Уганда | Книги и материалы об Уганде | Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время | Партия Батака (ПБ) и Союз африканских фермеров (САФ)

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала


Туры по Уганде:

ВСЯ УГАНДА ЗА 12 ДНЕЙ
Горные гориллы, горные озера, рафтинг по Нилу и много животных

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И РУАНДЕ
В поисках маленьких людей и больших обезьян

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И КЕНИИ
С отдыхом на Индийском Океане

УГАНДА, КЕНИЯ И ТАНЗАНИЯ
Путешествие по Восточной Африке и отдых на Занзибаре

Africa Tur Уганда Книги и материалы об Уганде Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время Партия Батака (ПБ) и Союз африканских фермеров (САФ)

Партия Батака (ПБ) и Союз африканских фермеров (САФ)

Подавив январскую забастовку 1945 г., колонизаторы заставили Мутесу II убрать со своих постов антиколониально настроенных деятелей. Катикиро С. Вамала был объявлен «слабоумным» и уволен в отставку 1336, с. 275—276]. Вместо него был назначен М. Л. Нсибирва, снискавший позорную славу прислужника колонизаторов. В обращении к народу в 1945 г. он заявил, что главная цель его правительства — искоренение последствий «январских беспорядков» и лояльное сотрудничество с колониальной администрацией [443, 13.IX.1945]. Верноподданническое выступление катикиро оказалось для него роковым. 5 сентября 1945 г. террорист Дж. Сснкатука убил Нсибирву [443, 13.IX.1945]. Колониальные власти использовали этот акт для развязывания новой кампании репрессий. С. Вамалу и 16 оппозиционно настроенных вождей арестовали и без суда отправили в ссылку. На пост катикиро был назначен Майкл Кавалья, сын А. Кагвы, крупнейший землевладелец.

Нсибирва протащил через люкико закон о принудительной скупке земель маило, но не успел его подписать. Это в сентябре 1945 г. сделал Кавалья. Мало того, в закон была включена дополнительная статья, согласно которой любое противодействие скупке наказывалось тюремным заключением и крупным штрафом.

Однако колонизаторы и бугандская верхушка, напуганные размахом народного сопротивления, решили прибегнуть не только к кнуту, но и к прянику. 14 ноября 1945 г. кабака провел конституционную реформу, согласно которой в люкико для неофициальных членов отводилось 31 место (позже было добавлено еще 5) [127, с. 9—10]. Несмотря па реформу, силы оппозиции расширялись [342, с. 137].
Обстановка в протекторате поставила перед национальнодемократическими силами задачу создания партии, способной организовать и направить борьбу масс. Если до войны попытки создать политическую организацию терпели неудачу из-за отсутствия массового движения, то теперь ситуация изменилась. В начале 1946 г. возникла партия «Батака» (ПБ) [342, с. 132— 133]. Это была антиколониальная и антифеодальная политическая организация. Хотя ПБ действовала в Буганде, ее требования носили общеугандский характер. Партию поддерживали крестьяне, торговцы, рабочие, часть землевладельцев. С большим подозрением отнесясь к созданию ПБ, власти не дали ей разрешения на легальную деятельность.

ПБ предприняла попытку заставить колониальные власти выслушать народные требования. Вести переговоры с кабакой и вождями партия отказалась, так как считала их агентами империализма. Однако на петицию губернатору, в которой ПБ требовала отмены земельного закона 1945 г. в Буганде, она ответа пс получила [336, с. 277]. Партия развернула кампанию за отмену земельного закона 1945 г., решительно выступила против возрождения колониалистского плана федерации Восточной Африки и уклончивой позиции бугандского правительства по этому жизненно важному для всей Уганды вопросу [342, с. 138—139].

Поскольку власти протектората отказались говорить с ПБ, ее руководство обратилось к правительству и парламенту Англии, к общественности метрополии. В июле 1947 г. в Англию был послан один из ее руководителей — Семакула Мулумба [253, с. 256—257; 342, с. 139]. Он вез петицию, которая требовала отказа от плана создания федерации Восточной Африки, отмены земельного закона 1945 г., расследования незаконного ареста С. Вамалы и оппозиционных вождей, разрешения африканцам вывозить свою продукцию на внешние рынки, обеспечения им возможности для получения образования. С. Мулумба встретился с помощником министра колоний, но тот отказался обсуждать эти требования [127, с. 87; 336, с. 277]. Не добившись результатов в министерстве колоний Англии, С. Мулумба в апреле 1948 г. направил в ООН обвинительный документ [127, с. 87; 381, с. 41]. Однако Англия и другие империалистические державы не допустили обсуждения вопроса об Уганде в ООН.

ПБ избрала эффективную тактику мобилизации масс. Документы, направлявшиеся властям, затем в форме открытых писем распространялись по всей стране. Проводились также публичные обсуждения петиций, которые становились, таким образом, народными наказами.

В антиколониальное движение вливались новые силы. Это были прибывшие в 1946—1947 гг. в Уганду демобилизованные солдаты, убежденные противники колониальных порядков. В те же годы вернулись из ссылок и мест заключения лидеры и участники январских событий 1945 г. Среди них был И. Мусази.

И. Мусази сразу же включился в активную деятельность. Он начал с создания кооперативов и профсоюзов. Будучи защитником интересов зажиточных слоев крестьянства и национальной буржуазии, он в кооперативах видел удобную форму консолидации африканского капитала, а в профсоюзах — возможность подчинить энергию рабочего класса политическим и социальным целям местной буржуазии. При его участии были основаны Всеобщий профсоюз рабочих, Ассоциация африканских шоферов, Ассоциация африканских портных [127, с. 98; 342, с. 122], у руководства которых стояли буржуазно-националистические деятели.

В апреле 1948 г. И. Мусази основал Союз африканских фермеров (САФ) [253, с. 251—254]. Непосредственной задачей САФ была защита интересов производителей экспортных культур. Однако союз преследовал и политические цели. Национальный капитал добивался контроля «ад скупкой, переработкой и экспортом хлопка и кофе. Осуществление этой цели нанесло бы удар по иностранному капиталу. Поэтому программа САФ имела антиколониальный характер.

В мае 1948 г. САФ потребовал создать специальный банк для африканцев и повысить цены на хлопок, предоставить союзу право открыть скупочные склады, построить хлопкоочистительные предприятия, продавать очищенный хлопок в метрополии и странах Содружества [127, с. 74—75]. Однако делегацию, которая должиа была вручить эти требования, губернатор отказался принять. Он держал сторону неафриканских капиталистов, яростно возражавших против любых реформ в сфере экономики.

Союзниками колонизаторов выступали феодальные круги. В Буганде регенты и крупные вожди, напуганные ростом влияния ПБ и САФ, созвали в мае 1948 г. люкико. На заседании присутствовало всего 19 его членов из 89. Участники заседания, точнее, заговора, направили губернатору резолюцию, в которой призвали к запрету партии «Батака» и аресту С. Мулумбы [336, с. 278].

Заговор реакционеров осудило большинство других членов люкико. В сентябре 1948 г., когда в Буганду вернулся из Англии Мутеса II, партия направила ему требования: 1) создать представительную комиссию для расследования действий регентов и вождей; 2) увеличить число неофициальных членов люкико с 36 до 60; 3) ввести принцип выборности вождей; 4) разрешить африканцам постройку хлопкоочистительных предприятий [336, с. 278]. Кабака, однако, согласился только расследовать факт незаконного заседания люкико и обещал добиться разрешения на строительство одного предприятия. Остальные требования он оставил без ответа.

Видя, что события в протекторате выходят из-под контроля, колониальные власти перешли в наступление. В августе 1948 г. они издали ординансы, направленные против массовых митингов и африканской прессы. На митингах не могло присутствовать более 500 участников. Власти получили право принуждать газеты помещать опровержения «ложной» информации [127, с. 16, 115].

В декабре 1948 г. обстановка в Уганде еще более обострилась. Поводом послужил доклад комиссии, в котором состояние хлопковой отрасли признавалось неудовлетворительным. Тем самым косвенно подтверждались аргументы САФ в пользу допуска африканцев к скупке, очистке и сбыту хлопка. Руководство союза так и расценило выводы комиссии. Союз начал строить склады и призвал хлопкоробов сдавать хлопок Союзу африканских фермеров. В поисках рынка сбыта хлопка САФ Мусази выехал в Англию [127, с. 78].

Активность САФ встревожила иностранных капиталистов, власти протектората и Буганды. Были перекрыты все каналы, которые позволили бы африканцам самостоятельно распоряжаться своей продукцией. С. Мулумба писал губернатору, что он осуществляет меры, которые противоречат африканским интересам и защищают только английские и индийские интересы [127, с. 82].

Жесткие меры колонизаторов, однако, не предотвратили социального взрыва. Он произошел в конце апреля 1949 г.

События апреля — мая 1949 г. Народные выступления весной 1949 г. занимают важное место в истории Уганды: во-первых, они носили массовый характер; во-вторых, ими руководили политические организации, которые выдвинули четкую программу требований; в-третьих, они привлекли к проблемам Уганды внимание мировой общественности.

ПБ и САФ долго ждали выполнения Мутесой II обещаний, которые он дал в сентябре 1948 г. Наконец они решили напомнить о них. 15 апреля по призыву ПБ в пригороде Кампалы состоялось многолюдное собрание, которое приняло решение 25 апреля идти к дворцу и вручить кабаке свои жалобы [127, с. 17; 342, с. 140]. Колониальные власти и бугандское правительство стали готовиться к расправе с участниками шествия. Сотни вооруженных полицейских установили охрану дворца, а колониальные войска заняли стратегические пункты Кампалы. Губернатор распорядился воспрепятствовать проведению демонстраций всеми средствами, вплоть до применения огнестрельного оружия.

Утром 25 апреля у дворца Мутесы II собралось более 4 тыс. человек [336, с. 280—281]. Они надеялись, что кабака откликнется на их жалобы. Кабака принял делегацию, ознакомился с петицией, повторявшей сентябрьские требования 1948 г., и дал на нее в основном отрицательный ответ [89, с. 135—143; 127, с. 21—25; 314, с. 150].

26 апреля перед дворцом снова собралась большая толпа. Люди думали, что отрицательный ответ кабаки — результат козней министров. Английские офицеры, командовавшие полицией, не пустили делегатов во дворец, приказали разогнать толпу и провести аресты. Однако атака полицейских встретила отпор. Сначала перед дворцом, а затем на улицах города разгорелись рукопашные схватки [127, с. 28—30].

Из Кампалы волнения перебросились иа всю Буганду и отчасти на Восточную провинцию. Известия о предательстве кабаки, расправах полиции поднимали на борьбу новые массы людей. Блокировались дороги, ведущие к городам, подвергались атакам административные учреждения и тюрьмы, освобождались заключенные. Многие линии телеграфной и телефонной связи были перерезаны.

Однако когда из Кении прибыли части Корпуса африканских стрелков, усиленные авиацией и бронемашинами, властям удалось перехватить инициативу. Они ввели чрезвычайное положение в Буганде и Восточной провинции, объявили ПБ и САФ вне закона, ввели строжайшую цензуру, арестовали более 1700 человек, в том числе лидеров ПБ и САФ [127, с. 34—39].

Колонизаторам помогали кабака и вожди. Мутеса II назвал репрессии «необходимыми мерами», призвал своих подданных к борьбе с «бунтовщиками». Он утверждал, что действия ПБ направляли «чужаки» [127, с. 50].

Расправы колонизаторов не привели к прекращению деятельности ПБ и САФ. Видный деятель лейбористской партии Ф. Брокуэй, посетивший Уганду в 1950 г., рассказывал, как САФ организовал в 20 различных местах протектората его встречи с африканцами, на которых присутствовало от 500 до 5 тыс. человек [264, с. 51]. Психологией патриотических сил Уганды, отмечал он, стала психология движения сопротивления в оккупированной гитлеровцами Европе в годы второй мировой войны.

События апреля — мая 1949 г. напугали колонизаторов и заставили их пойти на новые уступки. В том же году они повысили жалованье многим категориям рабочих и служащих (на 25— 30%), а в 1950 г. впервые ввели минимум заработной платы (33 шилл. в месяц) [342, с. 119]. Многие рекомендации специальной комиссии Кингдона, изучавшей причины беспорядков (повышение цен на экспортные культуры, создание банка для африканцев, введение принципа выборности депутатов люкико, ограничение срока полномочий бугандских министров), власти приняли и проводили в жизнь в последующие годы [323, с. 189]. Эти уступки стали базой для развертывания дальнейшей борьбы национально-демократических сил Уганды.