Уганда | Книги и материалы об Уганде | Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время | Введение

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала

Продажа квартир в Болгарии www.fortnoks.net.

Туры по Уганде:

ВСЯ УГАНДА ЗА 12 ДНЕЙ
Горные гориллы, горные озера, рафтинг по Нилу и много животных

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И РУАНДЕ
В поисках маленьких людей и больших обезьян

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И КЕНИИ
С отдыхом на Индийском Океане

УГАНДА, КЕНИЯ И ТАНЗАНИЯ
Путешествие по Восточной Африке и отдых на Занзибаре

Africa Tur Уганда Книги и материалы об Уганде Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время Введение

Введение

9 октября 1962 г. Уганда стала независимым государством. До этого была одним из африканских протекторатов Великобритании.

Благодатный климат, плодородные почвы, обилие осадков, выгодное стратегическое положение (истоки Белого Нила, близость к морским путям из Европы и Азии), предполагавшееся богатство недр — все это по достоинству оценил У. Черчилль, который назвал страну «жемчужиной Африки» во время своего визита в Уганду в начале XX в. А возможность эксплуатировать почти даровой труд местных крестьян и рабочих, возраставший приток сверхприбылей в метрополию из протектората позволили английским колонизаторам зачислить Уганду в разряд «образцовых колоний». Эта «жемчужина Африки» и «образцовая колония» в результате упорной борьбы ее народов сбросила колониальное иго.

Республика Уганда расположена по обе стороны экватора: к северу от него — большая ее часть, к югу — меньшая. Площадь страны (241,1 тыс. к м²) больше площади Великобритании. Граничит па востоке с Кенией, на севере — с Суданом, на западе — с Заиром и Руандой, на юге — с Танзанией (граница е ней проходит также по северной части оз. Виктория). Прямого выхода к морю не имеет. С побережьем Индийского океана связана железной дорогой.

Страна богата водными ресурсами: озера (Виктория, Кьога, Мобуту-Сесе-Секо, Эдуард, Джордж), реки (Белый Нил с его истоком — р. Кагера), обширные болота покрывают почти шестую часть ее территории. Наиболее важные с точки зрения социально-экономического развития области лежат близ озер. Здесь же находятся крупные городские центры, в которых размещаются главные государственные, а также социальные и культурные учреждения: Кампала (с пригородами — около 500 тыс. жителей), Джинджа (до 90 тыс.), Энтеббе, Мбале, Масака, Масинди, Мбарара, Мубенде, Форт-Портал, Тороро, Хоима.

Вся страна представляет собой возвышенную (1000—1200 м над уровнем моря) волнистую равнину. На восточной и западной ее окраинах лежат горные массивы с потухшими вулканами: на границе с Кенией — Элгон (4322 м), с Заиром — Рувензори (5109 м), с Руандой — Мухавура (4127 м), Гахипга (3574 м), Сабинио (3634 м). Высота местности значительно смягчает климат, обладающий всеми характеристиками экваториально-муссонного, и основном влажного на большей части территории. Среднемесячные температуры в озерной области колеблются от + 18 до 22°. К северу от нее климат более жаркий и сухой. Сезоны дождей зависят от расположения той или иной области по отношению к экватору: если она лежит к северу от него, то сезон начинается в марте и заканчивается в ноябре, если к югу, то соответственно — в сентябре и в мае. Количество осадков убывает с юга на север: с 1500 мм и более до 600—750 мм в год.

Большая часть территории занята высокотравными саваннами паркового типа. Встречаются отдельные небольшие массивы листопадно-вечнозеленых лесов. Нижние склоны гор покрыты влажной вечнозеленой растительностью, которую выше сменяют заросли бамбука и вереска, а еще выше альпийские луга.

Фауна Уганды также богата. В национальных парках Рувензори и Кабарега встречаются слоны, носороги, бегемоты, буйволы, антилопы, жирафы, львы, леопарды, обезьяны, крокодилы, змеи; разнообразен мир птиц, рыб, насекомых (в том числе опасных для человека и животных — муха цеце, муха симулиум).

Список разведанных минеральных ресурсов обширен, однако мощность месторождений невелика. На востоке страны открыты залежи железа (Сукулу, Букусу), ниобия (Сукулу), циркония (Сукулу), апатитов (Сукулу, Букусу); на западе (в предгорьях Рувензори) — меди и кобальта (Килембе); на юго-западе — полиметаллов, а также золота, олова, вольфрама, бериллия, тантала, ниобия, лития, вермикулита, мусковита, талька, драгоценных камней, огнеупорных глин, каменной соли. Промышленное значение имеют и разрабатываются месторождения кобальта и меди, железа, апатитов. Некоторые месторождения (например, золота, олова) истощены или близки к истощению (медно-кобальтовое).

Число жителей Уганды превышает 13 млн. Страну населяют около 30 больших этнических групп. Народы, говорящие на языках банту, составляют 65—66%. Они занимают области страны к югу от Белого Нила и оз. Кьога (вплоть до границ с Танзанией и Руандой). К северу от этой линии живут народы, принадлежащие к нилотской языковой семье и составляющие примерно 27—28% населения. В областях, прилегающих к суданской границе, расселились народы, которые говорят на языках Центрального и Восточного Судана (5—6% населения Уганды). 3% населения составляют неафриканцы (выходцы из Индии, Пакистана, арабских стран, Западной Европы).

Примерно 32% африканского населения придерживается традиционных верований; христиан (католиков и англикан) насчитывается 62—63%, последователей ислама — 5—6%.

В Уганде сохранились (хотя значительно трансформированные) уклады доколониального общества: патриархально-феодальный, натуральный или полунатуральный. Сегодня они сосуществуют с мелкобуржуазным (мелкотоварным), частнокапиталистическим, государственно-капиталистическим укладами. Два последних оказывают все возрастающее воздействие на всю экономическую и социальную жизнь страны.

Уганда — страна аграрная. Свыше 90% населения живет в деревне и занимается сельским хозяйством: в южных областях в основном земледелием, в северных — скотоводством и частично земледелием. Численность горожан — менее 10%. Среди них наиболее многочисленные группы образуют служащие государственных учреждений и частных компаний, наемные рабочие, торговцы, лица свободных профессий.

Доля сельского хозяйства в ВВП — 54—55%. Основная масса продовольственных (три пятых посевных площадей) и экспортных культур выращивается в мелкотоварных крестьянских хозяйствах на участках от 0,8 до 4 га. Исключение представляют плантации чая и сахарного тростника, принадлежащие иностранному частному капиталу. Вывоз кофе и хлопка приносит стране до 90% ее экспортной выручки.
Удельный вес промышленности в ВВП находится на уровне 11 —12%. Крупных предприятий мало. Это — медно-кобальтовый рудник (Килембе) и обогатительная фабрика (Касссе), медеплавильный и сталепрокатный заводы, текстильный комбинат (все в Джиндже), цементный и суперфосфатный заводы в То- роро. Подавляющее большинство предприятий, занятых переработкой продовольственных и экспортных культур,— мелкие (первичная обработка кофе, хлопка, чая, табака, риса, проса, кукурузы) или средние (производство сахара, табачных изделий, пива и безалкогольных напитков). В стране также действуют множество небольших производств (мебельное, маслобойное, мукомольное, мыловаренное), мастерские по обслуживанию населения. Если общая численность лиц, работающих по найму, не превышает 400 тыс. человек, то непосредственно в промышленном производстве занято всего 60—70 тыс., или 15%, что намного меньше, чем в сфере обслуживания (40%).

На карте Африки Уганда как административная единица появилась в конце XIX в. в качестве протектората Великобритании. Но ее нынешние государственные границы были окончательно установлены лишь в 1926 г. Они явились результатом, с одной стороны, торга и сделок между империалистическими державами Европы, с другой — произвола английских колонизаторов.

Народы Уганды

До 40-х годов XIX в. народы нынешней Уганды жили, не испытывая влияния внешних факторов. Они развивались в условиях относительной изоляции, взаимодействуя и взаимно влияя друг на друга в рамках Северного Межозерья. Поэтому перед исследователями открывается редкая возможность показать, что даже в условиях изоляции народы Уганды развивались в основном в соответствии с объективными законами общественного развития. В XIX в. в Северном Межозерье существовали крупные раннеклассовые государства Буньоро, Буганда, Нкоре, Торо и множество мелких. Процесс развития этих государств носил поступательный характер. Они могли подняться самостоятельно па новую, более высокую ступень, если бы избежали вторжения европейского империализма.

История оккупации и закабаления Уганды наглядно и убедительно подтверждает слова В. И. Ленина о том, что «финансовый капитал вообще стремится захватить как можно больше земель каких бы то ни было, где бы то ни было, как бы то ни было, учитывая возможные источники сырья, боясь отстать в бешеной борьбе за последние куски неподсленного мира или за передел кусков, уже разделенных» [21, с. 381].

На примере Уганды можно видеть, как официальная английская историография фальсифицировала историю страны. Утверждалось, например, что Великобритания чуть ли не против собственной воли установила протекторат над народами Северного Межозерья. Лишь цели филантропии — борьба с работорговлей, устранение межплеменных войн и внутриплемеиных междоусобиц, продвижение африканцев к вершинам цивилизации— будто бы заставили английские правящие круги взвалить па свои плечи «новое бремя». Однако факты опровергают эти утверждения: достаточно вспомнить об англо-французской борьбе за контроль над истоками Нила, об англо-германском соперничестве в Восточной Африке, чтобы понять особую заинтересованность английского империализма в этом регионе, в первую очередь в Уганде.

Буржуазные исследователи настойчиво подчеркивают также, что Восточная Африка (включая Уганду) больше нуждалась в Англии, чем Англия в Восточной Африке. На самом же деле английских империалистов удерживали в этом регионе континента источники сырья, дешевая рабочая сила, выгодные рынки сбыта, прибыльные сферы приложения капиталов и, конечно, исключительно важные военно-стратегические позиции. Изучение периода протектората (1894—1962) опровергает «цивилизаторскую миссию» Англии в Уганде, делает несостоятельными попытки оправдать колониальный режим. Этот период — мрачная страница в истории Уганды. Английский империализм несет ответственность за зло, причиненное ее народам: за экономическую, социальную, культурную отсталость, за межэтническую и межрасовую напряженность.

Включение Уганды в мировое капиталистическое хозяйство, ее эксплуатация в качестве аграрно-сырьевого придатка метрополии вели к развитию товарно-денежных и капиталистических отношений, к разложению докапиталистических укладов и формированию капиталистического, появлению новых социальных групп в африканском обществе. Однако колониальные условия, господствовавшие в стране, придавали этим процессам крайне уродливые формы. Например, зарождение и рост новых социальных сил — рабочего класса и капиталистических элементов — происходило в Уганде не одновременно. Национальная буржуазия начала формироваться позже африканского рабочего класса. Причем она росла не на почве торгового и ростовщического каптала, не после прохождения трех классических этапов развития промышленного капитализма (простая кооперация — мануфактура — фабрика). Сначала она формировалась в экспортном секторе сельского хозяйства, затем в мелкой торговле и, наконец, в сфере мелкого промышленного производства. Лишь в последние годы протектората колонизаторы, стремясь направить развитие будущей независимой Уганды по капиталистическому пути, стали поощрять рост национальной буржуазии.

Английский капитал, участвуя в формировании новых социальных сил Уганды, против своей воли создавал «могильщиков» колониального режима. С выходом на политическую арену рабочего класса и групп африканской буржуазии начался и непрерывно углублялся кризис системы «косвенного управления». Антиколониальная борьба народов Уганды, не прекращавшаяся с конца XIX в., вступила в новый, качественно более высокий этап. Колонизаторы были вынуждены менять формы и методы управления: метод «разделяй и властвуй» постепенно уступал место методу «отступая, разделяй».

Под воздействием исторических результатов второй мировой войны освободительная борьба в Уганде приняла массовый характер. Она не была борьбой одиночек — «агитаторов и демагогов» или узких групп «политических карьеристов», как утверждала колониалистская пропаганда. В антиимпериалистическом лагере объединились рабочий класс, крестьянство, национальная буржуазия, национальная интеллигенция, патриотически настроенные феодальные элементы. Руководство находилось в руках представителей африканской интеллигенции.

Национально-освободительное движение в Уганде знало приливы и отливы, вооруженную и парламентскую борьбу, «пассивное сопротивление», тактику временных союзов и всякого рода компромиссов. Нередко расколы внутри партий, соперничество между политическими группами и лидерами, религиозные распри и «племенной» патриотизм уменьшали силу натиска против колонизаторов. Отсутствие революционной рабочей партии не дало рабочему классу Уганды возможности полностью проявить себя в антиколониальной борьбе. Союз между рабочими и трудовыми слоями крестьянства только намечался. Крестьянство еще находилось под влиянием феодальных и полуфеодальных вождей, родовой знати, христианской церкви. Все это в значительной степени объясняет причины, почему английскому империализму удалось до 1962 г. сохранить свое политическое господство в Уганде.

Борьба народов Уганды за независимость была неотъемлемой частью мирового антиимпериалистического движения. Уганда внесла свой вклад в общую победу африканских народов над колониализмом. Провозглашение государственной независимости Уганды 9 октября 1962 г. ознаменовало завершение первого этапа антиимпериалистической революции. Согласно первой конституции 1962 г. Уганда была провозглашена федеральным государством: в ее состав наряду с десятью районами входили четыре «королевства»: Анколе, Буганда, Буньоро, Торо и федеральная территория Бусога, которые обладали правами внутренней автономии. Период 1962—1971 гг.— период национально-демократического режима, возглавлявшегося правящей партией Народный конгресс Уганды (лидер М. Оботе), ознаменовался заметными достижениями. Крупным завоеванием прогрессивных, демократических сил Уганды явилась республиканская конституция 1967 г., которая не только отменила автономию, но и ликвидировала сами автономные единицы. (Позже была разрушена материальная основа феодально-племенного сепаратизма: закон 1975 г. упразднил феодальное землевладение.)

В 1971 г. власть захватила армейская верхушка во главе с генералом Иди Амином. Новейшая история Тропической Африки знает примеры, когда армия того или иного государства брала власть в свои руки, чтобы направлять развитие по прогрессивному пути. О своем намерении вести Уганду по такому пути заявил и глава переворота. Однако ход событий в Уганде в 1971 —1979 гг. показал, что его слова разошлись с делами. Отсутствие у верхушки трезвого и всестороннего учета реального положения в стране, ее однобокий и волюнтаристский подход к осуществлению реформ в социальной и экономической сфере, к урегулированию острых межэтнических и межрасовых отношений, использование ею методов насильственного и нередко террористического подавления политической оппозиции и недовольства трудящихся масс, резкие повороты, непоследовательность, а в последние годы и авантюризм в ее внешней политике привели Уганду на грань национальной катастрофы. Военный режим был изолирован и переживал глубокий кризис. Его крушение в апреле 1979 г. было закономерным. Оно означало наступление нового этапа в истории страны.

Действие конституции 1967 г. было восстановлено. Законодательная власть ныне принадлежит Национальному собранию и президенту, исполнительная — президенту, как главе государства и правительства. Лидер партии, победившей на выборах, становится президентом. В 1984 г. в Национальном собрании из 126 мест 88 принадлежало Народному конгрессу Уганды (НКУ) и 37 — Демократической партии (ДП). Однако разногласия между бывшими противниками военного режима в 1980—1984 гг. взяли верх. Более чем 20-летний опыт независимого развития Уганды показал, что освобождение от империалистических и неоколониальных пут, строительство нового общества — дело не менее трудное, чем завоевание политической самостоятельности и государственного суверенитета. Руководство правящей партии Народный конгресс Уганды видит разрешение противоречий на пути национального примирения и единства, восстановления подорванной в годы правления военных экономики, укрепления законности и общественного порядка.

В предлагаемой читателю монографии введение, главы III — V написаны Ю. В. Лукониным, глава I — Н. А. Ксенофонтовой, глава II — Н. А. Ксенофонтовой и Ю. В. Лукониным, главы VI—VII — В. П. Панкратьевым (разделы о культуре — Н. А. Ксенофонтовой и Ю В. Лукониным). Научно-техническая подготовка издания осуществлена Т. Ю. Железпяковой, Н. С. Лащенко, В. П. Хохловой.