Уганда | Книги и материалы об Уганде | Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время | Культурное развитие в 60-е годы

Навигация

Бизнес в Уганде Билеты в Африку Отель в Уганде Записки каннибала


Туры по Уганде:

ВСЯ УГАНДА ЗА 12 ДНЕЙ
Горные гориллы, горные озера, рафтинг по Нилу и много животных

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И РУАНДЕ
В поисках маленьких людей и больших обезьян

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УГАНДЕ И КЕНИИ
С отдыхом на Индийском Океане

УГАНДА, КЕНИЯ И ТАНЗАНИЯ
Путешествие по Восточной Африке и отдых на Занзибаре

Africa Tur Уганда Книги и материалы об Уганде Н. А. Ксенофонтова, Ю. В. Луконин, В. П. Панкратьев. ИСТОРИЯ УГАНДЫ в новое и новейшее время Культурное развитие в 60-е годы

Культурное развитие в 60-е годы

Среди первоочередных задач, поставленных правительством независимой Уганды, была также задача борьбы с культурной отсталостью. Несмотря на трудности становления молодого государства, правительство последовательно проводило политику культурного строительства. Пятилетние планы, республиканская конституция 1967 г., программные документы правящей партии НКУ заложили прочный фундамент правительственной политики развития национальной культуры [35; 94; 118].

Усилия правительства М. Оботе и НКУ принесли весомые результаты. Период 1962—1971 гг. характеризуется крупными достижениями народов Уганды в культурном строительстве. В его основу были положены принципы национального единства, борьбы с трибализмом и сепаратизмом.

По конституции общегосударственным языком был признан английский. Местные языки были поставлены в равноправное положение. На этих языках осуществлялось обучение в начальной школе, составлялись специальные программы на общенациональном радио и телевидении, издавались учебные пособия, книги по самой различной проблематике, выходили газеты и журналы [200, с. 154, 213, 226]. Особое внимание руководство НКУ уделяло идеологическому воспитанию подрастающего поколения. В Хартии простого человека утверждалось, что молодежь «необходимо воспитывать в духе отрицания племенного превосходства, религиозного ханжества и фанатизма, эгоизма феодалов и алчности капиталистов» [94, п. 16]. Таким образом, культурное строительство опиралось на политическую и социальную основу.

Главными инструментами культурного строительства стали система образования, средства информации, научные учреждения, творческие объединения и союзы.

Перед системой школьного и высшего образования стояла задача подготовки национальных кадров, которые заменили бы неугандских граждан на ответственных постах в администрации, экономике, социальных и культурных учреждениях. Чтобы система образования смогла выполнять поставленные перед ней задачи, правительство решило провести ее реформу.

В основу реформы был положен принцип демократизации системы образования, предусматривавший ликвидацию ее элитарности, малодоступности для широких слоев населения, перестройку учебного процесса и изменение содержания самого обучения. Но здесь правительство сразу же столкнулось с большими трудностями. Недостаток финансовых средств и подготовленных кадров не позволял планировать ввод всеобщего начального образования в ближайшем будущем.

Реформа предусматривала контроль государства над всеми школами, в том числе миссионерскими и частными, введение единой программы и методики обучения, пересмотр содержания учебников, увеличение выпуска учителей-африканцев и замену преподавательского персонала, не имевшего угандского гражданства. Было налажено издание учебников в государственных типографиях. Только за 1962—1965 гг. число школьных помещений увеличилось с 2 тыс. до 6 тыс. Постепенно расширялось профессионально-техническое обучение. Резко увеличился выпуск учителей из педагогических училищ. Однако это были лишь первые шаги. Хотя число неграмотных в 60-е годы стало уменьшаться, оно еще оставалось высоким — 70%. Даже в 1968 г. 80% преподавателей средних школ не имели угандского гражданства [477, 10.VII.1968]. По-прежнему крайне остро стоял вопрос о трудоустройстве выпускников школ [447, 15.VI.1968].

Правительство предприняло также важные меры в области высшего образования. Стремясь теснее связать его с народным хозяйством, максимально приблизить к реальной жизни, оно создало новые факультеты и расширило старые в университете Макерере, учредило новые институты и колледжи, в которых в отличие от колониального периода приоритет начали получать не гуманитарные, а естественные науки. В 1970 г. Макерере стал национальным университетом. Число студентов в нем увеличилось с 880 в 1960 г. до 2720 в 1970 г., а преподавателей-африканцев — с 10 до 115 [74, с. 263]. Многие государственные и партийные деятели (в том числе президент М. Оботе), известные ученые, писатели и поэты были выпускниками Макерере.

Макерере был не только главным учебным, но и научным центром Уганды. Многие его преподаватели, которые одновременно вели активную научно-исследовательскую работу по программе Института социальных исследований, подготовили и опубликовали крупные научные труды. Важными областями научных исследований были история и культура. Ученые-африканисты видели свою задачу в том, чтобы опровергнуть различные расистские теории ( «хамитскую» и др.), воссоздать правдивую картину прошлого угандских пародов, правильно оценить их вклад в сокровищницу общеафриканской и мировой культуры. Исследования имели не только научное значение. Они содействовали росту национального сознания, служили целям сплочения народов страны на общеафриканской основе.

Угандские историки ввели в научный оборот много новых ценных источников. Благодаря их усилиям законное место заняла устная традиция [205, с. 9—25; 220, с. 155—164]. А такие, например, ученые, как С. Киванука и С. Каругире, допускали возможность исторического исследования, полностью опираясь на устную традицию (особенно в решении вопросов этногенеза, датировки событий, определении происхождения государств и династий [303; 304; 308]).

Крупными научными центрами Уганды стали ботанический сад, национальные парки, музеи. Например, музей Уганды в Кампале располагает богатой коллекцией экспонатов по разделам этнографии, археологии, палеонтологии, африканского ремесла, материальной и духовной культуры местных народов.

Важная роль в социальном и культурном строительстве отводилась средствам массовой информации [94, п. 42]. Правительство установило свой контроль над корпорацией «Радио Уганды». В 1963 г. в Кампале был основан телевизионный центр. Радио и телевидение играли большую роль в культурном строительстве. Количество радиоприемников, находившихся во владении африканцев, увеличилось с 92 тыс. в 1964 г. до 250 тыс. в 1975 г. [116, с. 702—716].

Власти предпринимали энергичные меры к тому, чтобы противопоставить существовавшему до второй половины 60-х годов засилью неафриканцев в периодической печати национальную прессу. Последняя была призвана бороться за укрепление политической, экономической, идеологической и культурной независимости. После бурных событий 1966 г. правительство закрыло газеты «Уганда эйогера» и «Секаньолья», выражавшие взгляды консервативной партии «Кабака екка». Решительные меры властей вынудили более осторожно действовать такие проимпериалисгические и неоколониалистические органы, как «Уганда аргус», «Тайфа эмпья», «Мунно». Названные газеты пропагандировали капиталистический путь развития, буржуазный образ жизни, проводили западное идеологическое и культурное влияние, насаждали антикоммунизм, поддерживали антиправительственную оппозицию в лице «Кабака екка» и Демократической партии.

Правительство М. Оботе добивалось, чтобы африканская периодическая печать активно участвовала в строительстве повой Уганды, в формировании человека, свободного от вековых предрассудков, сознающего свой долг перед народом. Оно считало, что стоящая на подлинно патриотических позициях печать должна пропагандировать принципы, провозглашенные Хартией простого человека и «движением влево». Такую роль взяли на себя прежде всего следующие издания: «Мукулембезе» (основана в 1962 г., тираж — 50 тыс.) и «Маулире» (тираж — 40тыс.) [219, с. 120—121]. «Маулире», а также ряд других газет (например, «Ваманья», «Лок аминья», «Аппупета») издавались на основных языках страны (луганда, атесо, ланго, луо) и распространялись бесплатно. В периодической печати преобладали, конечно, политические материалы. Но нередко упомянутые выше газеты, а также официальный орган правительства и НКУ газета «Пипл» представляли свои страницы писателям, художникам, другим деятелям культуры.

Государство оказывало моральную и материальную поддержку творческой интеллигенции, которая активно включалась в жизнь, принимала участие в осуществлении правительственных мероприятий в области культуры.

В 60-е годы передовые представители творческой интеллигенции выступали с теоретическими статьями о целях и задачах: культуры [37]. Они считали, что отказ от национальных художественных традиций сголь же вреден, как и искусственное культивирование или консервация всего старого и отжившего. Только преемственность на здоровой основе в сочетании с глубоким осмыслением ведущих тенденций современного мирового культурного развития и закономерностей эволюции местных художественных принципов, утверждали они, позволяет художникам, писателям, музыкантам, артистам найти точное направление для выражения чаяний своего народа.

Вкладом в обобщение достижений традиционного творчества, в их пропаганду стали работы историков, этнографов, литературоведов и искусствоведов. Среди этих работ выделялись труды музыковеда Дж. Кьягамбиддвы и особенно диссертация О. п’Битека на тему «Устная литература и ее социальные основы у ачоли и ланго» [246, с. 4; 310].

Центрами по исследованию культуры и народного творчества были Национальный музей Уганды, факультет искусств при Макерере, культурный центр (основан в 1966 г., первый директор — О. п’Битек). Работа этих учреждений осуществлялась в тесном контакте и под руководством министерства культуры и. общинного развития.

В годы независимости появились первые профессиональные писатели. Многие из них сочетали литературную деятельность с научной и педагогической. В основе их произведений (за редким исключением) лежали сюжеты, заимствованные из народного творчества и повседневной жизни. По мнению специалистов, эти произведения не только органично влились в общее русло новой африканской литературы, но и заметно обогатили; ее [181, с. 206; 216, с. 6]. С 1963 г. в стране действовала Ассоциация журналистов и писателей.

Писательская интеллигенция, конечно, не была однородной. Среди них имелись и такие, кто слепо следовал различным западным модным течениям, заимствовал внешние стороны буржуазной культуры. Им противостояли писатели, стоявшие на патриотических и демократических позициях [232, с. 90—95].

Одним из первых, кто ощутил необходимость подчинить свое творчество насущным проблемам новой жизни, был писатель, поэт и ученый Окот п’Битск. Известность ему принесла поэма «Песнь Лавино», написанная в 1956 г. на языке ачоли. В колониальный период поэма могла распространяться только полулегально. Опубликована впервые в 1966 г. [407, 1973, № 9]. В этом и других стихотворных произведениях ( «Песнь Окола», «Песнь узника» и др.) Окот п Битек выступил против пережитков прошлого, приветствовал поступательное развитие молодой Уганды, критиковал тех, кто преклонялся перед буржуазной западной литературой. Авюр поднялся до широких социальных обобщений, он призывал уфрпкгшскую интеллигенцию, патриотические круги национальной буржуазии объединиться с крестьянами и рабочими в борьбе против империализма, наследия колониального прошлого.

Многие писатели и поэты поддержали эти призывы. Острая социальная проблематика и гражданственность отличали романы, повести, рассказы, поэмы многих писателей и поэтов Уганды [181; 232, с. 90—95]. Б. Кименье дал правдивое, без идеализации изображение патриархального быта деревни. О. Окули писал о тяжелом и бесправном положении женщины (поэма «Сирота», роман «Гулящая») [347]; Б. Лубега в повести «Отверженные» рассказал о бунте «маленького человека» против «черных господ» [317]. Р. Серумага в романе «Возвращение к теням» изобразил жизнь средних городских слоев, остро поставил вопрос о позиции и судьбах африканской интеллигенции [372].

В романе «Опыт» и новелле «Продается сердце» Э. Серуме выразил протест против социальных язв, порожденных насаждением в обществе буржуазных отношений. В рассказах и стихах Т. Лийонга говорится о революционной роли молодежи в ее борьбе с миром насилия, с ханжеством буржуазной морали.

Уганда совместно с Кенией и Объединенной Республикой Танзанией (ОРТ) участвовала в налаживании издательского дела в области художественной и научной литературы.

В 60-е годы наметились тенденции к формированию национальной школы изобразительного искусства. Большинство художников все еще находились под сильным влиянием западноевропейских течений [331]. Даже посвящая свои произведения различным сторонам жизни независимого государства, быту ее народов, многие из них продолжали следовать европейским образцам. Тем не менее было положено начало освобождению от европейского влияния [192, с. 39]. В стране пользовались известностью многие мастера станковой живописи, графики, скульптуры. Скульптор Г. Малоба был создателем монумента свободы в Кампале, изображавшего Мать-Африку. В культурном центре Уганды (в Кампале) была развернута постоянная экспозиция произведений угандских художников; периодически проводились другие художественные выставки.

Большое внимание уделялось подготовке национальных музыкальных кадров. Эту задачу выполняли факультет искусств при университете Макерере, музыкальные колледжи (выпускавшие преподавателей), национальный департамент музыки [90]. Действовала система семинаров, на которых повышалась квалификация преподавателей музыкальных школ.

Традиционное музыкальное творчество возрождалось и поощрялось. В Уганде были созданы национальный фольклорный ансамбль «Биение сердца Африки», ансамбль ксилофоиистов эмбайре, хор и танцевальный коллектив при культурном центре, другие коллективы, которые гастролировали по стране и за рубежом, выступали на радио и телевидении. Среди музыкантов популярностью пользовались Дж. У. Какома (автор национального гимна), А. Окело, Б. Мубапгизи, Л. Ньямайялво, П. Кивумби, Дж. Сенога Заке, Е. О. Задок Адолу.

Значительных успехов добилось театральное искусство [212, с. 208—220]. Драматурги начали переходить от создания африканских вариаций западноевропейских пьес к сочинению самостоятельных и самобытных произведений. Наиболее известными были пьесы Р. Серумаги ( «Слоны», «Пьеса», «Ренга Мой»), В. Кийинджи ( «Гвоссуса Эмваньи», «Долина Сении», «Доктор Касаво»), Б. Каваддвы ( «Это — Кампала», «Желание», «Святая Луанда») [477, 5.VIII.1963, 9.IV, 7.V.1965, 27.IV.1967, 10. VII.1968; 485, 19.V.1973]. В них затрагивались актуальные проблемы жизни молодой республики. Ведущую роль в развитии национального театра по-прежнему играла студия при университете Макерере, которая пропагандировала достижения угандской и африканской драматургии, вносила вклад в просвещение, идеологическое и эстетическое воспитание масс. В 1965 г. студенческий коллектив создал передвижную бригаду, которая в каникулы гастролировала по» стране и давала бесплатные представления. Эти гастроли послужили толчком к созданию во многих местностях Уганды театральных студий. Со временем в ряде городов (Кампала, Мбале, Форт-Портал) стали проводиться фестивали любительских коллективов.

Отдельные популярные коллективы, отличавшиеся высоким профессионализмом, группировались вокруг таких известных писателей, драматургов и актеров, как В. Кийинджа ( «Ассоциация африканских актеров», основана в 1963 г.) и Б. Каваддва ( «Актеры Кампалы», 1964 г.) [477, 5.VIII. 1963, 17.IX.1964]. Видный писатель, драматург и актер Р. Серумага основал в 1962 г. первый профессиональный театр — «Лимитед театр» [477, 21. Х 1.1983]. Труппа состояла из африканских и европейских актеров. В репертуаре театра находились произведения африканских (в том числе угандских) и неафриканских авторов (вклю- «тая европейских классиков). Среди пьес, ставившихся театральными коллективами, были пьесы Шекспира, Мольера, Гоголя {„Ревизор“), Чехова ( «Предложение», «Медведь»), Политика «африканизации» затронула и действовавший еще в колониальное время Национальный театр. В 1966 г. его директором стал Окот п’Битек, которому принадлежит заслуга превращения театра в подлинно национальный [482, 13.Х.1981].

Осуществляя программу культурного строительства, правительство М. Оботе не замыкалось в узких национальных рамках, а выступало за активное культурное сотрудничество Уганды с другими государствами. Особенно широкие связи Уганда установила со странами Восточной Африки. В рамках Восточно- африканского сообщества действовали общие культурные и научные центры, объединенные издательства, осуществлялось самое тесное сотрудничество в различных областях культуры.

Несмотря на то что в Уганде начался процесс высвобождения из-под идеологического и культурного влияния империалистического Запада, позиции последнего в области культурной жизни страны все еще были сильными. Буржуазная прослойка национальной интеллигенции сознательно ориентировалась на Запад, особенно на бывшую метрополию и США. Прогрессивным кругам страны приходилось преодолевать сопротивление этой прослойки в борьбе за самостоятельность национальной культуры, за упрочение в ней подлинно демократических тенденций.

Правительство М. Оботе приветствовало культурные контакты с неприсоединившимися государствами, со странами социалистического содружества. В 1965 г. Уганда подписала с СССР Соглашение о культурном и научном сотрудничестве. В стране было образовано общество «Уганда—СССР» (первый президент — И. Мусази). Советские специалисты приняли участие в подготовке национальных кадров в самой Уганде. Сотни угандских студентов получили высшее и среднее техническое образование в СССР. Расширился обмен деятелями культуры, художественными коллективами. Советский Союз посетили Окот п’Битек, Б. Каваддва и другие, на гастроли в Москву выезжали ансамбль «Биение сердца Африки», «Лимитед театр» и др.

В представленном Национальному собранию третьем пятилетием плане развития на 1971/72—1975/76 гг. содержалась обширная программа, охватывавшая весь комплекс культурного строительства [118]. Однако проведению в жизнь этой программы, как и других, помешал военный переворот в январе 1971 г.