Уганда | Книги и материалы об Уганде | Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время | Заговор против правительства М. Оботе

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала


Туры по Уганде:

ВСЯ УГАНДА ЗА 12 ДНЕЙ
Горные гориллы, горные озера, рафтинг по Нилу и много животных

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И РУАНДЕ
В поисках маленьких людей и больших обезьян

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И КЕНИИ
С отдыхом на Индийском Океане

УГАНДА, КЕНИЯ И ТАНЗАНИЯ
Путешествие по Восточной Африке и отдых на Занзибаре

Africa Tur Уганда Книги и материалы об Уганде Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время Заговор против правительства М. Оботе

Заговор против правительства М. Оботе

Переход в Национальном собрании на сторону правительства большой группы депутатов КЕ и ДП, присоединение к НКУ сотен рядовых членов этих партий явились результатом кризиса в рядах оппозиции, что нанесло ей серьезный удар. В начале 1965 г. состоялось несколько экстренных заседаний исполкомов КЕ и ДП для: обсуждения создавшейся ситуации. Президент ДП Б. Киванука организовал в январе—марте 1965 г. серию шумных митингов и демонстраций в защиту «демократии», к которым не преминули присоединиться лидеры КЕ, угрожавшие центральному правительству кампанией неповиновения, торговым бойкотом и отделением Буганды от Уганды в случае принятия законодательства об однопартийной системе [477, 11.1, 4, 15.11, 18.III. 1965]. Параллельно активизировалась террористическая деятельность юротив НКУ в Буганде. Резкое ухудшение обстановки в Буганде стало предметом обсуждения в Национальном собрании в марте 1965 г. Депутаты НКУ приводили многочисленные факты запугивания и угроз в адрес бугандских крестьян за поддержку центрального правительства. В это время было зарегистрировано более 200 поджогов домов, свыше 1 тыс. случаев уничтожения посадок кофе и бананов, скота и птицы [477, 16—18, 23.III. 1965]. Правые деятели НКУ развернули «антикоммунистическую кампанию» против левых, поддержанную КЕ и ДП, в ходе которой правительство голословно обвинялось в неспособности защитить страну от мифической «коммунистической угрозы».

Оппозиционные партии уже в это время начали координировать свои действия с правым крылом НКУ по смещению М. Оботе. Об этом свидетельствовал, например, санкционированный кабакой переход упомянутой группы руководителей КЕ в НКУ и прием их в НКУ на основе личного распоряжения Г. Ибингиры, игнорировавшего требуемое одобрение исполкома НКУ [477, 12, 19.VII.1967]. Монархисты-перебежчики должны были сыграть роль троянского коня и помочь Г. Ибингире вытеснить из правительства М. Оботе [416, 4.III.1965]. Планы правой фракции НКУ предусматривали выдвижение на пост президента Уганды В. Надиопе, на пост премьер-министра — Г. Ибингиру.

Предполагаемое выдвижение на пост президента Надиопе вместо кабаки Буганды вызвали у Мутесы протест. Кабака исподволь стал готовить захват власти. Таким образом, сложились две параллельные линии развития заговора против М. Оботе, которые в конце концов слились воедино.

Приток большого числа оппозиционных парламентариев в НКУ укрепил положение правой фракции Конгресса в Национальном собрании. После этого правые задались целью завоевать командные посты в НКУ, чтобы от имени партии диктовать Згсловия Национальному собранию и изменить в свою пользу состав правительства. При содействии Г. Ибингиры им удалось провести своих сторонников в руководство отделений НКУ в Бусоге, Букеди и Буганде, получить важные посты в администрации Анколе, вызвать раскол в партийных организациях в Ачоли, Буньоро и Себеи [420, 1966, № 9; 477, 28.VIII, 25.XI 1.1965, 12.1, 12.11.1966].

На мартовской и сентябрьской сессиях Национального собрания в 1965 г. заговорщики выступили с завуалированными обвинениями правительства «в коррупции, а армии — в падении морали» [416, 15.VI.1965; 418, 1965, № 3]. Обвинение было выдвинуто советником кабаки, депутатом от КЕ Д. Оченгом, который представил в «подтверждение» своих слов копию банковского счета начальника штаба И. Амина о поступлениях крупных денежных переводов. С критикой премьер-министра за расширение связей с социалистическими странами выступил Г. Ибингира, поддержанный оппозиционными депутатами [477, 8ЛХ.1965].

Параллельно заговорщики готовили военный переворот. Его дата была назначена на празднование третьей годовщины независимости Уганды. Примкнувший к оппозиции командующий армией Ш. Ополот, состоявший в родстве с бывшим катикиро П. Кавуму, должен был передислоцировать верные ему войска в Кампалу, арестовать и убить премьер-министра. В координации военных действий активное участие принял брат Ибингиры, офицер армии [477, 13.VI.1966].

Вечером 8 октября 1965 г. офицеры штаба армии и командиры верных Оботе частей, расположенных в Кампале и ее окрестностях, были схвачены и посажепы под домашний арест. В этой опасной для правительства ситуации премьер-министр М. Оботе созвал в ночь с 8 на 9 октября экстренное совещание совета обороны, на котором отменил распоряжение Ш. Ополота, сорвав первую попытку армейского мятежа.

В январе 1966 г. заговорщики от фраз о неспособности правительства НКУ защитить политических деятелей от якобы готовящихся на них покушений со стороны «коммунистов» перешли к конкретным обвинениям премьер-министра М. Оботе, сфабрикованным Мутесой. По поручению последнего Д. Очепг на январской сессии Национального собрания 1966 г. заявил о присвоении М. Оботе конголезских золота, кофе и слоновой кости и потребовал расследования этого дела [416, 1966, № 4].

Правительством М. Оботе было принято секретное решение о помощи конголезским повстанцам, выступавшим против режима в Киншасе. Для закупки оружия руководство повстанцев передало представителям угандского правительства золото, кофе и слоновую кость. Правые решили использовать секретность этой операции, чтобы сфабриковать обвинения против Оботе.

Д. Оченг утверждает, что премьер-министр якобы вступил в сговор со своими сторонниками, добиваясь изменения государственного устройства страны. Для реализации этого плана они будто бы привлекли начальника штаба армии И. Амина. Однако Национальное собрание не поддержало требование оппозиции о проведении расследования обвинений против М. Оботе и И. Амина [250, с. 28, 124]. Как только стало ясно, что план Мутесы, связанный с изоляцией премьер-министра в Национальном собрании и последующим его отстранением от государственных дел, не удался, кабака обратился к Г. Ибингире с предложением о прямых совместных действиях [250, с. 29]. Мутеса и Ибингира решили воспользоваться отъездом М. Оботе в северные районы страны, где проводилась очередная кампания НКУ, чтобы заставить Национальное собрание пересмотреть дело о «похищенном конголезском золоте».

4 февраля 1966 г. было незаконно проведено заседание кабинета министров (в отсутствие премьер-министра и двух третей состава), на котором было принято решение о повторном рассмотрении Национальным собранием обвинений Д. Оченга ввиду «нарушения процедурных правил» на январской сессии [250, с. 124]. Парламентская фракция НКУ под давлением правой группировки поддержала министров-заговорщиков, и Национальное собрание собралось в тот же день на дополнительное заседание, на котором было принято решение о расследовании дела со счетами И. Амина [477, 5.II. 1966]. Это было важно для Мутесы и Ибингиры, так как давало возможность хотя бы временно нейтрализовать начальника штаба армии, который мешал командующему армией Ш. Ополоту использовать против М. Оботе те военные подразделения, в которых служили оппозиционно настроенные офицеры.

7 февраля 1966 г. III. Ополот направил на север к М. Оботе военный отряд под предлогом передачи письма с приглашением на заседание совета обороны Уганды. Солдаты получили секретный приказ арестовать и расправиться с М. Оботе [477, 13. VI. 1966]. Об этом приказе стало известно службе безопасности. Посланный Ополотом отряд был разоружен [250, с. 59].

8 февраля 1966 г. Ополот предпринял третью попытку военного переворота с помощью верных заговорщикам частей, но и она была сорвана, как две предыдущие. В тот же день Мутеса обратился к Великобритании с просьбой об оказании военной помощи. Затем кабака провел совещание с верховным судьей Уганды (подданным Великобритании) для получения консультации о применении юридических санкций для отстранения от дел премьер-министра [416, 1966, № 14]. Подготавливая почву для этого, президент ДП Б. Киванука призвал «общественность» страны потребовать отставки М. Оботе [416, 1966, № 4|.

После секретного совещания 9 февраля 1966 г. Мутесы с министрами-заговорщиками последние приняли решение об аресте И. Амина, по их приказ не был выполнен.

Далее события развивались стремительно. 12 февраля 1966 г. М. Оботе вернулся из поездки по северным районам и прямо в аэропорту на пресс-конференции решительно отверг обвинения Оченга. 14 февраля он собрал заседание кабинета министров и потребовал отставки тех из них, кто поддерживал Оченга. Никто из фракции заговорщиков не пожелал подать в отставку. С 17 по 19 февраля М. Оботе должен был присутствовать на заседании глав правительств восточноафриканских стран, и заговорщики воспользовались его отлетом в Найроби, чтобы форсировать подготовку к военному перевороту. В соответствии с их планом Ш. Ополот должен был отдать приказ о проведении армейских учений, в ходе которых верные М. Оботе части должны были покинуть Кампалу и охрана столицы и центрального аэропорта перешла бы к частям, возглавляемым мятежными офицерами. Премьер-министр распорядился отменить военные учения и провел расследование, которое выявило, что на 22 февраля антиправительственными элементами был назначен военный путч [250, с. 67, 127].

На рассвете 22 февраля М. Оботе созвал совещание своих ближайших соратников в правительстве и партии, на котором было принято решение об аресте пяти министров-заговорщиков. В 13 часов они были арестованы прямо в ходе заседания кабинета министров в Энтеббе [250, с. 68; 418, 1966, № 5]. 24 февраля 1966 г. премьер-министр М. Оботе приостановил действие конституции и проинформировал страну об антиправительственном заговоре. В специально опубликованном заявлении правительства было сообщено об отставке президента и вице-президента и о сосредоточении всей полноты власти в руках премьер- министра [418, 1966, № 9; 477, 3.III.1966]. 27 февраля была назначена комиссия для рассмотрения дела пяти бывших министров, обвинявшихся в заговоре против правительства. Она должна была определить и достоверность обвинений Д. Оченга, который поспешно покинул Уганду [418, 1966, № 5]. Комиссия установила, что обвинения Оченгом премьер-министра основывались на ложных слухах [250, с. 78—79]. Была выявлена причастность к заговору ряда высокопоставленных лиц. В ответ оппозиция начала яростную кампанию против М. Оботе, требуя восстановления действия конституции.

3 апреля М. Оботе выступил с заявлением по телевидению, в котором обвинил в антиправительственной деятельности Мутесу. Он пояснил, что отставка президента и вице-президента диктуется требованиями поддержания безопасности и порядка и обещал предпринять меры по скорейшей нормализации обстановки в стране [477, 4.III.1966]. На следующий день кабака через личного секретаря в ответ на обвинения премьер-министра заявил, что «в период неопределенности, возникшей в связи с предположениями Оченга, в обстановке тревожных слухов… он был вынужден предпринять меры предосторожности» [477, 5.III.1966]. Тем самым кабака признал свое участие в антиправительственной деятельности.

Народный конгресс Уганды развернул работу в поддержку премьер-министра Оботе. Из районов в Кампалу поступали многочисленные резолюции партийных и общественных организаций с одобрением его действий по восстановлению законности и порядка. М. Оботе заручился поддержкой армии. Он провел серию встреч с представителями воинских частей, которые заверили его в верности правительству [477, 28.1 II, 8, 21.IV.1966]. Одновременно была начата работа по подготовке новой конституции [420, 1966, № 9].