Уганда | Книги и материалы об Уганде | Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время | Политический статус Торо, Анколе и Буньоро

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала


Туры по Уганде:

ВСЯ УГАНДА ЗА 12 ДНЕЙ
Горные гориллы, горные озера, рафтинг по Нилу и много животных

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И РУАНДЕ
В поисках маленьких людей и больших обезьян

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И КЕНИИ
С отдыхом на Индийском Океане

УГАНДА, КЕНИЯ И ТАНЗАНИЯ
Путешествие по Восточной Африке и отдых на Занзибаре

Africa Tur Уганда Книги и материалы об Уганде Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время Политический статус Торо, Анколе и Буньоро

Политический статус Торо, Анколе и Буньоро

Соглашения Англии с Торо и Апколе (а в 1933 г. и с Буньоро) обычно называли «упрощенным» вариантом англо-бугандского. Дело было не в «упрощении», а в юридической значимости этих документов. Административный статус Торо и Анколе был ниже статуса Буганды: их приравняли к обычным районам, на которые позже делился протекторат. Соответственно более низким был статус и их правителей [342, с. 31]. Они отвечали перед комиссаром (с 1906 г.— губернатором) протектората, как кабака Буганды, а всего лишь перед комиссаром района. Вот почему в политическом и юридическом плане оба эти «королевства» (к ним следует причислить и Буньоро) в колониальный период всегда стояли ниже Буганды [335, с. 27].

Соглашения устанавливали, что Анколе и Торо управляются наследственными верховными вождями (соответственно — омугабе и омукамой). Возведение на трон осуществлялось под контролем колониальной администрации. Верховные вожди натачали правительство, состоявшее из двух министров: катикиро (премьер) и омукенто (казначей). Помимо аппарата назначаемых вождей в Анколе, Торо и Буньоро функционировали местные советы (эйшенгьеро — в первом, рукурато — в двух последних), своим устройством и полномочиями напоминавшие люкико Буганды.

Вожди саза и гомболола получали жалованье, которое колониальные власти выплачивали из фонда, формировавшегося в результате сбора подушного налога [274, с. 136, 157—158]. Размер жалованья, выплачивавшегося вождям, не превышал 10% общей суммы налога, собранного в данный финансовый год. Эта сумма (10%) делилась следующим образом: 70% шло на жалованье вождей саза и 30% — на жалованье вождей гомболола. Верховные вожди получали жалованье в размере 20% общей суммы налогов, собранных в их «королевствах» [265, с. 562].

Почти вся земля в Торо и Анколе была объявлена собственностью английской короны. Вводилась частная собственность на землю, хотя и не в таких масштабах, как в Буганде [253, с. 561, 599]. Например, в 1912 г. омукама Торо получил имение площадью 4090 га, а омугабе Анколе — 12 800 га. Частные владения сначала были дарованы только верховным вождям и вождям саза (отчасти гомболола) [342, с. 47]. В Торо было роздано 56,3 тыс. га, в Анколе — более 50 тыс. га. Что касается младших вождей, то они получали лишь жалованье [342, с. 46]. В Торо омукама мог раздавать участки принцам и высшим чиновникам фактически в наследственное владение, но без права продажи [342, с. 47].

Соглашения Англии с Торо, Анколе и Буньоро [304, с. 108] еще в меньшей степени, чем ее соглашение с Бугандой, имели для метрополии обязательный характер. Они, подчеркивал африканский юрист Г. Ибингира, были «обязательными» для Англии лишь тогда, когда она этого хотела.

Таким образом, уже из соглашений с Бугандой, Буньоро, Торо и Анколе видно было, что Англия выступала по отношению к ним не столько как «протектор», сколько как колониальный хозяин. В 1899 г. правительство Англии утвердило «договоры», которые в 1898 г. Макдональд навязывал вождям народов, населявших территории па севере и северо-востоке [479, 1964, т. 28, № 1; 1965, т. 29, ч. 1]. Однако власть колонизаторов там долгое время была номинальной. Они создали у ачоли, мади, бари, лугбара, алур военные посты, которые лишь обозначали «физическое» присутствие Англии. Гражданская администрация была учреждена здесь в 1910 г., а демаркация границы с Суданом завершилась в 1914 г.

Подчинение народов, населявших будущие районы Бусоги, Ланго, Тесо, Букеди и Бугису, начал еще в 1896 г. по поручению колонизаторов крупный феодал и видный военачальник Буганды Семей Какунгуру. В течение 1896—1904 гг. он покорял одну область за другой, насаждал формы и методы управления, действовавшие в то время в Буганде [304, с. 104—107; 342, с. 32].

Начиная с 1907 г. администрация протектората систематически посылала на крайний северо-восток, населенный народами карамоджо, додот, сук, туркана, военные отряды, которым каждый раз вплоть до 1914 г. приходилось утверждать власть Англии [255, с. 118].

В 1911 г. к протекторату была присоединена область, где проживали бакига (позже стала районом Кигези) [385, с. 78]. С покорением этого народа колонизаторы вышли на юго-западную границу английской сферы влияния.

Таким образом, к 1914 г. протекторат на севере и западе приобрел очертания, которые можно было видеть на картах Восточной Африки 20-х годов XX в. Иным было положение на востоке.

1 апреля 1902 г. огромная территория, позже образовавшая кенийские провинции Наиваша и Ньянза, была отторгнута от протектората Уганды. Новая граница между двумя английскими владениями разрезала этнически родственные пилотские народы (прежде всего луо). Но и отторжение этой территории от Уганды не установило окончательно границы протектората на востоке. Забегая вперед, скажем, что в 1926 г. от него был отрезан большой кусок территории на северо-востоке, прилегавший к оз. Рудольф, и снова передан Кении [298, с. 121].