показали результаты выборов, состоявшихся в ноябре 1948 г., возымели свое действие. В избирательной кампании приняло участие более 5 тыс. человек. Мэром был избран креол, врач по образованию [191, с. 288—289].

Городской совет Фритауна в то время продолжал оставаться заповедным полем деятельности креолов, которые составляли 1/з населения города: их насчитывалось всего 17 тыс. человек, в то время как численность африканского населения превышала 46 тыс. (в 1948 г. во Фритауне было 64,5 тыс. жителей) [144, с 24, 25]. Африканцы могли участвовать в муниципальных выборах. Однако у очень немногих из них была возможность попасть в списки кандидатов в члены городского совета. Особенно это касалось недавних выходцев из протектората. Англичане были против предоставления им (как и населению чифдомов) статуса, который знаменовал отступление от системы непрямого управления, сформулированной много лет назад и означавшей, что африканцами должны управлять традиционные власти. В докладе комиссии 1944 г. содержалась ссылка на «особые условия», на основании которых большая часть жителей Фритауна, рожденных в протекторате, была лишена прямого представительства в городском совете еще в 30-х годах [182, с. 161].

Для выходцев из протектората в колонии складывалась парадоксальная ситуация. Они не имели ни специального отдела в муниципалитете Фритауна, ни какой-либо другой организации, которая отражала и защищала бы их интересы. Не было даже туземных судов (действовавших только в чифдомах), в которых рассматривались бы дела, связанные с выходцами из протектората. Никто не проявлял заботу о том, чтобы предоставить им жилье. Игнорировались их социальные нужды. А тем временем число лиц, прибывших в колонию из внутренних районов Сьерра-Леоне, росло. Особенно большой приток рабочей силы наблюдался после второй мировой войны. Далеко не все они находили постоянную работу. Многие работали временно, в основном в порту. Остро вставала проблема безработицы. Стремясь как-то ограничить проникновение во Фритаун населения протектората, власти опубликовали в 1947 г. ордонанс о регистрации безработных, который действовал на территории колонии. По его условиям, администрация могла отказать в регистрации любому человеку, не имевшему работы. Это означало, что он должен был «покинуть район пребывания». В январе 1948 г. число официально зарегистрированных безработных во Фритауне достигло 5,5 тыс. человек. В действительности их было намного больше, причем большинство составляли выходцы из протектората. Сами английские чиновники признавали, что вышеуказанный ордонанс слабо регулировал избыточный приток рабочей силы, так как не содержал действенного механизма решения проблемы с теми лицами, которые уклонялись от регистрации, прибывая в колонию из внутренних районов Сьерра-Леоне [144, с. 32, 33, 60—61].

Положение осложнялось не только во Фритауне, но и соседних районах колонии, где проживало более 52 тыс. человек, из которых 10 тыс. классифицировались как нетуземное (или креольское) население и 41 тыс. человек считали себя африканцами. В деревнях и поселках продолжала действовать система управления через советы, возглавляемые старейшинами. Они, как известно, были учреждены в 30-х годах и с тех пор не подверглись большим изменениям [26, с. 54].

Основной их задачей оставался сбор налогов, 1/А часть которых шла в местный бюджет.

Местное управление в районах было неэффективным и малопопулярным. В 1946 г. была создана комиссия, которой было поручено проведение реформы. Она признала, что действовавшая в районах колонии администрация «мало похожа на местное самоуправление». Единственным элементом последнего, по мнению членов комиссии, были деревенские советы. В то же время комиссия считала невозможным признать каждую из существовавших 115 деревень в качестве отдельной административной единицы и рекомендовала провести их «укрупнение» [28, с. 69]. Ордонанс, включавший предложения комиссии, был представлен на рассмотрение в Законодательный совет в декабре 1949 г. и вскоре утвержден. Претворять его в жизнь начали в 1950 г. Были образованы 28 групп деревень. В каждой действовал деревенский комитет, состоявший из шести выборных членов, в основном из числа лиц, имевших административный опыт и нередко служивших в прежних органах управления. Вместо четырех были созданы шесть сельских районов, объединенных в Совет сельских районов (создан вместо Комитета сельских районов) из 12 представителей местного населения по назначению губернатора. Совет ведал денежным фондом, который создавался на основе налоговых поступлений. Они были невелики. К 1947 г. в фонде насчитывалось лишь 3,6 тыс. ф. ст., половина из которых предназначалась для оплаты персонала. В результате комитет, как и муниципалитет, имел мало средств для улучшения дел в сельских районах. В том же году он смог вложить лишь 875 ф. ст. в дорожное строительство и 455 ф. ст. израсходовать на ремонт рынков [191, с. 292].

Местным органам управления в деревнях и районах была предоставлена возможность самим избирать своих председателей. Тем не менее во главе сельских районных советов вплоть до 1953 г. находились англичане — районные уполномоченные. Венчал эту административную пирамиду Сельский региональный совет, который координировал деятельность районных комитетов и служил каналом связи с центральной колониальной администрацией. Он включал семь членов, из которых шесть избирались и один (председатель) назначался губернатором. Человек, занявший эту должность, одновременно становился комиссаром полицейских служб Фритауна. Неудивительно, что на этом посту в течение 50-х годов находились старшие английские служащие [28, с. 69; 175, с. 265].

В колонии в середине 40-х—50-х годов существовал еще один институт так называемого самоуправления. Это был

Городской совет Шербро, созданный в 1937 г. Под его контроль подпадала небольшая территория в районе Бонте в Юго-западной провинции, а также о-в Йорк и прилегавшие мелкие острова. Население Шербро в 1948 г. насчитывало 7,6 тыс. человек, из которых 5,9 тыс. жили в Бонте, остальные— на островах [191, с. 293].

В 1950 г. Городской совет Шербро был реорганизован. Согласно опубликованному ордонансу, в его состав были введены шесть избираемых неофициальных членов и один — официальный, которого назначал губернатор. Были образованы три избирательных округа, выдвинувшие по два представителя каждый. Члены совета из своего состава избирали председателя.

Городской совет Шербро функционировал так же, как и муниципалитет Фритауна, по модели которого он, по сути, был создан. На основании аналогичных законов он и был реформирован. Однако существовали некоторые отличия. Губернатор пользовался в Бонте большими полномочиями. Он издавал постановления, на основании которых устанавливался контроль за рынками, определялись условия санитарного состояния в городе и т. д. Согласно ордонансу 1950 г., был создан фонд Шербро, куда поступили денежные средства прежнего фонда и шли такие налоги, как налог на хижину, ставка которого в то время составляла 5 шилл.

Официально местное управление и распоряжение денежными средствами осуществлял Городской совет Шербро. Однако в действительности он был лишь совещательным органом при английском чиновнике — районном уполномоченном, который являлся высшей исполнительной властью в Шербро.

В сельских районах Бонте, занимавших гораздо большую площадь, существовала система управления, аналогичная той, которая действовала в протекторате. Контроль за ней осуществлял районный уполномоченный. Местное управление находилось в руках туземных властей [175, с. 264].

В результате в конце 40-х — начале 50-х годов реорганизация в колонии свелась к незначительным структурным изменениям, не затронув основ системы местного управления.

Комиссии, сформированные официальным Лондоном во второй половине 40-х годов для реорганизации местного управления в протекторате, также не предложили кардинальных административных изменений. Комиссия 1946 г., хотя и признала, что администрацию в протекторате нельзя считать «самоуправлением», тем не менее сделала исключение для «управленческого звена в чифдомах в форме туземных советов». Их она рекомендовала сохранить, лишь несколько сократив число членов советов. Эти предложения были приняты и в 1949 г. узаконены [28, с. 70].

В 1950 г.. началась реорганизация системы местного управления во внутренних районах Сьерра-Леоне. Действовавшие ранее положения о туземных властях были отменены. Число чифдомов сокращено. 45 административных единиц аннулированы. Однако в чифдомах были сохранены туземные канцелярии, возглавляемые верховными вождями [281, с. XI—XIII]. Такое решение, по словам английского историка Хейли, объяснялось следующими обстоятельствами: «Хотя образовательный уровень у вождей невелик и лишь 45 верховных вождей умеют читать и писать, тем не менее многие весьма компетентны в том, как держать под контролем свои чифдомы» [191, с. 305—306]. При этом не потеряли своего значения списки вождей с указанием титулов, позволявших им претендовать на участие в туземной администра-ции. Составляли эти списки по-прежнему английские чиновники — провинциальные комиссары, утверждал губернатор Сьерра-Леоне. Эти списки учитывались при формировании районных советов, призванных со временем заменить туземные канцелярии.

Спецификой административных преобразований в Сьерра-Леоне в середине XX в. было то, что прежние органы местного управления не упразднялись. Они действовали фактически параллельно с вновь создаваемыми советами. Так, в 1953 г. во внутренних районах имелось 150 туземных администраций. При этом весьма показательно, что их бюджет составлял 405 тыс. ф. сг., тогда как создаваемым районным советам было выделено 242 тыс. ф. ст. Спустя три года число туземных канцелярий было сокращено до 141. Но денежные средства, имевшиеся в их распоряжении, по-прежнему почти в два раза превышали бюджет районных советов (626 тыс. ф. ст. против 375 тыс. ф. ст.) [210, с. 215].

В 1954 г. была принята поправка к ордонансу 1949 г. о местной администрации, согласно которой районные советы должны были избираться. Существовала определенная квота: один человек выдвигался от 40 налогоплательщиков. Выборы были непрямыми. Система косвенного представительства позволяла легко избавляться от нежелательных лиц и вводить в новую местную администрацию нужных людей. Первые годы после создания районных советов избирательная кампания проводилась под контролем верховных вождей [210, с. 205, 206]. В совет выдвигались по два представителя от каждого чифдома. Обычно это были верховный вождь и один из членов прежней туземной администрации. Помимо этого в совет вводились еще четыре человека, представлявшие, как отмечалось в поправке, «интересы народа» [41, с. 170]. В этих условиях вожди, «естественно, стремились использовать свои полномочия для того, чтобы не допустить избрания в совет какого-либо лица, не принадлежавшего к их клану». Поэтому, по признанию А. Хейли, там редко можно было встретить учителя или бывшего военнослужащего [191, с. 315].

В результате местные органы власти в протекторате Сьерра-Леоне в 50-х годах были укомплектованы в основном вождями или лицами, находившимися от них в зависимости. Административные реформы, проводившиеся в течение десятилетия, предшествовавшего независимости, свидетельствовали о том, что их организаторы исходили из стремления частичного сохранения политических форм, присущих этой стране. Именно поэтому в районные советы и были включены верховные вожди. Более того, в первые же годы после создания новых органов местного управления вожди фактически их возглавили. Так, в отсутствие председателя совета (которым по ордонансу 1950 г. был районный уполномоченный) включенный в него глава туземной администрации проводил заседания и решал вопросы, связанные с местным управлением. В ходе дальнейших реорганизаций верховные правители официально были признаны в качестве постоянных председателей районных советов.

По сути, происходило своеобразное сращивание старых и новых административных форм. Об этом свидетельствовало многое. Так, спустя 10 лет после обретения независимости в местном управлении оставались 142 верховных вождя, из которых 19 были назначены в 1940 г., 21 — в 1941 — 1950 гг., 53 — з 1951 —1960 гг. и 49 — после 1961 г. [156, с. 86].

Постепенно функции туземной администрации стали переходить к районным советам. К концу 50-х годов они осуществляли контроль за водоснабжением, состоянием дорог, мостов, рынков, а также сельскохозяйственными и строительными работами. Однако на местном уровне положение верховных вождей в органах управления, особенно в чифдомах, практически было мало поколеблено. Неудивительно, что деятельность местной администрации была неэффективной. Процветали коррупция и непотизм. Избранные члены советов нередко увольнялись, их заменяли родственники и земляки верховных правителей. Собираемые с народа налоговые средства тратились не по назначению, а подчас и расхищались. Неудачи, связанные с созданием местной администрации в Сьерра-Леоне, во многом объяснялись тем, что в советы были введены представители туземных властей, с которыми английские колонизаторы «не желали расставаться, проявляя упорную приверженность принципам непрямого управления» [210, с. 214].

Эта же тенденция проявилась и при формировании Ассамблеи протектората, совещательного органа, который был создан при губернаторе в 1946 г. В ее состав были введены 42 человека. При этом более половины — 22 места из 26, предназначавшихся для неофициальных членов, занимали вожди, кандидатуры которых выдвигались районными советами. Места официальных членов распределялись следующим образом: 10 — сохранялись за английскими чиновниками (верховным комиссаром, тремя провинциальными комиссарами и 6 заведующими отделами Центральной канцелярии), четыре — за представителями местного населения, которых назначал губернатор. При этом следует отметить, что трое из них были из колонии. Губернатор имел право ввести в Ассамблею еще двух человек — африканца и европейца, представлявших торговые и миссионерские интересы. Один из них выдвигался от протектората и избирался туземными властями [31, с. 324].

Ассамблея созывалась три раза в год. Ее главной функцией в конце 40-х — начале 50-х годов было обсуждение финансовых вопросов, таких, например, как использование средств, поступавших от предприятий горнодобывающей промышленности и т. д. Однако решающего голоса она не имела. При ней был создан Постоянный комитет, в который входили шесть верховных вождей (умевших читать и писать по-английски). Он был более эффективен. В его задачу входила подготовка представителей от протектората в Законодательный совет, а точнее, в созданный при нем финансовый комитет. Эти представители участвовали в обсуждении не только финансовых, но и административных вопросов [191, с. 316, 327].

Деятельность местной администрации в Сьерра-Леоне в середине XX в., по сути, создавала лишь видимость участия африканских народов в управлении. В ходе реорганизаций английские чиновники стремились укрепить свой союз с вождями-бюрократами, намереваясь ввести с их помощью освободительное движение в рамки конституционных реформ. Это была также попытка обострить соперничество национальной буржуазии с туземной бюрократией за места в новых административных органах, что в значительной степени им удалось [151, т. 8, с. 334; 162, с. 53]. Районные советы и Ассамблея протектората превратились к середине 50-х годов фактически в арену внутриполитической борьбы, которая продолжалась вплоть до независимости.

В Сьерра-Леоне уже в конце 40-х годов XX в. появились силы, которых не удовлетворяли незначительные административные уступки колониальных властей. Они были готовы бороться не за постепенное «улучшение» колониальной системы, а за ее ликвидацию. После окончания войны в Сьерра-Леоне вернулись солдаты, которые воевали против японских сил в Бирме, где они узнали об освободительной борьбе народов Индии. По возвращении они встретились со значительными трудностями. Из 17,4 тыс. воинов большинство было призвано из внутренних районов протектората, куда они не захотели возвращаться. Многие из них пополнили ряды безработных, которых во Фритауне в конце 1945 г. было 3,3 тыс. человек. Другие (около 60%) стали рабочими, в основном горняками и транспортниками. Они развернули агитацию за более полную реформу колониальной администрации, выступали против туземных властей, требовали отмены дискриминационного законодательства, в частности об Ассамблее протектората и районных советах. Их протест был поддержан профсоюзами и организациями, созданными образованными сьерралеонцами [60, с. LIV; 257, с. 32, 33].

Образованные африканцы, которых к тому времени было довольно много не только в колонии, но и в протекторате, решительно выступали против преобладания вождей в органах управления. Положение, когда за образованной элитой были зарезервированы лишь два-три места в Ассамблее, получение которых к тому времени зависело от расположения «туземных властей», вызывало крайнее недовольство. Летом 1946 г. было создано Организационное общество Сьерра-Леоне, которое направило свою деятельность против засилья традиционных властей в администрации. В ноябре 1948 г. Общество обнародовало меморандум, в котором обвинило англичан в дискриминации образованных африканцев, потворствовании вождям, захвативших монополию на представительство в Ассамблее, районных советах, а также в Законодательном совете. Члены Общества настаивали на созыве нового Законодательного совета и включении в его состав «прогрессивных и образованных представителей народа» [210, с. 157].

В этих условиях правительству метрополии приходилось расширять реформы. В августе 1947 г. в Сьерра-Леоне были обнародованы предложения о преобразовании Законодательного совета, подготовленные губернатором X. Стивенсом. Речь шла о введении новой конституции взамен той, которая действовала фактически без значительных изменений около четверти века. Губернатору пришлось признать, что совет, созданный по конституции 1924 г. и лишь частично реформированный в последующий период, не отвечает изменившимся условиям. Связано это было с тем, что в совете преобладали английские чиновники, сохранялось официальное большинство, был неадекватно высок процент назначаемых членов по отношению к неофициальным, представительство от колонии, где проживало менее Vio населения Сьерра-Леоне, было непропорционально велико по сравнению с протекторатом |31, с. 325, 326]. «Настало время установить баланс между ними,— писал губернатор в депеше, направленной в октябре 1947 г. в министерство колоний,— и учесть требования и интересы народов протектората, где сосредоточено 90% жителей страны». Он предлагал ввести в новый совет 16 неофициальных и 8 официальных членов, в число которых входил губернатор, сохранявший пост председателя совета. Изменения в основном сводились к установлению в совете неофициального большинства, представленного 14 африканцами (четыре — от колонии и 10 — от протектората) против двух европейцев [210, с. 161].

Предложения Стивенсона, согласно которым предусматривалось сохранение Исполнительного и Законодательного советов, включавших английских чиновников, были рассмотрены в 1948 г. на заседании Законодательного совета, который счел возможным принять их за основу конституционных изменений. Несомненно, GHH содержали определенные уступки националистическим силам Сьерра-Леоне, выступавшим с требованием самоуправления. Однако административная структура в целом оставалась незатронутой. Прежде всего, предлагаемые изменения не касались Исполнительного со- вета. Как и ранее, он включал в основном официальных членов, право назначать которых сохранялось за губернатором. В рассматриваемое время в совете было 10 чиновников-европейцев и лишь два африканца, которые были введены в его состав в 1943 г. Консервативный механизм формирования Законодательного совета сохранялся. Из неофициального большинства совета лишь четыре члена, представлявшие колонию, избирались путем прямых выборов, остальные — выдвигались Ассамблеей протектората, один — назначался губернатором из состава той же Ассамблеи [31, с. 334—335; 186, с. 138, 139]. Преобладающее положение вождей в Ассамблее означало, что большинство неофициальных членов Законодательного совета могло оказаться весьма консервативным.

Осенью 1950 г. конституционные предложения были одобрены на ежегодном собрании Ассамблеи протектората.

9 апреля 1951 г. министр колоний кабинета консерваторов, сменивших лейбористов у власти, но продолжавших, по сути, тот же курс в колониальной политике в Западной Африке, издал приказ о подготовке законопроекта новой конституции Сьерра-Леоне. В 1952 г. она была введена в действие. Положение о сохранении Законодательного совета было подтверждено. Состав его был расширен. В него вошли 30 человек. Число официальных членов было сокращено с 11 до семи человек. По-прежнему это были старшие служащие центральной канцелярии, главный комиссар протектората, прокурор, казначей, заведующие отделами медицинской и санитарной служб, образования и сельского хозяйства. Численность неофициальных членов была увеличена с 10 до 23 человек; от колонии — семь человек (на четыре человека больше, чем ранее). Они избирались путем прямых выборов, которые проводились в семи районах колонии на основе образовательного и имущественного цензов. В Законодательный совет были введены избираемые члены не только от колонии, но и протектората. Условия избирательной кампании в протекторате были благоприятными для вождей. Там действовал принцип непрямого представительства: 12 кандидатов выдвигались районными советами, два — Ассамблеей протектората (как известно, в обоих органах преобладали вожди), еще двух назначал губернатор, они представляли торговые круги [151, т. 8, с. 350; 175, с. 247, 248; 60, с. LIII].

Необходимо отметить, что в конституции 1951 г. содержалась статья, имевшая особое значение. По ее условиям, неофициальные члены Законодательного совета «могли в случае необходимости взять на себя ответственность за исполнение правительственных функций». В первые годы после принятия конституции эта статья не была реализована. Этап создания национального правительства еще не наступил. Тем не менее уже в 1952 г. встал вопрос о формировании группы неофициальных членов Законодательного совета, «представлявших особые интересы». Речь шла о наделении их специальными полномочиями, позволявшими исполнять обязанности не только в Законодательном, но и в Исполнительном советах [175, с. 251].

Исполнительный совет, вопреки намерениям губернатора Стивенсона, изложенным в его предложениях, также подвергся после 1952 г. частичной реорганизации. Число официальных членов в нем было уменьшено до четырех человек; неофициальные должны были включать не менее четырех человек и назначаться из избираемых членов Законодательного совета (по выбору губернатора). Спустя год после принятия конституции в Исполнительный совет были введены шесть человек из Законодательного совета. В результате в Исполнительном совете впервые (после 1863 г.) было образовано избираемое большинство.

После принятия конституции 1951 г. в Сьерра-Леоне в течение десятилетия, предшествовавшего независимости, было проведено еще несколько административных преобразований. Наиболее существенные изменения были внесены в 1957 г,

Полномочия Законодательного совета, учрежденного в 1952 г. сроком на пять лет, истекали. В 1954 г. была создана комиссия по подготовке и проведению новых выборов. Возглавил се Б. Кейт-Лукас, профессор Оксфордского университета. Был проведен опрос населения, в ходе которого выяснилось, что большинство жителей протектората, особенно молодежь, в том числе вожди, получившие образование, выступают за проведение всеобщих прямых выборов. В выводах комиссии содержались два подхода к проведению избирательной кампании. В колонии рекомендовалось выборы осуществлять на основе имущественного ценза, в протекторате — допустить к участию в них всех налогоплательщиков, т. е. лиц мужского пола, достигших совершеннолетия. При этом, однако, особое представительство, но мнению комиссии, следовало обеспечить верховным вождям [215, с. 208, 209].

Предложения комиссии были приняты. Началась подготовка к избирательной кампании. В ноябре 1956 г. было объявлено о проведении первых всеобщих выборов в масштабе всей страны. Они состоялись в мае 1957 г. Вместо Законодательного совета был создан однопалатный орган — Палата представителей. В нее входили четыре официальных, два назначаемых и 51 избираемый член. 2/з мест в палате получил протекторат, Уз — колония. Распределялись они следующим образом: 14 избираемых членов были от Фритауна и колонии, 25 — от протектората, в их числе—16 вождей. Кроме того, 12 мест, согласно рекомендации комиссии Кейта-Лукаса, предназначались верховным вождям, кандидатуры которых выдвигались 12 районными советами протектората. Причем выборы в этих случаях проходили в избирательных округах, созданных на основе групп чифдомов [230, с. 168—180; 156, с. 42].

Спустя год после выборов Сьерра-Леоне получила внутреннее самоуправление. В августе 1958 г. из Палаты представителей были выведены четыре официальных члена. Она стала законодательным органом Сьерра-Леоне, укомплектованным представителями местного населения. Тем не менее административные преобразования были далеки от завершения. В Палате представителей оставались назначаемые члены. В ее составе преобладали вожди, которые были более заняты делами местной администрации. Английский губернатор сохранял пост председателя Исполнительного совета [175, с. 249].

К тому времени в Исполнительном совете также произошли значительные изменения. После переговоров в Лондоне между министром колоний и делегацией Сьерра-Леоне, которые проходили в конце 1957 г., были внесены предложения о расширении его функций и полномочий. По словам губернатора М. Дормана, «Исполнительный совет должен был быть построен таким образом, чтобы в будущем включить в свой состав [национального] премьера и его министров, но при этом продолжать функционировать под председательством [английского] губернатора» [175, с. 252].

Согласно официальным данным, губернатор по своему усмотрению утверждал премьером того человека, за которым, по его мнению, «шло большинство Палаты представителей». Губернатор, как и в начале 50-х годов, «согласовывал» с премьером назначения министров и распределение между ними обязанностей.

К тому времени в Исполнительном совете было 11 министров-африканцев из избираемых членов Законодательного совета. Однако они имели ограниченные функции. Из-под их: контроля были выведены все наиболее важные сферы, такие, как юридические и финансовые службы, вопросы обороны, внешние сношения. Окончательный голос в решении этих проблем вплоть до 1959 г. оставался за англичанами.

Суть административных преобразований, по мнению африканской элиты, заключалась в основном в замене африканцами английских служащих [216, с. 206] на всех уровнях колониального аппарата. Однако процесс африканизации, осуществляемый в Сьерра-Леоне в 50-х годах, протекал медленно и в первоначальный период не давал ощутимых результатов. Незавершенность реформ, их формальный характер, а главное, сохранение контроля английского колониального чиновничества вызывали все усиливавшееся недовольство общественности и политических организаций колонии и протектората.